Белый танец - Хэрриет Гилберт

Однако, несмотря на заверения Лучано, у Саманты осталось ощущение, что он не понял, о чем она ему говорила. Ну и пусть! Для себя она решила, что сделает все, чтобы подобные «эпизоды» больше не повторились.

Сытая по горло общением со своим невыносимым клиентом, Саманта вознамерилась немного передохнуть, рассудив, что Лучано прекрасно сумеет себя развлечь, тем более что он успел подружиться с Доналдом. Этому в немалой степени способствовало то, что брат Саманты великолепно знал архитектуру Италии, что не могло оставить синьора Гранди равнодушным.

Мужчины отправились на прогулку, с которой вернулись через три часа голодные как волки. Саманта времени даром не теряла и успела приготовить обед.

Доналд, у которого вкусовые рецепторы за годы супружеской жизни давно атрофировались, поглощал блюда молча, но Лучано похвалил бифштекс, чем несказанно обрадовал Саманту.

В кладовке Хелен, естественно, гулял ветер, но Саманта умудрилась даже из тех немногих продуктов, что удалось отыскать, приготовить вполне сносное угощение.

Как-то она спросила невестку, почему та не возьмет повара и домработницу.

— Ты же знаешь, что еда не имеет значения для меня, Доналд каждый день обедает в университетской столовой, а держать повара ради гостей я считаю излишней роскошью, — смеясь, ответила Хелен. — И вообще, я слишком занята, чтобы тратить время на такую ерунду, как еда!

Хелен нетерпеливо ждала, когда закончится этот обед. Она даже не позволила Лучано насладиться сполна чашкой кофе после обильной трапезы и увела его прямо из-за стола в свою студию.

Спустя какое-то время Саманта заглянула туда и увидела их увлеченно беседующими. Оказалось, они обсуждали эскизы и рисунки Хелен. Удивившись, что невестка показывает гостю свои работы — честь, которой редко удостаивались даже члены семьи, — Саманта спросила, не желает ли синьор Гранди покататься на лошади.

— Сегодня такой чудесный день, вот я и не удержалась, позвонила Джону. — Она объяснила Лучано, что это местный фермер, который дает ей лошадей, когда у нее появляется настроение поездить верхом. — Но, если вы заняты, я поеду одна.

— Подожди, Сэм, — остановила ее Хелен. — Думаю, я уже утомила нашего гостя своей живописью. — Она поблагодарила Лучано за терпение, достала из папки какой-то рисунок углем и вручила ему. — Мне кажется, что здесь самое близкое сходство. Но мне хотелось бы написать вас маслом как-нибудь.

— Почту за честь. — Лучано с интересом рассматривал подарок. — Вы правы, сходство действительно большое. Я обязательно сохраню его, — добавил он с улыбкой и направился к двери. — Вы не ошиблись, Саманта, — сказал он, когда они вышли из мастерской, — погода самая что ни на есть подходящая для прогулки верхом. Но вот моя одежда вряд ли годится для этого вида спорта.

— Но и мы с вами собираемся не на показательные выступления. В джинсах, которые одолжил вам Доналд, вполне можно ездить на лошади, — возразила Саманта.

— В таком случае, буду рад составить вам компанию. Подождите меня, пожалуйста, я только отнесу в свою комнату рисунок Хелен.

До фермы Джона они доехали на «порше». Как только Лучано сел на крупного, довольно резвого жеребца, Саманта сразу поняла, что он опытный наездник. Вскоре они уже медленно ехали по дороге, вьющейся между двумя огромными полями. Саманта не удержалась и полюбопытствовала, как ее подопечный провел время в студии Хелен. Ей очень хотелось хоть глазком взглянуть на рисунок, но Лучано почему-то не похвастался подарком перед тем, как отнести его в свою комнату.

— Хорошая она художница или плохая, но Хелен имеет колоссальный успех, — заметила Саманта. — К ней невероятно трудно попасть. Очень многие хотят получить портрет ее работы, даже записываются в очередь.

— Я не специалист, но, на мой взгляд, ваша невестка весьма талантливая художница. Хелен показала мне пару полотен, написанных в абстрактной манере, они просто великолепны.

— Приятно слышать, что вам понравились ее работы. Я тоже считаю, что она чудесная художница, хотя так же, как и вы, не являюсь экспертом в этой области. Впрочем, как и Доналд. Что бы Хелен ему ни показала, он всегда говорит одно и то же: «Прекрасная картина, лапочка. Просто потрясающая!» Может, в этом и состоит счастье семейной жизни? — с улыбкой предположила Саманта.

Они ехали молча какое-то время, затем Лучано медленно произнес:

— Мне кажется, вам очень повезло с семьей. — Увидев ее удивленный взгляд, он пояснил: — Взять, к примеру, вашего брата Доналда. Я получил большое удовольствие от разговора с таким умным, эрудированным и заботливым человеком.

— Заботливым?

— Да. Он очень беспокоится за вас, Саманта.

— Вот как? — бросила Саманта, которой не нравилось, в каком направлении движется их беседа.

— Это правда. Насколько я могу судить, Доналд вас очень любит. Хотя, надо сказать, не понимает и даже удивляется, почему вы избрали такую опасную профессию.

Саманта передернула плечами и с легким раздражением отозвалась:

— Старая песня! Они с Хелен прожужжали мне все уши, что я должна найти «нормальную» работу, и не хотят понять, что мне нравится то, чем я сейчас занимаюсь.

— Вы ошибаетесь насчет Хелен, — возразил Лучано. — Она довольно спокойно относится к вашей карьере.

— Что-то новенькое!

— Нет, — медленно проговорил Лучано, бросив на Саманту насмешливый взгляд. — Хелен уверена, что, если вам что и нужно, так это муж.

Саманта громко рассмеялась.

— Чепуха! Вы только что придумали это.

— Нет, я не обманываю вас. Она действительно считает, что вам пора обзавестись семьей.

— Вздор! — недоверчиво фыркнула Саманта.

Они выехали на луг, поросший густой травой.

— Вы поезжайте, — сказал Лучано, заметив, что она нетерпеливо ждет, когда они поскачут по лугу. — Я еще не совсем оправился от ушибов, поэтому поеду медленнее.

— Я могу остаться с вами, — предложила Саманта.

— Ни в коем случае, — улыбнувшись, ответил Лучано. — Вперед!

Он придержал лошадь, глядя вслед стремительно удалявшейся всаднице, затем тронул жеребца и легкой рысью поехал за ней.

Лучано вспоминал свой разговор с Хелен и думал, что правильно сделал, не передав Саманте всего, о чем они говорили. Кому понравится, когда тебя обсуждают за твоей спиной? Но для Лучано эта беседа была весьма полезной и познавательной.

— Саманта — чудесная девочка, — говорила Хелен, делая быстрый набросок углем на листе бумаги, прикрепленном к мольберту. — Но ее проблема состоит в том, что снаружи она производит впечатление жесткой и несгибаемой, хотя в действительности у нее мягкое, доброе сердце и прекрасная душа. И в этом несоответствии формы и содержания виноват ее отец.