Чужое проклятие - Татьяна Устименко

В данный момент отец Рид расположился как раз напротив нее, по своему обыкновению уткнувшись в очередную книгу. Чародейка скучала, ей хотелось поделиться со спутником своими изысканиями, но она даже и не пыталась увлечь священника беседой, ибо оторвать его от чтения можно было только одним способом: испепелив страницы прямо у него в руках. Девушка окинула взглядом стол и гаденько усмехнулась. Нет, это, конечно, ребячество, но все же стоит попробовать!.. Секунду спустя половина содержимого изящной солонки бесшумно поднялась в воздух и переместилась в чашку отца Рида… Анна напряженно следила за реакцией своего спутника. Священник, не отрываясь от книги, как ни в чем не бывало допил чай.

— Отец Рид, — вкрадчиво поинтересовалась чародейка, — как вы находите здешний чай?

— А?.. Что?.. А… Чай отличный, у него такой своеобразный вкус. Не знаете, что это за сорт?

Княжна поперхнулась, пытаясь сдержать смех.

— Святой отец, я только что высыпала в вашу чашку грамм сто соли! — торжественно провозгласила она.

— Да? — неподдельно удивился тот. — Надо же, а какой изысканный вкус!.. Вообще-то хочу вам признаться, я очень смущаюсь, когда кто-то смотрит, как я ем. Сразу начинаю стараться кушать грациозно и красиво, но обязательно или подавлюсь, или чай из носа польется… — Отец Рид сконфуженно захлопал светлыми ресницами.

— Отче, если вы не перестанете быть таким рассеянным, то рискуете не дожить до старости, — отозвалась Анна со снисходительной улыбкой. — Кстати, уже довольно поздно, на улице темнеет. Думаю, пора нанести алхимикам еще один визит — неофициальный. К тому же пока мы дойдем, стемнеет окончательно…

Длинная, мощенная каменной плиткой улица, на которой расположилось здание алхимического сообщества, освещалась до безобразия плохо — редкими пятнами фонарей на вычурных фигурных столбах. Пятна света чуть подрагивали, когда фонари, повинуясь легкому ветру, покачивались на удерживающих их цепях. Тени от деревьев танцевали на стенах домов, придавая им зловещий вид. Неудивительно, что немногочисленные прохожие не очень-то жаловали этот район и торопились как можно скорее миновать улицу, пользующуюся в городе дурной славой. Даже луна стыдливо пряталась в облаках и настолько редко поглядывала вниз, будто опасалась увидеть нечто неприличное. Короче, сегодняшняя ночь явно благоволила к тем, кто замыслил совершить противозаконное деяние. Обстоятельства как нельзя лучше подходили для осуществления плана, придуманного Анной.

Княжна ди Таэ и отец Рид больше всего напоминали сейчас парочку полуночных романтиков, увлекшихся ночными прогулками по опасным местам. Они осторожно выглянули из-за угла, и Анна погасила несколько фонарей, создавая полоску непроницаемой темноты, которая протянулась точно до входа в здание. Заговорщики поднялись на уже знакомое им крыльцо.

— Кажется, заперто, — подергав ручку, озадаченно доложил священник.

Чародейка насмешливо фыркнула. Ничего другого она и не ожидала.

— А кто вам сказал, что мы пойдем через дверь? — иронично спросила девушка, упираясь ладонями в кирпичную кладку здания и произнося заковыристую формулу.

К немалому удивлению священника, пальцы магички тут же беспрепятственно погрузились в стену, как будто ее сложили отнюдь не из кирпичей, а из брусков мягкого пластилина.

— Предлагаю использовать телепортацию, — хитро подмигнула княжна ди Таэ. — Давайте руку, быстро! И не вздумайте вырываться, иначе навечно останетесь замурованным в стене.

— Н-но это же нез-законное проникновение! — заикаясь, возмутился отец Рид, протестующее закладывая руки за спину.

— Естественно. А как иначе? — удивилась чародейка.

— Вы хоть понимаете, во что нам может вылиться вся эта сомнительная самодеятельность? — трагическим шепотом осведомился священник, нерешительно переминаясь на крыльце.

— Святой отец, прекратите ныть! — Чародейка сердито топнула ногой, цапнула его за рукав и настойчиво потянула за собой.

В холле здания царили темнота и пустота. Едкий запах лекарств немедленно атаковал нюхательные рецепторы, и Анна поспешно отключила свое обоняние, не забыв, впрочем, и про нос многострадального священника, неразборчиво бормочущего что-то жалобное. Девушка уверенно направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. Отец Рид заметно отстал: он то и дело покаянно вздыхал и спотыкался в потемках.

— Анна, постойте, здесь темно, как в склепе! — жалобно прошептал он, мучимый угрызениями совести.

Княжна, тихонько выругавшись, вернулась обратно и, вновь схватив священника за руку, потащила за собой. Превратившись в невольного заложника агрессивного напора спутницы, священник потерял равновесие, покачнулся и неповоротливо навалился на девушку, едва не сбив ее с ног. Княжна сердито обернулась, шикнула для острастки и красноречиво приложила палец к губам, требуя соблюдать тишину.

— У… у вас глаза светятся… — испуганно выдавил отец Рид, взирая на нее, словно на привидение. — Как у кошки!

— Естественно! — раздраженно откликнулась Анна. — Скорее как у ведьмы. А как я еще, по-вашему, смогу видеть в темноте?

Девушка толкнула дверь в кабинет главного алхимика. Та оказалась незапертой и со скрипом отворилась, открывая проход в густую темноту. Чародейка пустила внутрь поисковый импульс и лишь по его возвращении переступила через порог и вошла в комнату, осторожно переставляя ноги.

— Святой отец, аккуратнее, — бросила она через плечо совершенно спокойным голосом. — У вас под ногами труп.

— Что? Господи Всевышний, спаси и помилуй! — забывшись, во все горло завопил отец Рид. Тут же споткнувшись о пресловутый труп, он едва не улегся рядом с ним.

Неловко растянувшийся на ковре мертвец глядел в потолок остекленевшими глазами. Анна с любопытством присела на корточки, испытующе всматриваясь в застывшие черты лица.

— Надо же, сам глава гильдии, — задумчиво проговорила она. — Н-да, как любит говорить наш непревзойденный остряк Виктор: «Чем дальше в лес, тем толще партизаны». Святой отец, как думаете, почему его грохнули и каким способом совершили убийство? Крови вроде нет. Святой отец!..

Отец Рид, безвольно привалившись к ножке стола, пребывал в полубессознательном состоянии. В лунном свете, лившемся из окна, он и сам выглядел немногим лучше покойника: лицо побледнело, и без того худые щеки ввалились, на шее лихорадочно пульсировала тонкая жилка. Княжна встряхнула его за плечи и отвесила отрезвляющую оплеуху.

— А-а-а… — застонал священник, приходя в сознание. — Анна, простите мне недостойное малодушие, просто этот запах и покойник… и… мне плохо… — Он попытался опять упасть в обморок, но чародейка пресекла эти попытки на корню, еще раз хорошенько его встряхнув.