Тэтчер: неизвестная Мэгги - Дмитрий Медведев

Что же так задело современниц Тэтчер? Амбиции! Маргарет не собиралась скрывать своих желаний. Это себя она видела министром финансов или иностранных дел. Это для себя она требовала от мужчин равноправия. Это себе она приказывала «проснуться» и «занять ведущее положение в славной елизаветинской эпохе».

Сразу после окончания выборов 1950 года Мэгги занялась изучением юриспруденции. Она поступила в знаменитые судебные инны[201] и стала посещать лекции Совета юридического образования.

Когда она вышла замуж за Дэниса, мечта стала еще ближе. Узнав, что его жена интересуется юриспруденцией, Тэтчер отреагировал очень спокойно:

– Делай, как считаешь нужным, любимая.[202]

Поддержка не ограничивалась одними словами. Дэнис согласился взять на себя материальное обеспечение семьи.

– Деньги мужа существенно помогли мне на моем пути, – неоднократно признавалась она в своих интервью.[203]

В начале 1950-х годов адвокаты, недавно закончившие образование и вступившие на новое поле деятельности, получали в период стажировки всего 100 фунтов[204] в год. Так что без финансовой поддержки супруга Маргарет действительно пришлось бы намного труднее.

Выпускные экзамены Тэтчер должна была сдавать летом 1953 года, однако в этот период у нее произошло не менее важное событие. Появление на свет Марка и Кэрол внесло свои коррективы.

– Я боялась, что с двумя детьми на руках поддамся искушению все свое время посвящать домашнему хозяйству и уходу за малышами, забросив учебу и поставив крест на своей карьере, – признавалась Маргарет. – Но я чувствовала, что просто обязана найти применение и другим сторонам моей личности.[205]

Окончательное решение было принято на больничной кровати спустя несколько дней после появления двойняшек:

– Я про себя подумала, если прямо сейчас не напишу заявление о допуске к выпускному экзамену, я больше никогда этого не сделаю. Если же заполню регистрационную форму сейчас, то чувство гордости не позволит мне завалить экзамен. Так я и поступила.[206]

Психологический трюк удался. Выпускные экзамены были успешно сданы через четыре месяца. Амбиции Мэгги были на время удовлетворены, Дэнис же был вне себя от счастья.

– Промежуточный экзамен в мае, рождение двойни в августе и выпускной экзамен в декабре! – восклицал он, не сдерживая эмоций. – Хотел бы я посмотреть на женщину, способную повторить этот рекорд.[207]

Первоначально Маргарет хотела специализироваться на патентном законодательстве, считая, что в этой области также могут пригодиться ее познания в промышленности и опыт научной работы. Однако после непродолжительных размышлений она решила переключиться на налоговое право, представлявшее гораздо более широкие возможности для профессионального развития и карьерного роста. В декабре 1953 года Тэтчер устроилась стажером в контору Фредерика Лоутона. Комментируя свой выбор, Маргарет признавалась:

– Фредерик был одним из лучших криминальных юристов, которых я знала. Он был остроумен, не питал иллюзий в отношении человеческой природы и своей профессии, четок в выражениях и добродушен ко мне.[208]

После шести месяцев в криминальном праве под началом Лоутона Мэгги перешла изучать основы канцлерского судопроизводства к Джону Брайтману, а еще через полгода занялась налоговым законодательством в знаменитой конторе сэра Джона Сентера.

Сэр Джон обещал взять ее на работу после завершения испытательного срока. Однако, когда этот момент настал, он отказался выполнить свое обещание. Маргарет была потрясена до глубины души. За все шесть месяцев она ни в чем не провинилась. Так же усердно, как остальные юристы, работала, часто задерживалась, брала работу на дом. Только потом выяснится, что отказ в принятии на работу не имел ничего общего с профессиональными качествами миссис Тэтчер. Просто у Сентера начался период сокращений, к тому же он не хотел, чтобы в его коллективе появилась женщина.

Мэгги не знала истинных причин. Находясь в растерянности, она решила продолжить обучение, только на этот раз в области бухгалтерии. От безумного шага ее остановил, как всегда, спокойный и рассудительный Дэнис. Однажды, вернувшись вечером домой, он увидел на столе своей жены бланки поступления в Институт дипломированных бухгалтеров.

– Что это еще такое? – воскликнул Дэнис.

– Я хочу изучать бухгалтерию, – ответила Маргарет.

– Ради всего святого, зачем?

– Мне сказали, что, если я хочу заниматься налоговым правом, мне полезно будет знать бухгалтерию.

– Забудь об этом. Я всегда сделаю за тебя бухгалтерский отчет и помогу решить любую проблему.[209]

Маргарет шел уже тридцать второй год, и на получение нового образования потребовалось бы еще как минимум три-четыре года. Гораздо благоразумнее было подумать о начале карьеры, а не об очередном повышении своей квалификации.

Тэтчер устроилась налоговым юристом в контору Ч. Боннера, где успешно проработала до 1961 года. А табличка около ее кабинета просуществовала еще дольше – до 1968 года.

Маргарет проработает в правовой сфере пять с лишним лет. Как замечает Джон Кэмпбелл:

– За этот период она увидит достаточно, чтобы не испытывать перед юриспруденцией благоговения и трепета. В годы своего премьерства Тэтчер будет обращаться с юристами как с заговорщиками. Она всегда будет готова принести их в жертву общественным интересам. И все апеллирования к профессиональной солидарности окажутся в данном случае бесполезны.[210]

Несмотря на все свое прилежание и трудоспособность, Маргарет так никогда и не станет выдающимся специалистом в области права. Юриспруденция, как, впрочем, и химия, была лишь средством для достижения ее главной цели – стать профессиональным политиком.

Еще до рождения детей Тэтчер пыталась найти подходящее место, где бы она смогла принять участие на дополнительных выборах[211]. Она обратилась в центральный офис консервативной партии, сказав, что готова выставить свою кандидатуру в любом округе Лондона и пятидесятикилометровом радиусе от него.

Спустя некоторое время ей предложили место в самом центре столицы, однако Мэгги сама отказалась от участия в избирательной гонке, посчитав это бесперспективным. Пройдя через жернова промышленного электората Дартфорда, она заслуживала чего-то более привлекательного.

Затем было рождение детей и неудачное участие в списках кандидатов от таких округов, как Орпингтон, Бекнем, Ашфорд, Мейдстон, Хемел-Хемпстед и Оксфорд. Ее совершенно не смущали малолетние Кэрол и Марк.