Власть ножа - Валерий Ефремов

Братан вновь передал рацию Вите и двинулся к углу, где сгрудились вконец изможденные и перепуганные заложники. Он обвел взглядом баб помоложе и покрасивее, и вскоре его глаза сфокусировались на девушке с пепельными волосами, в белой блузке и серой юбке. — Подойди сюда, — указал Угорь на неё стволом автомата. У заложницы испуганно забегали глаза, но она не сдвинулась с места. — Ты, в белой кофте, я тебе говорю! — грозно произнес Угорь, и, поскольку девушка опять должным образом не отреагировала, он прямо по телам лежащих вповалку заложников направился к ней. Подойдя к девице Угорь, взял её за руку и рывком поднял на ноги. — Ну что, красотка, выпить-закусить хочешь? — Я не голодна, — отчаянно замотала головой заложница. — Пошли, говорю! — И налетчик дернул её за руку так сильно, что она упала лицом вниз на нескольких рядом лежащих мужчин и женщин. Но Угорь снова поставил её на ноги и теперь уже молча потащил за собой. Та сопротивлялась, но видно было, что чувство страха подавляло её волю. Шум, происходящий в углу, где находились заложники, привлек внимание Вити. То, что он увидел, заставило его быстро двинуться в сторону заложников. — Эй, — крикнул Перышко на ходу, — куда ты тащишь девушку? Угорь остановился и обернулся. — А тебе-то что? — удивился он. — Это — моя девушка, — неожиданно объявил Перышко, — отпусти её. — Ты что охерел, чмо болотное?! — выпучил глаза Угорь. — Ты кому это говоришь?! Ствол его автомата угрожающе повернулся в сторону Вити. Тот, однако, по-прежнему приближался к Угрю, больше не говоря ни слова. И предводитель налетчиков внезапно вроде как сдулся, наподобие детского резинового шарика. — Твоя, так твоя. Баб, что ли, здесь мало. Иди на место, — сказал он сероглазой с пепельными волосами, отпустив её руку. Та, бросив благодарный взгляд на Витю, быстро вернулась назад. Угорь между тем снова обвел взглядом толпу заложников. — Вот ты, иди сюда, — указал он на явно разбитную девицу, которая тут же поднялась с места и, задирая руками юбку, как будто переходила реку вброд, стала пробираться через тела пленников. — Ну, а эта — тоже, скажешь, твоя? — вроде бы с нахрапистой интонацией, в которой, однако, чувствовалась слабина, обратился Угорь к Вите Перышку. — Эта женщина — не моя и вольна в своих действиях. Витя развернулся и двинулся на свой пост к дверям. Угорь переглянулся с Селезнем и, указав пальцем на Перышко, покрутил тем же пальцем у своего виска. Он стал спускаться с выбранной им женщиной по лестнице вниз, но остановился и спросил Селезня: — А ты, братан, что же, никого не приглядел? Тот призадумался и присмотрелся повнимательнее к спутнице Угря. — Я, пожалуй, вместе с тобой спущусь. Эта чувиха нас двоих свободно потянет.

В кризисном штабе

В небе послышался какой-то шум. — Это наш вертолет, — радостно заорал представитель Центробанка. — Он везет доллары? — обеспокоенно спросил министр. — Да. Один миллион. — Будем договариваться, — сказал Селихов. — Действуйте, полковник. Сенцов в очередной раз приник к рации. — Банк! Вы меня слышите? — Слышим! Слышим! — раздался голос Угря, который уже находился в общем зале и, как только завидел вертолет, снова забрал у Вити рацию. — Сейчас прямо напротив банка сядет вертолет. Там будут находиться ваши доллары. Вы отпускаете заложников и садитесь в вертолет. Заложниками станут пилоты. — Ничего не выйдет! Мало ли вы нам какую туфту вместо баксов подсунете! Сгружаете зеленые, мы их пересчитываем, проверяем и только тогда садимся в вертушку и отпускаем заложников. — Что делать? — Полковник обвел взглядом разом всех начальников. — Штурмовать! — вместо них ответил командир «Терры», взбешенный утратой двоих своих лучших бойцов. — Сейчас бандиты усядутся считать баксы, и это их, конечно, отвлечет. Ведь самое главное для них — деньги. А если они выяснят, что оговоренная сумма получена не сполна, начнется все сначала — они опять станут расстреливать заложников. Взгляните в окно — сколько там уже трупов, а мы все торгуемся с этими головорезами! Министр молча посмотрел на генерала Горохова, тот немедленно кивнул. Семен Коржиков, поймав обращенный на него взгляд Павла Селихова, кивнул тоже. А почему бы нет? Так или иначе, за все отвечает спецпредставитель президента, а проводить олерацию будет спецназ ФСБ. И действительно, подумал министр, жертв все равно уже слишком много, и очень похоже на то, что командир «Терры» прав. Тем не менее, Селихов согласился со спецназовцем с нелегким сердцем: — Полковник Сенцов, передайте бандитам, что мы согласны на их условия. Генерал Горохов, готовьте спецназ к штурму банка. Я хотел бы знать в деталях, как произойдет эта акция.

