Не та девушка (СИ) - Пьянкова Карина Сергеевна

Вряд ли стоило ждать от Миртл сегодня хоть чего-нибудь, ведь миссис Хайнс доводилась девушке родной теткой.

Миссис Браун сидела с совершенно серым лицом и чашка в ее руках нервно подрагивала.

— Но как так вообще могло произойти? — пробормотала она.

Моя хозяйка проявила куда большее присутствие духа — на лице Элинор Мидуэл отражалась скорбь, но никак не страх.

— Миссис Хайнс? Это действительно изумляет. Бедняжка была совершеннейшей недотепой, к тому же исключительно добросердечной и доверчивой.

Голос пожилой дамы звучал отрешенно.

Однако факт оставался фактом — миссис Хайнс была мертва.

Подробности произошедшего удалось узнать уже от инспектора Харриса, когда он вечером заглянув в наш дом.

— Вы хоть кого-то подозреваете? — спросила миссис Мидуэл, глядя на полицейского перед собой с искренним сочувствием.

Он выглядел просто ужасно — цветущий мужчина чуть за сорок словно постарел на десяток лет.

Гостя мы принимали в гостиной и на этот раз вместо чашки чая миссис Мидуэл предложила бокал хереса. Инспектор Харрис всегда проявлял равнодушие к алкоголю, однако на этот раз от спиртного не отказался.

— Все невероятно сложно, миссис Мидуэл, — покачал головой инспектор. — Во-первых, убитая выпила отравленный чай, который сама же и готовила для своего хозяина и его брата.

Такое начало делало произошедшее немного более логичным. Куда проще было поверить, что убить желали кого-то из братьев Дарем.

— Вот как, — задумчиво протянула моя хозяйка, взглядом побуждая инспектора Харриса продолжать рассказ.

Тот поежился, опуская глаза.

— Мне вообще-то не следует пересказывать гражданским… все это, — произнес с тяжелым вздохом полицейский. — Но и вы, и мисс Мерсер прекрасно умеете хранить тайны, а ваши советы, мисс Мидуэл, я высоко ценю.

Пожилая леди кивнула, соглашаясь с обоими утверждениями разом. Все, о чем сообщал нам инспектор Харрис, действительно оставалось сугубо в стенах этого дома. Ни миссис Мидуэл, ни я не отличались особенной словоохотливостью и знали, что лучше не рассказывать никому и никогда.

— Мне вовсе не кажется, что лишить жизни хотели именно миссис Хайнс.

Тут наши с инспектором Харрисом мнения полностью совпадали. Кому и чем могла помешать бедная миссис Хайнс?

— Вполне логично предположить, что так и есть. Тем более, что чай предназначался, как вы говорите? не ей. Кому-то могло прийти в голову избавиться от братьев Дарем, не так ли?

К несчастью, и Генри Дарем, и Джордж Дарем относились как раз к тем людям, у которых враги непременно обнаружатся.

Мужчина с расстроенным видом кивнул.

— Более того, я не могу с полной уверенностью сказать, что один из братьев не захотел убить другого. Отношения между ними действительно отвратительные. Да и эта свара по поводу наследства… — произнес полицейский то, что заставило меня изрядно призадуматься, в том числе и о человеческой природе. — Проще простого подсыпать в чайник яд, а после просто не выпить свою порцию. И сами братья Дарем, и миссис Дарем утверждают, что и преподобный, и капитан несколько раз заглядывали на кухню, пока миссис Хайнс готовила чай.

Я только и могла, что растерянно хлопать глазами. Потому что мне в голову могла прийти, пожалуй, любая теория, пусть даже самая безумная, но определенно не та, согласно которой один из братьев Дарем пытался убить другого.

В конце концов, они же кровные родственники!

Миссис Мидуэл только осведомилась:

— И на кого ставите, на Генри или Джорджа?

Полицейский с беспомощным видом развел руками.

— Капитан Дарем не кажется мне человеком с твердыми моральными принципами. А преподобный гневлив и подвержен страстям.

Моя хозяйка кивнула, но явно соглашалась она больше со своими мыслями, чем с умозаключением инспектора.

— И что же теперь капитан Дарем и его жена? Они ведь не останутся в доме преподобного? — осведомилась она.

