О чем молчит диктофон - Марина Серова

свою неприязнь к Вячеславу она была рада, что у ее мужа замечательный телохранитель. – Кирилл им не нахвалится. Говорит, что Вячеслав ему даже жизнь спас как-то раз. Но это было давно, еще до того, как мы познакомились.

– А как он выглядит?

– Ну, – Виктория чуть улыбнулась, – такой красивый, ухоженный. Даже холеный.

– А высшее образование у него есть?

Вика кивнула:

– Да, он юрист. И еще всякими единоборствами владеет. Карате, ну и все такое. Мы когда с Кириллом познакомились в том самом клубе, я сперва на него запала, на Вячеслава. Он производил впечатление крутого бизнесмена, Кирилл выглядел да и вел себя как-то попроще. Я даже приняла их за друзей. Ну, потом я разобралась, что к чему, ну и закрутила с Кириллом.

Вика посмотрела на меня и вдруг спросила:

– А почему вы… то есть ты сказала, что мне грозит опасность? Что случилось?

Я вздохнула. Пришло время для самой тяжелой части нашего разговора, но тянуть мне все же не следовало. Вот-вот должен был приехать муж Виктории.

– Да, Вика, случилось. Но ты должна взять себя в руки. Дело в том, что следователь Скрынников найден убитым.

Услышав эту новость, Вика приложила ладони к губам и уставилась на меня, в ужасе расширив глаза.

– Что же теперь будет? – пролепетала она чуть слышно.

Хотела бы я и сама это знать.

– Но самое неприятное, что диктофон тоже исчез. – Я кратко пересказала Виктории свои последние приключения. Вика внимательно слушала, не сводя с меня испуганных глаз.

– Скажи, Вика, у вас с мужем есть знакомый по имени Артемий Ничков? – спросила я на всякий случай. – Может, он приходил к вам домой или вы встречались с ним, например в ресторане?

Вика нахмурилась, припоминая, но тут же покачала головой.

– Нет, такого я не знаю, никогда раньше не слышала.

Что ж, будем считать, что Ничков мне не солгал, и у него действительно нет ничего общего с мужем Виктории. В этот момент внизу послышался шум, раздались мужские голоса. Мы с Викторией переглянулись и поспешно вышли из комнаты.

– Пойдемте в холл, я вас представлю, – прошептала Виктория, увлекая меня к широкой лестнице, ведущей на первый этаж особняка.

– Тебя, – поправила я Вику, сжав ее руку, чтобы заставить собраться. Ладонь Виктории была холодна как лед. Нехороший признак. Значит, страх у девчонки зашкаливает, как бы не наломала она дров.

Мужчины, вошедшие в холл, услышали звук шагов на лестнице и подняли головы. Их было двое, и я сразу поняла, кто из них муж Вики. Кирилл Ястребов, мужчина лет сорока, был немного ниже своего телохранителя и, насколько я могу судить, находился в неплохой физической форме. Ни малейшего намека на отвисший живот, что является не такой уж редкостью у мужчин в этом возрасте. Тем не менее на первый взгляд он производил впечатление несколько слабохарактерного человека. В расплывчатых чертах его лица было нечто безвольное и, пожалуй, неприятное. Его телохранитель выглядел куда более привлекательно. Темноволосый молодой человек примерно моих лет действительно был довольно красив, Виктория не преувеличивала.

– Дорогая, у нас гости? – осведомился господин Ястребов, глядя на меня с легким интересом.

– Да, милый, познакомься. Это моя подруга Женя. Прости, что не предупредила заранее, но Женя только сегодня утром прилетела из Владивостока. Это так неожиданно…

Все это Виктория произнесла жеманным медоточивым голосом. Приблизившись к супругу, она подставила ему щеку для поцелуя. Телохранитель, хранивший молчание, взирал на эту сцену с непроницаемым видом. На меня он даже не взглянул.

– Значит, вы прибыли издалека? – обратился ко мне Ястребов, когда поцелуй завершился. – Надеюсь, погостите у нас немного. Викуся, ты поможешь Жене расположиться?

– Спасибо, Вика уже показала мне мою спальню, – поспешила я проявить себя благодарной гостьей. – Комната просто великолепна.

На лице Ястребова появилась самодовольная улыбка. Ему, видимо, доставляло удовольствие хвастаться своим домом. Что ж, имеет право. Особняк действительно великолепен. Тут Викин муж вспомнил о своем телохранителе.

– Кстати, познакомьтесь, это Вячеслав, друг нашей семьи и по совместительству мой бодигард. Прошу любить и жаловать.

Отрекомендованный таким образом телохранитель сдержанно улыбнулся и кивнул. У Вячеслава была довольно приятная улыбка, однако он по-прежнему хранил молчание.

– А что у нас с обедом? – оживился Ястребов. – Женя, вы наверняка успели проголодаться. После дальнего перелета?

Проголодаться я, разумеется, не успела, да еще после пирогов тети Милы. Тут Виктория вспомнила о своих обязанностях хозяйки, что было мне только на руку. Я все боялась, что Вика совершит какой-нибудь досадный промах, и наш спектакль с приездом одноклассницы с Дальнего Востока с треском провалится. Но Вика, к моему облегчению, держалась довольно уверенно и непринужденно, полностью оправдывая поговорку, согласно которой дома и стены помогают.

Виктория проводила нас в совмещенную с кухней просторную столовую, между делом отдала распоряжения невесть откуда взявшейся горничной, и через пару минут стол буквально ломился от яств. Я мысленно застонала, представив, какие испытания предстоят моему непривычному к обжорству желудку. Для самих супругов Ястребовых такая трапеза, похоже, была самым обычным делом, причем супруг Виктории не переставал усиленно меня потчевать. Он ведь и правда был убежден, что я только что сошла с трапа самолета.

– Разве существует прямой рейс из Владивостока в Тарасов? – внезапно спросил Вячеслав, с любопытством глядя на меня. Я слегка насторожилась, главным образом из-за того, что Виктория растерянно захлопала ресницами. Что обо мне думает телохранитель ее мужа, мне было совершенно безразлично. Меня куда больше беспокоило, что Виктория успеет ляпнуть какую-нибудь глупость, прежде чем я отреагирую.

– Вы правы, Вячеслав. – Я постаралась изобразить самую очаровательную из своих улыбок. – Сегодня я ранним утром прилетела в Москву, и буквально через пару часов объявили посадку на рейс Москва – Тарасов. Я едва успела на регистрацию.

Телохранитель скользнул по мне мимолетным взглядом, значение которого осталось для меня загадкой. Кирилл Ястребов, явно думая о чем-то своем, пробормотал:

– Самолеты-самолеты…

Если отбросить не отпускавшее меня напряжение, обстановку за обедом можно было назвать вполне уютной, даже домашней. Я почувствовала легкое недовольство собой, раньше мне удавалось расслабиться без особых проблем. Как все могло бы выглядеть с