Хонорик и семь чудес света - Владимир Сотников

"Хорошо, что я догадался спрятаться, - обрадовался Макар. - Все-таки искала почтальона!"

Зло нахмурившись, Ляля оглянулась в последний раз и решительно направилась в сторону речки. А как же Никита? Его ведь тоже надо выманить! Тут уж Макар решил действовать еще активнее. Теперь особенно таиться было нечего. Подняв камень среднего размера, он запустил его в забор. Через секунду в калитку выглянул испуганный Никита.

- Кто здесь? - спросил он.

Макар снял куртку и понесся мимо забора.

- Ах, черт! Опять упустил! Какая шустрая...- воскликнул он. - А кажется, что сонная.

- Кого ты ловишь? - не понял Никита.

- Бабочку! - воскликнул Макар. - Бегу за ней от самой станции. Там, возле рельсов - ужас как много! И большие, разноцветные, красивые... Наверное, отогрелись на солнышке. А может, с ума сошли? Как вы думаете? Ну, типа китов, которые выбрасываются на берег...

- Неужели? - оторопел Никита. - Массовое скопление бабочек? В это время года?!

- Я же говорю, - совсем как киты! - покусывая от волнения ногти, пробормотал Макар. - Сдурели! Что-то с ними произошло! А что - непонятно. Тут настоящий ученый нужен - хотя бы одним глазком взглянуть на всю эту картину...

Никита метнулся во двор и через мгновение выскочил с огромным сачком в руках. Озираясь по сторонам, он побежал по тропинке.

- Надо перейти через платформу, потом вдоль тропинки направо и потом налево шагов через двадцать! - крикнул вслед Макар. - Целая поляна бабочек!

"Как легко обмануть увлеченного человека!" - подумал он, глядя вслед Никите и еще не до конца веря своей удаче.

Путь был свободен. Даже калитка осталась приоткрытой. Макар с опаской заглянул внутрь. Но двор был пуст. Оставалось надеяться, что и клетки хотя бы заперты. Не хотелось встретиться нос к носу с питоном или еще с кем-нибудь из обитателей этого зоопарка...

- Нюк! - позвал Макар. - Нюк, это я! Кушать, кушать!

Хонорик всегда прибегал на этот призыв. А теперь шорохи раздавались с разных сторон, но привычного нюканья Макар не слышал. Он заметался по двору, словно сам был каким-нибудь пойманным зверьком. Потом он решил начать с самого дальнего вольера. Чувствуя, как подрагивают ноги, Макар направился туда.

И вдруг... от ужаса он даже вскрикнул!

В углу вольера, сжавшись в комочек, сидел Нюк и не сводил глаз, наполненных страхом, с огромной ящерицы, которая расположилась в противоположном углу. Это был австралийский варан, которого с такой гордостью показывала в прошлый раз Ляля. Макар вспомнил, как разозлился тогда на них, раздулся варан и бросился на сетку! Какой у него противный язык - раздвоенный, как жало... И с чего он взял, что такое чудовище питается муравьями? Нюк-то не похож на муравья! И самостоятельно пробраться в вольер он никак не мог: сетка была такой плотной, что в ее ячейки хонорик не пролез бы...

"Ну, зеленая шляпка! - вне себя от ярости подумал Макар. - Я тебе... Я... Я тебе покажу!"

Но на этот раз варан был спокоен - наверное, он был сыт. Пока... Противные глаза были закрыты, язык не высовывался. А может, он просто задумался перед прыжком?

Что делать? На дверце вольера висит замок, сетка прочная, прутья дверцы - еще прочнее... Макар лихорадочно обшаривал взглядом всю сетку вольера. Есть! Недалеко от замка, на одном из столбиков, к которым была прикреплена сетка, висели на гвозде два ключа, соединенные колечком.

Осторожно и беззвучно Макар приблизился, снял ключи... Сейчас, сейчас он откроет замок!

И тут сзади раздался какой-то шорох. Макар быстро оглянулся и увидел, как по земле не спеша, ступая на вытянутых ногах, покачивая вытянутым хвостом, передвигается небольшая ящерица, сплошь покрытая короткими шипами разной величины. Шипохвост! Почему же он гуляет на свободе? Макару показалось, что шипохвост направляется прямо к нему... От страха он попятился, зацепился за что-то ногой и чуть не грохнулся на землю, с трудом удержав равновесие. Ну зачем же он так взмахнул руками?! И при этом ключи вырвались из его руки... Описав дугу, слегка зацепившись за прутья дверцы, они упали внутрь вольера. Надо же было метнуть их так далеко! Хоть ключи теперь лежали у самого Нюка, дотянуться до них было невозможно.

Хонорик вздрогнул, наконец увидев Макара. До чего же жалобным и страдальческим было выражение его мордочки! Макар быстро огляделся. Он уже не обращал внимания на шипохвоста - тем более что ящерица спокойно удалялась куда-то в сторону. Если бы сейчас найти какую-нибудь длинную тонкую палку, которой можно дотянуться до ключей... Но тут Макар подумал: а если он этой самой палкой выведет из оцепенения варана? Разозлит его? Что же делать?!

