Насколько больно? (СИ) - Евсения Медведева

— Отстань!

— Неееет, я не могу тебя потерять! У тебя просто идеальная внешность! Никто в жизни не подумает, что ты барыга! Что ты продаешь наркоту, что в карманах у тебя сверточки. Полиции тебя жалко, а покупатели в тебе души не чают. Я исчезну из твоей жизни только тогда, когда весь долг вернешь мне! Иначе…

— Что?

— А что скажут твои родственники, когда я расскажу, что ты продавала наркоту? Интересно, они тебя сразу выгонят в шею? Или сначала вызовут копов? — его противный смех резанул ухо. — У тебя есть время подумать. Я сам найду тебя!

И он ушел. А я осталась. Я села на ступеньки и уронила голову на руки. Перед глазами пролетели все эти счастливые недели. Смех Димки, улыбка сестры, крепкие объятия Влада. Я вспомнила их глаза, полные гордости и радости. Вспомнила ночи, в которые мы с Кирой обнимались и разговаривали или просто смотрели фильмы. А жаркие поцелуи Никиты, его прикосновения? Его запах? Неужели этот месяц — лучшее, что лучилось в моей жизни? И неужели это конец? Что мне делать? Что?

— Мира? С тобой все нормально?

— Ой, я тебя не заметила! — у лестницы стояла Кира, ее хмурое выражение лица и прищуренный взгляд говорили о том, что сейчас начнется допрос с пристрастием. — Я устала! Честно! Столько информации свалилось! Мне дали целую папку литературы! Как я все это могу выучить?

Лицо Киры расслабилось, и появилась улыбка.

Глава 19

Никита

Она не пришла. Я просидел всю ночь в машине, ожидая ее. Но Мира не пришла. Я сидел на берегу озера, наблюдая, как собираются рабочие, закончившие внутреннюю отделку дома. Я посмотрел на часы, через час приедет дизайнер, который будет обставлять дом. Полина до сих пор не знает о том, что дом готов, она тут даже ни разу не была. Ну и хорошо. Ну и здорово!

Я помахал прорабу и сел в машину. Из головы до сих пор не выходила Мира. Мы договорились, что в час ночи я буду ее ждать, потом днем созванивались, пока она была в академии, а потом ее телефон перестал отвечать. Я так не могу! Черт! Что она со мной сделала? Мне плохо только оттого, что она не пришла! По спине бегут мурашки, что я могу больше ее не увидеть! Но я не могу! Черт! Я в тупике! Я не могу держать ее возле себя лишая возможности на личную жизнь, но и отпустить не в силах! Как только я вспоминаю ее лицо, ее пухлые губы бантиком, мне становится жарко! Мой мозг выключается, и включаются только инстинкты. А как ни странно, инстинкт мне приказывает схватить ее и никогда не отпускать!

— Привет труженикам! А наш папочка где? — Кира гуляла по двору с коляской.

— Твой в офисе! Сегодня к ужину не жди. Я просто с прорабом встречался, поэтому…

— Пообедаешь?

— Нет, но от кофе не откажусь! — мы вошли в дом.

— Здорово! Сейчас приготовлю. Вчера у Димки так болел живот! Я всю ночь не спала! Зато утром мы уснули и только сейчас проснулись. Сама еще чай не пила.

— А Лягуха где? — спросил я, стараясь придать голосу как можно больше спокойствия.

— Еще не видела. Но она что-то говорила про консультацию, может, уехала?

— Давай скорее кофе! — рассмеялся я, рассматривая замученную, но счастливую Киру. Сестры были очень похожи, тот же взгляд, форма лица, губы, фигуры… Все было, как под копирку, но при виде Киры мое сердце не отбивало ритм поражения! Мне не хотелось утащить ее в пещеру и не выпускать до конца жизни. А при виде Миры я сдаюсь.

— Ты готовь, я его покачаю! — Димка, спящий в коляске, начал хныкать.

— Спасибо! Вот родите с Полей лялек, я тоже покачаю! — рассмеялась Кира, заправляя кофемашину.

Ага! Моя жена не знает, как включается плита! Дети! Смешно! Я шел по коридору к веранде, где стояла коляска, когда увидел бумажку, валявшуюся у двери.

«Кир! Прости меня! Но не ищи! Мне было очень хорошо с тобой, с твоей семьей, с твоими друзьями. Но это все не мое. Как устроюсь — напишу!»

Мои руки покрылись потом, я перестал дышать и бросился на улицу, чтобы вдохнуть немного воздуха. Дурочка!

— Что, не получается укачать? — рассмеялась Кира. — Держи кофе!

— Спасибо! — я сунул бумагу в карман, чтобы Кира не видела.

— Мирося недоступна. Я так за нее переживаю! Как она доехала?

— Недоступна — значит в аудитории, сейчас везде заглушки стоят, чтобы в телефонах не ковырялись! — я врал, врал напропалую, чтобы не тревожить Киру. Девочка моя, где же ты, глупышка?

Я помахал Кире и запрыгнул в машину. Что делать? Звонить Владу не хотелось, еще рано. Надо придумать. Я гипнотизировал телефон, стараясь сообразить. Черт! Хоть бы она его взяла, хоть бы не выбросила. Когда я купил телефон, я занес ее данные. С помощью приложения я могу найти ее.

Автовокзал. Черт! Я убью ее! Спидометр зашкаливал, я обгонял, перестраивался и пролетал на красный, чтобы успеть, не опоздать! Если уедет, то я не смогу ее найти, тогда придется рассказать Владу. Что за муха ее укусила?

Я бросил машину на привокзальной площади и помчался в здание вокзала. Толпы людей сновали вокруг. Я крутил головой в поисках знакомой рыжей копны волос, но ее не было. Я выскочил на перрон, тут было еще больше людей. Паника начала накрывать меня. Я встал на верхнюю ступень лестницы, чтобы посмотреть на толпу с высоты.

Бинго! Мира сидела на скамейке, прижав к груди свой старый синий рюкзак. Пробираясь сквозь толпу, я не спускал с нее глаз, боясь, что она исчезнет, как мираж. Моя девочка склонила голову на бок, и я увидел слезы. Все ее лицо было мокрым от слез. Я остановился всего в паре метров, чтобы отдышаться. Мира держала в руках свой рисунок и гладила пальцем изображение. Я не мог разглядеть, что было там, но это неважно. Главное, что я успел.

Я сел рядом с ней, она даже не обратила на меня внимание. На листке в клеточку были нарисованы все, кого я знал, все, кого я любил. Кира, Влад и Димоня, родители Влада, Кися с Кириллом, мы с Максом.

— Привет, не знаешь когда автобус в город под названием ТЫСОШЛАСУМА? Я чуть не умер!

— Что? Что ты здесь делаешь? Уезжай! Я все решила! Мне