Правильные мечты (СИ) - Литт Ксюша

  - Ясно, - согласился Вадим. Спорный вопрос, конечно, насчет радушия родителей, но обсуждать он это точно не собирался. И насчет его приходов - когда ему вздумается, перечить не стал, хоть она и не совсем права. Пусть выскажется и пар выпустит. Видно же, что просто бесится из-за его опоздания и потому на мозги капает. Хочется ей все под контролем держать. А так, она же сама предлагала эти выходные вместе провести. Только вдвоем. Можно было бы сходить куда-нибудь прогуляться, если ей захочется. Но Машке не очень нравилось с ним на людях появляться, так что, скорее всего, просто дома бы провалялись. Ну, вероятно, еще и поваляются. Фактически, выходные только час, как начались. Ну, задержался чуть-чуть, ну, не позвонил, не предупредил, что опаздывает. Опять забыл. Не привык он просто предупреждать. И несколько пропущенных вызовов только потом заметил. Виноват - исправится.

  Он сейчас со всем соглашался, пусть только она закончит уже ругаться, а то в голове звенит, честное слово. И пойдут они, наконец, спать. Устал он что-то от всех этих надуманных проблем.

  После всех ее возмущений и чистосердечных Вадькиных раскаяний, Мария все же смягчилась. Обозвала, конечно, его еще пару раз оболтусом и раздолбаем, а потом махнула рукой, понимая, что серьезно с ним разговаривать смысла нет, и они несерьезно потом расслабились в кровати, забывая все взаимные обиды.

  А в тишине, когда они уже почти засыпали, Вадиму вдруг вспомнилась Инка и ее серые грустные глаза. Снова стало немного совестно, что оставил ее, расстроенную, одну, а еще почему-то неудобно было перед Машкой. У Вадьки с ней свободные отношения, и он ей не обязан хранить верность. Он ей ничего не обещал, и они даже не обговаривали этот вопрос. Но, тем не менее, после сегодняшних упреков он понял, что поступил нехорошо.

  - Маш, ты меня любишь? - непонятно зачем спросил он. Просто захотелось. Провел рукой по ее шикарной голой спине.

  - Что? - сонно отозвалась она.

  - Ты меня любишь? - повторил Вадька.

  - С чего вдруг?

  - Ну, ты же говорила, что меня любишь.

  - Да? Не помню.

  "Не помнит. Ну и ладно", - закрыл он глаза. - "Спать надо. Устал".

  Глава 15

  Вадим зря переживал за Инку. Как только он ушел, она с облегчением вздохнула. Может быть, это покажется смешным, но, несмотря на неприятный исход их встречи, она еще раз убедилась в том, что "маленький принц" снова оказался ее спасителем. С его помощью она хорошо усвоила, что мстить, особенно таким образом - это в корне неправильная и даже бредовая идея. Инка, можно сказать, легко отделалась, ведь на месте мальчишки мог оказаться совсем не такой понимающий рыцарь. Так что это очень хорошо, что в кандидаты для наставления рогов подлецу Виктору выбор пал именно на Вадима. Сейчас, когда "принц" ушел, он вдруг снова начал ей казаться вполне милым и хорошим мальчиком. Если честно, то она не отказалась бы поесть с ним пиццу, посидеть, поболтать и посмеяться. Но только чисто по-дружески, потому что желание изменять у нее как рукой сняло. Наверное, навсегда.

  После перенесенных нервных потрясений, Инна сразу же залезла в постель, уютно укуталась в одеяло, потом долго бесцельно смотрела в одну точку без слез и без мыслей и, как ни странно, наконец-то уснула. Крепко и спокойно. Организм не выдержал и, измотавшись, сдался, а целебное красное вино очень хорошо этому поспособствовало.

  Проснувшись утром, долго еще валялась в постели, ленясь и умиротворенно жмурясь на пробивающееся сквозь окно солнце. Ясный день поднимал настроение и вселял надежду, что все будет хорошо.