Налетчики

Вертолет приземлился прямо на перекрестке улиц возле банка. Оттуда по трапу спустились два габаритных мужика в камуфляже, каждый нес на своих плечах по пластиковому мешку. Они двинулись к входу в банк. — Нет! Нет! — заорал в рацию Угорь. — Пусть они оставят мешки на улице. Мы их сами заберем. Полковник Сенцов, выслушав это пожелание налетчиков, передал его генералу ФСБ. Тот по мегафону отдал соответствующее распоряжение камуфляжникам, волокущим мешки с баксами. Те бросили пластиковые пакеты на асфальт, потоптались на месте, о чем-то посовещались и двинулись на противоположную сторону улицы, к кризисному штабу. — Пацаны! — обратился Угорь к мужикам, ранее вытаскивавшим трупы никулинских рэкетиров и банковских охранников. — Дуйте за пакетами и мигом обратно. Бархан, несмотря на наступившую темноту, между тем углядел некие перемещения окружающих банк спецназовцев. — Угорь, — тихо сказал он, — менты к штурму готовятся. — Вижу, — ответил тот неожиданно спокойно. Как только мешки внесли в банк, Угорь скомандовал заложникам: — Всем встать и переместиться к входным дверям! Быстрее! Быстрее! Пленники, почувствовав, что в их положении, возможно, назревают положительные перемены, быстро сгрудились у дверей. — Вот так и стойте, пока за вами не придут! На улицу не выходить — убьют! — отдал последнюю команду Угорь, одновременно бегло просматривая содержимое двух пластиковых мешков. — Сколько там? — блестя глазами, спросил Селезень. — Теперь — без разницы! Сколько ни есть — все наше. А больше не дадут. Бери один пакет, я потащу второй. Ты, — Угорь указал пальцем на Бархана, поскольку во время налета подельники избегали называть друг друга по кличкам, — прихвати директорские бабки. Ты, пацан, понесешь кейс, там никулинские лаве. Всё. Уходим. Он первым метнулся к лестнице, ведущей в подвальное помещение, за ним — все остальные. Угорь добрался до какой-то двери, которая оказалась запертой, и выбил замок очередью из автомата. Налетчики попали в котельную. Угорь с фонарем в руке уверенно пробирался по одному ему известному маршруту. Вот он подошел к мощной с виду кирпичной стене и пару раз ударил по ней кроссовкой. Легко отвалилось несколько кирпичей, и образовалась приличная дыра, в которую вполне мог пролезть человек средней упитанности. — Немецкий вариант! Об этом способе я сам прочитал в газетах. Делается подкоп под здание банка, а потом — захват заложников и байда с вертолетами-самолетами. Получаешь баксы и уходишь по канализационному тоннелю. — А дальше ты дорогу хорошо знаешь? — несколько обеспокоенно, но и с заметным облегчением спросил Бархан. И тут наверху поднялся большой хай. — Ша! Штурм начался, — тихо рассмеялся Угорь. — Надо спешить. Он первым пролез сквозь дыру. За ним не без труда протиснулся Бархан. Селезень и Перышко пробрались сквозь окно в кирпичной кладке легко. — Гоша! — вполголоса позвал Угорь. — Здесь мы. — Из темноты вынырнули две фигуры с керосиновыми лампами. — А почему ты не один? — Диггеры на пару работают. — Долю все равно получите как за одного. Такой уговор был. — Ладно. — А чего у вас в руках за светильники чудные какие-то? — Если долго находиться в таких местах, батарейки отсыревают и фонари отключаются. Приходится использовать керосиновые лампы. — А! Вот оно что! — Угорь! Должен тебя предупредить — дорога стола опасной. Прорвало трубу с горячей водой. Все ямы кипятком залило. Да и почву кое-где подмыло. — Делать нечего — все равно уходить надо. Гоша, иди впереди вместе с Перышком. Ты, Бархан, за ними вместе с другим диггером. Мы с Селезнем прикрывать будем. Гоша не соврал, тоннель действительно залило, и группе нередко приходилось выстраиваться в цепочку по одному. Тут сзади послышались голоса и неразборчивые крики. Стало ясно, что менты напали на их след. — Долго еще, Гоша? — обеспокоенно зашипел находящийся позади всей группы Угорь.

— Все, последний поворот — и мы у цели, — обрадованно сообщил прокладывающий дорогу Гоша.

И тут же раздалась автоматная очередь. Рухнули в почти кипящий поток находившиеся ближе к нему Селезень и Гоша с напарником. Бархан, шедший у стены впереди Угря, мгновенно рухнул на землю и развернул АКСУ на предводителя налетчиков, но тот уже лежал навзничь с торчащим между ребер ножом. Витя подошел к нему, вытащил свою выкидуху, обтер её о покойника и сунул куда-то в рукав.