Хозяин башни. Часть 1 - Роберт Егоров

окном, мальчишки долгое время пытались разглядеть, что происходит в доме, заглядывая внутрь через мутное пыльное стекло. Так они просидели с час, пока один из его спутников не заверещал от испуга. Оказывается, ведунья незаметно подкралась к ним сзади и сама устроила слежку за горе-шпионами.

– Давайте поступим так. Сейчас разойдёмся по домам. А-то нас Машка скоро хватится. А уже завтра мы пойдём к Фавре и зададим ей вопрос напрямую.

Все согласились со здравостью такого предложения и поспешили по домам. Солнце уже закатилось за горизонт. Наступала ночь.

Полина лежала в кровати и смотрела в окно, как круглую яркую луну обтекают клочья облаков. Сон не шёл. Она думала о Фавре и о том, почему ведунья соврала им. Без сомнений, она могла иметь секреты и уж точно не им она должна сообщать о том, куда и с кем ходила. Но всё-таки. Смутное ощущение тревоги бродило внизу живота девушки, тянуло и не давало покоя.

Полина перевернулась на другой бок, подставляя спину тусклому лунному свету. Фавра пользовалась безграничным уважением со стороны своельжцев. Это она усвоила твёрдо. Но врождённое недоверие скребло на сердце. Что-то не так. Она не могла дать своему чувству толкового объяснения, но интуиция редко подводила её.

Девушка встала с кровати, оправила ночную рубашку, спускавшуюся ей ниже колен и вышла из комнаты. Четыре спальни находились на втором этаже дома. Комната Полины была прямо напротив лестницы. Слева была спальня Ваньки, справа – Марьина, а большая комната Малики с Божаном, сейчас пустующая – в самом конце длинного коридора, идущего мимо всех дверей.

Полина спустилась вниз по лестнице, аккуратно, чтоб не скрипели ступени, на первый этаж выпить воды. Через окна, выходившие во двор, на кухню струился бледно-жёлтый свет, рисуя на полу тени от ягодных кустов, росших рядом с домом. Полина подошла к ведру рядом с печью и зачерпнула ковшом слегка нагревшейся от печного жара воды. Она отпила прямо из ковша, пролив немного воды себе на грудь. Полина смахнула ещё не успевшие впитаться капли и услышала слабый топот по лестнице – кот, видимо решивший, что его будут сейчас кормить, подбежал к Полине и стал тереться о её босые ноги.

– Васька, – девушка присела на корточки и погладила громко урчавшего кота, – ночь на дворе, какая еда? Вот, могу воды налить, если хочешь, – поднесла она к его раскормленной морде ковш с водой. Васька понюхал и недовольно облизнулся, укоризненно смотря на девушку блестящими в сумраке глазами.

Полина встала, повесила ковш на крючок на печи и, уперев руки в бока, смотрела на Ваську, который крутился вокруг неё, выпрашивая еду. Девушка тяжело вздохнула.

– Ладно, что с тобой сделаешь. Сейчас, жди тут, я принесу что-нибудь, пока Машка не видит. Иначе она нам обоим такую взбучку устроит!

Она вышла в сени, где в полу был устроен холодильный погреб, где хранились запасы еды. Полина спустилась по лесенке вниз, пригибая голову, чтоб не удариться о деревянные перекладины. Тут было значительно холоднее. Полина взяла с полки горшок со сметаной и поспешила подняться наверх, где Васька сидел и выжидательно глазел на девушку.

– Вот на какие жертвы ради тебя иду, – с напускной укоризной сказала Полина коту, закрывая люк погреба, стараясь не шуметь вделанным в крышку железным кольцом. – Заболею – ты будешь виноват.

Она вернулась в дом, пропуская вперед себя кота. Тот радостно урчал, тыкаясь усатой мордой в руку, пока девушка накладывала в его миску сметану. Машка, если бы увидела, устроила бы выговор и долго бы потом дулась. Но Полина не могла отказать любимцу в маленьком удовольствии и не побаловать его. Она вообще любила животных, а они отвечали ей полной взаимностью. Полина сама не могла объяснить то, порой совершенно удивительное, доверие со стороны зверей. Как-то раз, ещё в Глеймаале – давно ли она стала называть мир людей этим непривычным названием? – когда они с друзьями были в походе в Архангельской области и ночевали в лесу в палатках, к ней подбежал заяц, выпрашивая какое-нибудь лакомство. Зверёк, обычно пугливый и старающийся обходить людей как можно дальше, отчего-то доверился Полине и удивил её умиляющихся товарищей своим поведением. Подобные случаи повторялись часто. Полина объясняла это тем, что животные чувствовали её любовь и то, что она и в мыслях не держала навредить им.

Полина стояла и смотрела, как Васька уплетает сметану. Она улыбнулась и посмотрела в окно. Небо на горизонте уже начинало потихоньку светлеть. Скоро проснётся деревня, а она так и не спала. Полина решила, что уж нет смысла ложиться. Она дождалась, пока кот дочиста вылижет миску, ополоснула её в лохани с водой, скрывая улики своего маленького преступления и пошла обратно в комнату одеваться.

Мысли снова захватила вчерашняя ситуация с Фаврой. Девушка решила, что сама наведается к ведунье, не дожидаясь Катю с Ванькой.

Накинув на плечи лёгкую куртку с капюшоном, Полина выскользнула со двора и поспешила в сторону избушки.

Глава 4

У Фавры

Своельга постепенно просыпалась. В доме ведуньи было слышно, как деревня постепенно наполняется лаем собак, мычанием коров, рёвом быков и блеянием коз и овец, которых молодые пастухи выводили в поле на пастбище. Музыка человеческого селения перемежалась с бойкой перекличкой птиц в берёзовой роще, жужжанием насекомых, летающих по саду ведуньи, далёким кряканьем уток на реке и всплесками воды от спускаемых на реку лодок рыбаков.

Запахи, которые надёжно скрывала под своим покрывалом ночь, также высвобождались навстречу солнцу: свежий аромат сырой после ночи земли и росы, блестящими каплями свисавшей с цветущих трав, запах свежеиспечённого хлеба, доносящийся из деревни вместе с дымом из печей, что разжигали хозяйки после недолгой летней ночи.

Ко всем этим привычным ароматам примешивался ещё один, который чуткий нос Фавры едва улавливал среди россыпи прочих запахов. И он становился всё ближе.

Она ждала этого. Девчонка явно не глупа и ведунья заметила, что та бросила взгляд на дикую сирень, которая в изобилии росла у забора. Ведунья догадывалась, что та обязательно наведается к ней. Вчерашнее событие стало лишь поводом для того, что и так завещала судьба.

Что-то было в этой девице такого, что отличало её от прочих жителей деревни. Едва уловимая разница, но всё же она была. Ещё когда она только появилась в Своельге, ведомая альвами под руки, ведунья отметила её взгляд и едва заметные колебания воздуха вокруг неё. Казалось, что девушка вызывает отклик в природе. Это было странным, забытым явлением, и оттого очень любопытным.

Фавра услышала шорох травы под ногами