Мой отец Пабло Эскобар. Взлет и падение колумбийского наркобарона глазами его сына - Хуан Пабло Эскобар

class="p1">Даже просто чистил зубы отец не менее сорока пяти минут, и всегда только детской зубной щеткой. Однажды я отпустил шутливый комментарий по этому поводу, на что отец ответил:

– Сын, будучи в бегах, я не могу позволить себе такую роскошь, как зубной врач… но ты-то можешь.

Постепенно отец и Густаво стали ввязываться во все более грязные дела. Бабушка Эрмильда все равно уговорила его сдать вступительный экзамен в Автономный университет Медельина по специальности «бухгалтерский учет». Отец легко с ним справился, но продержался в роли студента недолго, отчислившись в середине первого семестра: ему окончательно надоели вечное безденежье семьи и пустота в собственном кошельке.

Он посвятил все свое время общению с друзьями и часами сидел с ними в кафе «Игуана». Обсуждения политики отошли на второй план, проходящие мимо окон девушки были гораздо интереснее. Кроме того, все большее значение в его жизни приобретала музыка. На дворе стоял 1970 год, и Пабло наслаждался заразительными ритмами Billo’s Caracas Boys, Los Graduados и недавно созданной Fruko y sus tesos. Конечно, ему нравились Пьеро, Жуан Мануэль Серрат, Камило Сесто, Хулио Иглесиас, Мигель Босе, Рафаэль, Сандро, Элио Рока, Нино Браво, а Леонардо Фабио и вовсе был его кумиром. Но только одна песня на протяжении многих лет оставалась для него особенной – En Casa de Irene[26] в стиле итальянского поп-певца Джана Франко Пальяро, которую он однажды услышал в кафе.

Район Ла-Пас продолжал расти, а с ним росла и популярность «гаражных вечеринок», на которые молодежь приезжала завершать пьянки. Привлекало молодых людей и то, что кафе Ла-Паса работало круглосуточно.

Впрочем, вскоре веселье сменилось проблемами. Пабло бесило, что в район все чаще стали наезжать парни на модных машинах и в дорогой одежде, перетягивая на себя внимание местных девушек. Пусть даже сам он ни с кем и не встречался, его все равно возмущало, что «смазливые мальчики из Медельина» распускали хвост перед девчонками из Ла-Паса. Банда Пабло закидывала автомобили гостей камнями, и чаще всего подобные ссоры заканчивались драками. Каждая сторона занимала свой угол в гараже и швырялась в другую всем подряд, от камней до стульев и бутылок.

Часть этих драк произошла с участием печально известной «Команды 11» во главе с Хорхе Тулио Гарсесом. Этот представитель золотой молодежи являлся на вечеринки района, как этакий Дон Жуан в кабриолете, и увозил любую приглянувшуюся девушку. Как-то ночью, когда Хорхе без приглашения приехал на вечеринку в честь пятнадцатилетия одной девушки, ситуация накалилась до предела. Пабло в гневе подошел к нему и сказал:

– Ах ты, сучонок мажористый, думаешь, если у тебя есть тачка, на тебя должны клевать все местные цыпочки?

Это была последняя капля. Вспыхнула потасовка, которая закончилась, только когда Хорхе Тулио ударом кулака в нос сбил Пабло с ног.

Вскоре после этого отец отхватил проблем с Хулио Гавирией, который появлялся на районе, чтоб потанцевать, но вечно перебарщивал с алкоголем. Как-то раз Гавирия закатил скандал из-за того, что одна девушка отказалась с ним танцевать. Пабло тоже был там и, недолго думая, выстрелил ему в ногу из маленького пятизарядного револьвера. Гавирия наутро заявил на него в полицию. Тогда на отца впервые выдали ордер на арест, и он попал в тюрьму, правда, ненадолго, потому что вскоре Гавирия отозвал обвинения.

Чтобы удостовериться, что этот инцидент не привлек к нему лишнего внимания полиции и прокуратуры, в начале июня 1970 года Пабло отправился в медельинское отделение Административного департамента безопасности и подал заявку на проверку биографических данных. Ему повезло, на запрос отреагировали практически сразу, но, как правило, такие документы получить было непросто; поэтому сразу, как только он их получил, то написал на последней странице: «Если вы вдруг нашли это, позвоните Пабло Эскобару по телефону 762976».

В то время отец большую часть времени проводил с кузеном Густаво, а тот постоянно пытался заняться каким-нибудь бизнесом, когда не стремился совершить преступление, – главное, чтоб в кошельке появились деньги. Так, однажды они ограбили грузовик с мылом Rexona и Sanit K, которое потом сбыли за полцены в местные магазинчики. Деньги, полученные за мыло, позволили им сменить Vespa на другой итальянский мотороллер, Lambretta; отец вспоминал, что это была модель 1962 года с номерным знаком A-1653. Новый мотороллер позволил и девушек катать намного чаще.

Постоянная нехватка денег в один прекрасный день привела друзей к идее продавать надгробия. Отец Густаво владел плиточным заводом, так что заработать получилось действительно хорошо. Парни вместе ездили по деревням вокруг Медельина, обхаживая клиентов, и всегда таскали с собой образцы плит. Вскоре они пришли к выводу, что выгоднее было бы покупать надгробия у деревенских могильщиков, хотя почти наверняка те крали их с кладбищ по ночам, а потом приводили в порядок.

Вся эта затея с перекупленными плитами, которые Пабло и Густаво привозили на завод, чтоб выгравировать новые имена, вскоре породила слухи о том, что парни продают плиты, которые крадут с кладбищ. Сплетни так разлетелись, что однажды, когда умер отец соседки, тесно общавшейся с семьей Энао, Пабло предложил вдове могильный камень бесплатно, но женщина отказалась. И хотя тогда она не сказала ничего больше, позже она обмолвилась, что ни за какие деньги не поставила бы на могилу мужа краденое надгробие.

В конце концов Пабло и Густаво забросили бизнес с могильными плитами: прибыль была не так высока, как им бы хотелось. Постоянный поиск более прибыльных вариантов хорошо отражает фраза, которую отец как-то сказал, покидая кафе-мороженое:

– Если к тридцати годам я не заработаю миллион песо, я себя убью.

Пытаясь достичь этой цели, он и Густаво взялись за кассы кинотеатров в центре Медельина. Под раздачу попали «Эль Сид», «Ла Плайя», «Эль Театро Авенида», «Одеон» и «Лидо»: сообщники заходили туда с пистолетом и уносили все деньги.

Следующим шагом стала кража автомобилей. Один из способов, которыми пользовались кузены, опирался на помощь человека, оформлявшего документы в дилерском центре: сообщник предоставлял отцу и Густаво все необходимые бумаги и делал для них копии ключей от машины. Так во владении грабителей оказывался совершенно новый автомобиль, только-только с завода.

Помимо этого кузены покупали за бесценок разбитые машины, и в автомастерской механик снимал с них номерные знаки. Затем они крали новый автомобиль и ставили на него номера от старого.

Некоторые из их находок, однако, были простыми до смешного, если бы не были преступными. Например, однажды отец предложил отремонтировать машину, застрявшую на обочине. Покопавшись в двигателе, он сообщил, что сядет за руль, чтобы завести его, и попросил владельца подтолкнуть. Когда же машина завелась, Пабло просто взял и уехал.

На деньги, добытые угоном, отец