  Девчонки правы - Виктор замечательный отец, он ни за что не бросит и не обидит своего ребенка, а значит, все равно всегда будет с ними. Пройдет немного времени, он перебесится и вернется. Не станет он жить со своей бывшей, Инка в этом уверена. Рано или поздно, все наладится. Она сладко потянулась, улыбаясь нарисованной в мечтах радужной картине. Представился пухлощекий малыш, словно сошедший с рекламных роликов подгузников или детского питания. Беззубый и вечно хохочущий карапуз. На миг вдруг забылось, какими на самом деле невыносимыми бывают человеческие отпрыски, когда подрастут. Да и в младенчестве они любители поорать. У Светки она наблюдала такую картину, но там все происходило еще и близнецовым дуэтом, а потому выглядело вдвойне ужаснее. Однако, на данный момент это не вспоминалось. Перед глазами маячила полнейшая идиллия: жизнерадостный тандем из безмятежной матери и лучезарно сияющего дитя. Естественно, в фантазиях это дитя всегда, если не улыбалось, то хотя бы спало, а еще лучше - улыбаясь, спало. Проникшись такими мыслями, Инна почувствовала себя почти счастливым человеком. Конечно, все именно так и будет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

  Дальше - больше. Поддавшись меланхоличному настроению, она, как блаженная, нырнула с головой в накатившие волной сказочные грезы с налетом мелодрамы. Где она, такая вся сильная, стойкая и самодостаточная, пройдет гордо сквозь все невзгоды сама. Выстоит, выдержит, добьется... И еще много - много подобного наивного и смешного пафоса, но такого красивого, жизнеутверждающего и растекающегося бальзамом по сердцу.

  Пройдет пять или семь лет... Нет, лучше все же пять. И розовощекий карапуз внезапно превратится в смышленого, послушного, воспитанного ангелочка. С Глебом у него, естественно, ничего общего, не будет. Полная противоположность сводному братцу, и пусть это лучше будет девочка. И вот, однажды, Виктор случайно встретит их двоих таких, замечательных и красивых, в магазине или в парке. Само собой, Витя обомлеет и сразу же пожалеет о своем поступке. Он будет в раскаянии кусать локти, ползать в ногах, жрать землю.

   "Хотя нет, локти, ползание в ногах и поедание грязи - это все же перебор", - хмыкнула, улыбаясь придуманному бреду Инка.

  Это образно сказано. Реальнее - он просто будет доставать ее, названивая по телефону или обивая пороги, и вот тогда уже настанет очередь Инны скидывать все его звонки и просить оставить ее в покое.

  "Получи фашист гранату. Тоже напишу ему: давай сначала просто успокоимся и потом когда-нибудь поговорим. Наверное, когда-нибудь поговорим..."

  - Наверно, в следующей жизни, когда я стану кошкой, ла-ла-ла-ла, - промурлыкала себе под нос довольная Инка.

  Она еще долго заставит его мучиться, пока, наконец, снизойдет и решит простить.

  Прожитая на быстрой перемотке жизнь - такая тернистая, но замечательная и вселяющая уверенность в будущее, вдруг заставила Инну призадуматься. Если у нее все будет так здорово без Виктора, то стоит ли тогда его, подонка, вообще прощать? Фантазия на раздутых алых парусах понеслась выстраивать следующие вехи ее будущей жизни. Раз она будет вся такая супер-мега-успешная, то разве она не станет достойна настоящего принца? Как ни прискорбно, но после своего подлого поступка, Витька, без сомнений, был теперь "уже не торт", и, пожалуй, он тогда ей и не нужен совсем. Да! Лучше она встретит другого принца, который по-настоящему полюбит ее и никогда-никогда-никогда не предаст.

  Подмигнув ласковому солнышку, нещадно слепящему сквозь стекло в глаза, Инна уже собралась создать перед собой образ своего идеального мужчины. Но слово "принц" моментально сбило ее с такого радужного настроя.

  "Вадим".

  Призрак "маленького принца" с грохотом вернул размечтавшуюся Инку в реальность.

  - Блин, - прошептала, морщась, припоминая вчерашнюю встречу. Прямо фатум какой-то. Вечно Инна перед Вадимом вляпывается в нелепые ситуации. - Нафига он мне вчера нужен был? Он же Милкин отец. Нашла, кого звать. Дура! Алкоголичка безмозглая, - отругала она себя и стала выбираться из постели. Весь мелодраматично-романтичный настрой как ветром сдуло. Что-то пропала вся прелесть в том, что Виктор сгинет на пять, а то и семь лет. Даже если он потом все ноги ей оближет, заедая кусками глины, все равно такой срок - это очень много. Максимум три месяца она ему дает, чтобы вернуться - до Нового года. Совсем ей не хочется быть ни самодостаточной, ни стойкой, ни сильной. Крепкая поддержка любящего человека ей нужна, а не вся эта феминистская патетика. Не сдался ей совершенно этот героизм матери-одиночки. Да и вообще, грустно и тоскливо без Витюши. Как же все плохо и ужасно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})