Полицейский одним глотком ополовинил свой бокал.

— Об этом теперь и речи нет. Джордж Дарем подозревает брата в покушении или, по крайней мере, очень достоверно изображает это. Генри Дарем отвечает ему полной взаимностью. Так что капитан с супругой перебрались в дом миссис Браун. У нее достаточно большой дом и она не против новых гостей.

То есть теперь, выходит, Даремы и Джулиан Кин окажутся под одной крышей? Забавное стечение обстоятельств.

Беседа с инспектором Харрисом поразила меня и изрядно напугала. Мысль о том, что действительно убийцей мог оказаться преподобный, сражала наповал. Просто не получалось верить в такое, даже несмотря на мою антипатию к Генри Дарему. Насчет Джорджа Дарема возникали большие сомнения: все понимали, что назвать капитана образцом морального совершенства чрезвычайно сложно, однако мне не хотелось думать, что один брат мог попытаться убить другого, тем более из корысти.

Когда на следующий стала очевидной несостоятельность полиции относительно смерти миссис Хайнс, Миссис Мидуэл выпустила в деревню свои верные глаза и уши — повариху миссис Мэтьюс и вторую горничную, Сару, внучку нашего садовника мистера Гувера. Разумеется, ни повариха, ни служанка понятия не имели, что хозяйка отправила их следить за другими обитателями Сеннена и собирать слухи. В высшей степени благовоспитанная леди никогда бы не отдала таких приказов. Пожилая леди просто полагалась на человеческую природу — женщинам свойственно любопытство, пламя которого в свете последних событий должно было разгореться до небес. Оказавшись среди знакомых, Сара и миссис Мэтьюс непременно начнут расспрашивать, что же именно произошло. И их приятельницы, конечно же, начнут делиться собственными измышлениями, теориями, наблюдениями. Вернувшись же домой, слуги расскажут, все, что удалось узнать, и мне, и миссис Мидуэл, когда той придет в голову расспрашивать о том, что происходит за пределами дома.

Когда наша «разведка» явилась назад со сведениями, оказалось, что радоваться особенно нечему. Не имелось никаких иных свидетелей произошедшего злодеяния помимо членов семьи Дарем. Сами же братья на два голоса обвиняли друг друга в попытке убить, а миссис Мидуэл молчала.

— Но ничего, мисс Бет, теперь капитан Дарем с женой уже перебрались к миссис Браун, — закончила повествование Сара, которая радостно делилась всеми сведениями на кухне.

— И как они уживаются? С мистером Кином? — уточнила я.

С некоторых пор Джулиан стал для меня слишком интересен, что одновременно удивляло и смущало.

— Как же можно не ужиться с мистером Кином? — изумленно переспросила Сара. — Он же такая прелесть! Удивительно светлый молодой человек!

Тут горничная вздохнула с мечтательностью и грустью человека, который слишком хорошо знает свое место в этой жизни.

Джулиан Кин не мог претендовать на руку девушки из хоть сколько-то уважаемой семьи в силу своего рождения и профессии, однако такой как он вряд ли обратил внимание на служанку, для этого актер поднялся слишком высоко.

— Это точно, — согласилась повариха. — Мистер Кин — человек добрейший. Вот уж точно, ума Творец не дал, зато на сердце не поскупился. Говорят, он даже вышел из комнаты, чтобы поприветствовать капитана Дарема и его жену. А ведь бедного мальчика до сих пор так сильно лихорадит!

Что ж, поступок вполне в духе Джулиана Кина.

— Его все любят, — продолжала миссис Мэтьюс. — Ну, кроме преподобного Дарема, разве что. Даже капитан Дарем относится к мистеру Кину по-дружески.

Я заставила себя не морщиться. Потому что отлично знала, что брат викария молодого актера попросту презирает.

— А как отнеслась к произошедшему миссис Дарем? — поинтересовалась я. Наверное, именно чувства Сьюзан Дарем интересовали меня большего всего. Вряд ли женщине со здоровьем настолько слабым, как о нем говорят, доставит удовольствие переезд, пусть даже в пределах одной деревни. Да и наверняка она должна была ужасно испугаться, когда после покушения на нее еще и убили человека в том же доме.