И вдруг он увидел, что такая же связка висит и на соседней клетке, и на следующей. Может быть, Ляля убирала их только на ночь, а днем специально вешала под рукой. Но размышлять об этом было некогда. Решение мгновенно созрело у Макара в голове. Он схватил эту связку, легонько потряс ею в воздухе, негромко звякнув, потом уронил на землю и наступил на нее ногой.

- Ищи, Нюк! Ну пожалуйста, ну хороший, ищи! Нюк, ищи!

Для верности Макар чуть-чуть подфутболил ногой связку. Ключи опять звякнули.

- Ищи, Нюк! - еще раз повторил он.

И тут хонорик понял, чего добивается Макар! Он внимательно посмотрел на связку, лежащую рядом с ним, вытянул шею... Потом осторожно приблизился, взял ключи зубами и бесшумно скользнул к дверце.

Макар опасливо покосился на варана. Но тот продолжал дремать. Пригрелось на осеннем солнышке сытое чудище!

Выхватив у Нюка ключи, Макар осторожно отомкнул замок, стараясь не звякнуть, тихонько открыл дверцу... Но как только схватил Нюка за шиворот, Макар перестал осторожничать! Он изо всей силы захлопнул дверцу, навесил замок и громко выкрикнул:

- Ну что, съел, гад ползучий? Чтоб ты подавился жабой какой-нибудь!

Варан встрепенулся и зло посмотрел на Макара. Потом вздулся и высунул раздвоенный язык.

- Показывай, сколько угодно! - довольно сказал Макар. - На тебе сдачи! У-у! Уродина!

Никогда в жизни Макар никому не показывал язык с таким удовольствием!

Хонорик с радостью юркнул под куртку. Оставаться в этом зверинце Макару вовсе не хотелось. Он выскочил за калитку и припустил что было духу по тропинке к речке. Бежать, придерживая под курткой такую приятную живую тяжесть, было совсем не трудно. Макару казалось, что им с Нюком сейчас ничего не стоит даже взлететь...

Он успел вовремя. Хотя теперь можно было и не спешить: хонорик-то вот, на руках, в полной безопасности! Еще издалека Макар увидел, как Ляля потрясает перед Валентином и ребятами квадратиком бумаги. Но, заметив Макара с хонориком, она вся сникла, съежилась, спрятала куда-то письмо и надвинула свою шляпку пониже - на самые глаза.

- Там варан ваш проголодался, - выпалил Макар. - Сказал, что хочет слопать свою хозяйку. А хонорика не захотел есть. Потому что Нюк слишком добрый.

- Нюкочка! - завопил Ладошка, бросаясь к хонорику.

Нюк радостно лизнул Ладошку в нос. Кажется, и Ладошка не удержался от такого же ответа.

- Прочли письмо? - грозно спросил Макар Лялю. - Кажется, он попало по точному адресу?

Безвольно опустив руки, Ляля стояла поникшая, будто на нее вылили ведро холодной воды.

- Поймали? Поймали преступницу? - наконец зло хмыкнула она. - Самую великую преступницу всех времен и народов? Радуйтесь, прыгайте до самого неба! Связывайте, ведите по поселку, бросайте в меня камни! Какие молодцы... А между прочим, сами были бы виноваты, если б варан все-таки съел хонорика! Я уже сама испугалась того, что сделала, и хотела вытащить вашего зверька из клетки. А тут ваше письмо... И я сюда побежала! Так что это вы меня с толку сбили!

- Что?! - возмутился Макар. - Оказывается, это мы виноваты? Ничего себе... Какой же надо быть злой, чтобы в этой ситуации еще на других вину сваливать! Это хорошо, что варан сытым был, а если бы нет? Что, если бы произошло... непоправимое?

Макар даже представить побоялся, что могло произойти.

- Злой... Какой же надо быть злой... - повторила Ляля. Она опустила голову и смотрела на свои ладони, будто на них были написаны эти слова. Вам хорошо. Вот вы все какие... счастливые и добрые. Талантливые, наверное. Все вас любят, все вас ценят. И у всех есть какое-нибудь увлечение, все счастливы. А я? Ничего у меня не получается, никто меня не замечает. Кому я нужна, кроме этих страшилищ? Наверное, я такая же, как они...

Ляля глубоко вздохнула, и вздох этот закончился всхлипом. Отвернувшись, она смотрела куда-то на воду. Ребята переглянулись. Никто из них не решался ничего произнести после услышанного. Странное, странное чувство они испытывали! Макару даже показалось, что он сейчас примется успокаивать эту Лялю - такой жалкий и несчастный был у нее вид.

Хонорик спрыгнул с рук Ладошки на траву и почему-то подбежал к Ляле. Он понюхал ее кроссовки, потом потерся спинкой о ногу, пошевелил пушистым хвостом и посмотрел на ребят. Ну и странное это было зрелище! Словно хонорик всем своим видом просил простить свою обидчицу...