Анархия. Неумолимое возвышение Ост-Индской компании - William Dalrymple

* 54 миллиона фунтов стерлингов сегодня.

* По мнению выдающегося историка Аллахабадской школы Ишвари Прасада, Аурангзеб был "фанатичным суннитом, нетерпимым к любым формам инакомыслия", см. I. Prasad, The Mughal Empire, Allahabad, 1974, p. 612. Джадунатх Саркар нарисовал очень похожую картину порта rait в пяти томах: Jadunath Sarkar, History of Aurangzeb, London, 1912-24. В последние годы была предпринята попытка исправить репутацию Аурангзеба как фанатика и проверить на фактах некоторые из наиболее экстремальных утверждений, выдвинутых против него. Наиболее интересный вклад внесла Кэтрин Батлер Браун, которая отметила, что правление Аурангзеба отнюдь не положило конец музыкальному творчеству в империи, а наоборот, породило больше музыкальных произведений, чем за предыдущие сто лет. См. "Запретил ли Аурангзеб музыку?", Modern Asian Studies, vol. 41, no. 1 (2007), pp. 82-5. Также увлекательной, хотя и более противоречивой, была книга Одри Трушке "Аурангзеб: The Man and the Myth, New Delhi, 2017, которая превратила несчастного американского санскритиста в главную фигуру ненависти правого крыла Хиндутвы. Мунис Д. Фаруки работает над новым крупным исследованием об Аурангзебе, а тем временем его книга "Принцы империи Великих Моголов 1504-1719" (Кембридж, 2012) полна интересных сведений об Аурангзебе. Мое собственное мнение заключается в том, что, хотя Аурангзеб, безусловно, более сложная фигура, чем допускают его недоброжелатели, и что правда, что в начале своей карьеры он защищал браминов, покровительствовал индуистским учреждениям и индуистским дворянам и что он до конца консультировался с индуистскими астрологами и врачами, он все же был необычайно холодным, безжалостным и неприятным персонажем, а его агрессия и обаяние во многом подорвали империю, которую он так старался удержать вместе.

* Более 5 миллионов фунтов стерлингов сегодня.

* Лакх равен ста тысячам.

* Сегодня более 1 миллиона фунтов стерлингов.

* 13 миллионов фунтов стерлингов сегодня.

* 13 миллиардов фунтов стерлингов сегодня.

* 260 миллионов фунтов стерлингов сегодня.

* Около 9 200 миллионов фунтов стерлингов сегодня.

* Современные эквиваленты этих сумм таковы: 77 500 фунтов стерлингов = более 8 миллионов фунтов стерлингов сегодня; 20 000 фунтов стерлингов = 2 миллиона

Предложение, от которого он не смог отказаться

В начале ноября 1755 года неизвестный направил подзорную трубу на ветреное устье реки Скорф и дальше - на французские верфи в Порт-Лорьяне в Бретани. Круглый прицел панорамировал причалы и склады, сухие доки и мукомольные набережные, пока наконец не остановился на флотилии из одиннадцати высокомачтовых кораблей - шести военных с полным боевым такелажем и пяти французских ост-индских - все они стояли на якоре, чуть в стороне от других судов, на морском краю гавани.

Корабли находились в центре бешеной активности: Французские войска маршировали по сходням на фрегаты, а деревянные краны в доке медленно поднимали на борт пушку за пушкой. Они высаживались на квартердеки, между окованными железом бочками с вином и водой, тюками с продовольствием и поддонами с припасами, рассчитанными на многие месяцы в море. Затем наблюдатель начал считать корабли, записывать припасы и вооружение, перевозимые на борту, точно отмечая различные отверстия пушек, количество погруженных войск и тщательно оценивая, насколько глубоко в воде плавает каждый корабль.

В хранилищах Национального архива Индии сегодня хранится аккуратный конспект отчета разведки, составленный для директоров Ост-Индской компании. По понятным причинам в документе не указана личность человека, предоставившего информацию: это мог быть чиновник в порту или купец из третьей страны, невинно разгружавший свои товары на соседнем причале. Но, учитывая подробности содержащейся в нем информации, а также тот факт, что автор смог навести справки о назначении кораблей и датах их вероятного прибытия, вряд ли это был дальний наблюдатель на побережье, осматривающий порт в подзорную трубу, или проходящий мимо британский капер, рискнувший пройти вдоль побережья к югу от Бретани, мимо хорошо охраняемых французских военно-морских баз в Бресте и Рошфоре и якорной стоянки в заливе Киберон между ними. Источник разведданных должен был находиться в порту, среди толпы людей и погружающихся на суда моряков, внимательно наблюдая за всеми приготовлениями к отплытию и одновременно выпытывая информацию у матросов, докеров и кладовщиков, возможно, за рюмкой бренди в портовых тавернах.

Несколько недель спустя, 13 февраля 1756 года, встревоженные директора Ост-Индской компании сидели в обшитом панелями зале Совета на Лиденхолл-стрит, внимательно изучая отчет и споря о его последствиях. Они сошлись во мнении, что, учитывая агрессию Франции на границе Америки, война теперь практически неизбежна. Поэтому флотилия, скорее всего, была не какой-то бродячей миссией французской Compagnie, а ранним свидетельством крупной французской инициативы в Индии. Директора опасались, что в Версале сейчас реализуется план, который впервые придумал Дюплеи: свержение Британской Ост-Индской компании и замена ее французским аналогом. Они также ясно понимали, что не должны допустить этого.

Обсудив различные варианты, директора решили направить разведданные Роджеру Дрейку, губернатору Форт-Уильяма в Калькутте, чтобы предупредить его о неизбежности войны. Нельзя допустить повторения потери Мадраса десятилетием ранее. Дрейк должен быть бдителен в обороне, предупредили они, поскольку предполагали, что флотилия должна быть нацелена либо на Калькутту, либо на Мадрас, так как "учитывая нынешнее положение дел между британской и французской нациями, естественно предположить, что французы будут наносить удар там, где они могут нанести его наиболее эффективно".

Поскольку наша Компания может ощутить тяжесть этого, особенно в Бенгалии, где поселение уже несколько лет лишено военных рекрутов, к чему добавляется недостаточность укреплений в форте Уильям для защиты поселения от грозных европейских сил, суд [директоров] счел необходимым поручить вам принять такие меры, которые наилучшим образом будут способствовать защите и сохранению имущества, прав и привилегий Компании в Бенгалии.

Затем они обсудили детали только что полученных разведданных: "Нам сообщили, что [флотилия из] одиннадцати кораблей Французской компании отплыла из порта Лорьян примерно в середине ноября, имея на борту около трех тысяч человек".

Шесть самых больших, загруженных лишь наполовину и несущих около шестидесяти орудий разного калибра, предназначались для охраны конвоя для остальных пяти, загруженных как обычно; эти одиннадцать кораблей, вместе с четырьмя, отплывшими некоторое время назад, составляют уже пятнадцать; и было сообщено, что они намереваются отправить еще несколько. Но поскольку ни одно из них не предназначалось для Китая, вероятно, что это вооружение предназначено для побережья Короманделя или Бенгалии.

Наконец, они дали точные инструкции о том, чего они теперь хотят в ответ: "Вы должны поставить поселение в наилучшее положение для защиты, какое только сможете, быть постоянно бдительными и согласовывать самые надлежащие меры для его безопасности, для чего вы должны требовать