Ненормальный практик 5 - Отшельник Извращённый

поломать её игру. Легко контраргументировать. Но не спешу. Хочу посмотреть, что будет дальше.

Корнелия приподнимает бровь:

— Правда? И что же он рассказывал?

Хм. Интересуется. Ревность? Вряд ли. Даже не уверен, что Корнелия действительно что-то чувствует ко мне. Однако, всё же смущает, что решила переспать. Этот её поступок всё-таки создаёт вариацию, что она и правда влюбилась в того, кто чуть её не прикончил. То бишь меня. Стокгольмский синдром? Или другая вариация? Помнится в ту ночь, я подчинил её. Возможно это и вызвало в ней любовную реакцию?

— О, всякое! — Фрея усаживается поудобнее. — Что вы красивая, умная, из знатного рода. И… что он на вас не женится.

Тишина.

Вот оно что. Решили использовать мою отговорку от любых любовно-морковных историй против меня же. Хороший ход. Хвалю. Вот только Фрея даже не понимает, что наоборот играет мне на руку. Если ей удастся расторгнуть мой брак с Корнелией куплю ей новые сапоги!

Корнелия медленно поворачивается ко мне. Затем обратно к Фрее и улыбается ещё шире. Н-да, и смысл было надеяться, что она — дура? Наследница Романовых-Распутиных точно не безмозглая. Меньше чем за секунду всё поняла. Ведь как я мог говорить, что не женюсь на ней, если мы только вчера вечером пересеклись, и она никаким образом не была моей невестой. Конечно Фрея с Ингрид этого ведь не знают, а потому Корнелия и улыбается, определенно похвалив их мысленно за попытку.

— Да. Сашенька говорил, что не женится, что-то такое, припоминаю, — лыбится она как демон. — Вот только это было до вчерашней ночи. Ночью мой милый взял на себя ответственность.

— Ответственность? — Фрея наливает себе ещё вина. — За что?

Корнелия улыбается. Мило. Невинно:

— За мою честь, конечно. Он же, м-м… как это говорится у простолюдинов… а, да. Лишил меня невинности.

Фрея давится вином. Ингрид роняет ложку. За соседним столиком торговец, подслушивавший разговор, опрокидывает кружку с элем.

— Корнелия, — говорю спокойно, стараясь не проникаться этим сюром. — Необязательно так прямо.

— А что? — она «невинно» хлопает ресницами. Актриса, блин. — Я что-то не то сказала? Но ведь это правда, милый. Ты сам говорил, что возьмёшь ответственность.

— Вот как, — Фрея отпивает снова. Ставит кружку. — Значит, свадьба?

— После битвы с британцами, — кивает Корнелия. — Саша настоял на отсрочке. Боится умереть и оставить меня вдовой. Такой заботливый.

Вообще-то, я просто имею кое-какую тактику и придерживаюсь ей.

— А как же вторая невеста? — спрашивает Ингрид. Её голос ровный, но вижу, как держит ложку, будто хочет прирезать меня.

— Вторая… — Корнелия с неморгающим взглядом оборачивается ко мне. Неплохо сработано, Ингрид. Есть же и вторая несуществующая. Вон Корнелия как напряглась. В её голове ведь теперь не только ОДНА какая-то там невеста в Петербурге, а есть и ещё и ВТОРАЯ! Выходит, в её глазах я — настоящий кобелина. Стоит отдать должное Корнелии — она сохранила лицо безэмоциональным, будто была в курсе ВООБЩЕ ВСЕГО. Так что произнесла дежурную фразу.

— Там всё сложно, да, дорогой?

— Ага, — говорю спокойно. — Очень сложно.

— Сложно — это когда ты обещаешь одной, — смотрит Фрея на Корнелию, затем переводит взгляд на проходящую мимо с красными щеками Мари и говорит, — спишь с другой, а третьей говоришь, — и бросает мимолётный, но красноречивый взгляд на Ингрид. — Что вообще не собираешься жениться.

И почему себя не упомянула?

С другой стороны. Разве она не права? Так и есть. Я — плохой парень в плане постоянных отношений. Да и вообще, сегодня в академии, завтра — в тюрьме, послезавтра в штрафном батальоне. Никакой надежности. Заводить при такой жизни семью? Будет только ношей для самих жён. Даже взять Корнелию. Допустим, у нас каким-то чудом правда сложилась бы семья. Что дальше? Наделать детишек и жить ни о чём не думая? Наивно. В здешнем обществе меня и её сожрут. Она из высшей семьи. Если останусь там, где сейчас есть в плане силы, нам конец. Как и нашим детям. Стоит её родителям уйти в мир иной, как враги клана набросятся на нас и растерзают. Так что я не смогу стать ей полноценным мужем, без силы, что сможет защитить нашу семью. И её детские фантазии о том, что она откажется от фамилии и выйдет из рода — полная глупость. Скорее её клан прикончит меня вместе с бабулей, чем допустят выход наследницы из рода.

А потому. Впереди слишком много работы над собой. Но для начала пережить ответку одного из четырех великих родов Империи — Романовых-Распутиных. Как именно они поступят со мной из-за связи с Корнелией пока неизвестно.

На обвинения Фреи придётся ответить. Но говорить обо всем что думаю? Бессмысленно. Так что отвечаю просто:

— Ты права, Фрея. Я не такой хороший, как можно посчитать, — и пожимаю плечами. — А ещё в Петербурге на меня обижена не одна девушка. Так что если станешь ненавидеть меня, отнесусь с пониманием.

Она хмурится. Вероятно, ожидала чего-то иного? Оправданий? Слов в свою защиту. Но я признаю свои минусы. Знаю, что Вика-Виктория, да и Аглая, наверняка спали и видели, как бы прикончить меня. Надеюсь, они уже позабыли о моём существовании.

— Дорогой, ну зачем ты так критично, — погладила меня по плечу Корнелия. — Я считаю тебя хорошим. Да и Фрея испытывает к тебе что угодно, но не ненависть, так ведь? — и взглянула на северянку.

— Я лишь хочу прояснить ситуацию, — пожала Фрея плечами. — Кстати, сколько вы уже вместе?

Корнелия улыбнулась:

— Достаточно, чтобы понять, как я от него без ума.

— Понятно, значит не так долго, как я думала, — ухмыльнулась Фрея.

Мне кажется, или напряжение за столом только что коснулось критической отметки? Моя Фреечка продолжает ковырять наш с Корнелией фальшивый пирог любви! При том так умело, что Корнелии точно не нравится. Прям чую их ауры.

— Дамы, — произношу спокойно. — Не усложняйте всё. Давайте развею все ваши сомнения и избавлю вас от ложных представлений, — наливаю себе вина, а троица смотрит на меня ОЧЕНЬ внимательно. — Для начала, хоть у меня и имеются женщины в Петербурге, это не значит, что я собирался на них жениться, так как это был лишь оборот речи, назвать их невестами. Как и с Корнелией. У нас