Предать нельзя Любить (СИ) - Коваль Лина

Тону в запахе мужской туалетной воды и выплываю на поверхность.

- Ну ты и соня, - недовольно проговаривает Арс, при этом ласково поглаживает меня по руке.

Сладко потягиваюсь и уставляюсь на Долинского. Белоснежная рубашка оттеняет чуть загоревшую во время прогулок по Москве кожу. Волосы так идеально уложены, что хочется их срочно потеребить. Озорные огоньки в глазах вспыхивают и тут же гаснут.

Искренне желаю быть той, кто хоть иногда сбрасывает с этого лица серьезность.

В обратную дорогу мы оформили места в бизнес-класс. И я ни капли не пожалела. Оказывается, это не просто сидения в начале салона.

Это очень удобные сидения в начале салона.

И вкусное холодное шампанское, после которого меня вырубило на уютном плече моего новоиспеченного парня.

Поверить только.

Арсений Долинский – мой парень.

- Мы уже прилетели? – спрашиваю, склоняясь к иллюминатору.

- Нет.

- А зачем тогда разбудил, жестокий человек?

- Соскучился, - пожимает он плечами и хитро улыбаясь, отворачивается.

Легко смеюсь. Хватаю широкую, теплую ладонь.

Хочется все время его касаться.

Не знаю, как это объяснить? Словно у экспоната в музее сняли заградительную цепочку и теперь можно легально до него дотронуться. И вроде есть желание… но боязно. Произведение искусства ведь. Поэтому осторожничаю.

- Развлекай меня, раз поднял, - говорю капризно.

Капризничать я, естественно, не привыкла. Но это тоже то, что хочется только с ним. Тем более, Арсений позволяет. Ему будто удовольствие доставляет выслушивать мои капризы.

- Как тебе поездка? – спрашивает, забирая свою ладонь и размещая её чуть выше края подола нового шелкового платья, которое заставила купить Эвелина.

Это просто катастрофа!

Платье стоит дороже, чем весь мой гардероб и телефон, вместе взятые. Но Долинские, оба, так настаивали, что я, скрепя сердце согласилась. А по приезду домой около часа крутилась возле зеркала.

Платье черное.

С высоким воротником-стойкой, но открытыми плечами. По длине достаточно откровенное, но главное – как оно облегает тело? Пришлось докупить микроскопические бесшовные стринги.

В общем, наряд откровенный. Об этом постоянно напоминают светло-синие глаза и не всегда довольное лицо справа. Арсений не в восторге оттого, что в этом платье я привлекаю мужские взгляды.

- Поездка мне понравилась. Хоть это и не командировка. Ты меня обхитрил.

Он глухо смеется и подается вперед, чтобы поцеловать. Встречаю его губы страстно. Внутри разливается растопленное масло. Арс проталкивает язык в мой рот и увлекает за собой. Он словно не ждет, когда я отвечу, а… заставляет откликнуться.

- Арс, - шепчу ему в губы. – Тут люди кругом.

Он тяжело вздыхает и отстраняется.

- Уважаемые дамы и господа! – слышится голос откуда-то сверху. – С вами говорит капитан корабля. В салоне бизнес-класса находится Леванова Анна Владимировна. Хочу сказать вам, Анна Владимировна, что ваш спутник очень вас любит. И сейчас, на высоте десять тысяч метров желает услышать ответ на главный вопрос. Анна Владимировна, вы выйдете замуж за Андрея Николаевича?!

Мужчина справа вскакивает с места и присаживается на одно колено. Раскрывает маленькую коробочку с кольцом. Девушка шокированно загораживает ладонью лицо. Плачет от счастья и утвердительно качает головой.

Улыбаюсь, наблюдая, как они целуются, и стюардесса приносит им шампанское.

- Завидуешь, - спрашивает Арсений, внимательно за мной наблюдая.

- Нет, - легко отворачиваюсь от пары. – Я вообще независтливая.

Арс разворачивается, опираясь на спинку кресла.

- Все люди завистливые, Ари, - выговаривает философски.

- Я -нет.

Его бровь иронично ползет вверх.

- Вопрос концентрации, малыш.

- Хм… Это как?!

- Ну, смотри. Допустим, девушке сделали предложение. Ты посмотрела, порадовалась и отвернулась. Через десять минут капитан корабля снова произносит её имя и будущий муж опять признается ей в любви. Вместо кольца, дарит ключи от новенького автомобиля. Еще через десять минут – дом. Виллу у моря, затем – путешествие на Мальдивы. Когда-то зависть достигнет в тебе максимальной концентрации и вырвется наружу.

Задумываюсь. А есть что-то правдивое в этой его теории...

- Ты получается тоже завидуешь?!

- Я же обычный человек, - закатывает он глаза невозмутимо.

- Иногда я сомневаюсь в этом, Арс.

- Ты о чем?..

- Да так, - смеясь, мажу по его гладковыбритому лицу кончиками пальцев.

Съела бы.

Арсений же вальяжно откидывается на спинку кресла и продолжает рассуждать:

- Допустим, появляется достойный конкурент. И он также, имеет внушительный список побед в зале судебных заседаний. Я за него искренне порадуюсь. Всё будет ровно до того момента, пока я могу объяснить для себя этот успех. Ну а если вдруг этот загадочный Адвокат Х начнет справляться с заведомо проигрышными, абсурдными делами?! Или, положим, создаст какой бы то ни было прецедент, который станет известен широкому кругу заинтересованных специалистов?!

Пожимает плечами и безразлично прикрывает глаза.

- Только идиот не будет такому завидовать.

- Пусть будет так, - отзываюсь.

- Я вздремну, малыш, - говорит Арсений со смешком.

- Ну уж нет, - хохочу. – Ты разбудил меня, чтобы самому поспать?!

- Уж очень хотелось поцеловать тебя, - медленно поворачивает голову и открывает глаза. Тихо произносит: - Сил никаких не было.

- Ой, ну ладно тогда, - склоняюсь и нежно целую жесткие мужские губы. – Ради этого можешь будить меня хоть посреди ночи.

- Я запомню.

Арсений достаточно быстро засыпает, а я размышляю о его словах.

Наверное, концентрация зависти Виктора Андреевича тоже достигла предела, раз решил убрать конкурента нечестным способом. А если, как говорит Арс – это чувство природное, разве я могу в чем-то обвинить отчима?!

Ведь он действительно неплохой человек.

Просто… не смог преодолеть свою зависть.

После того как самолет приземляется, Арсений долго уговаривает меня поехать к нему, но я категорично отказываюсь. Хотя очень этого бы хотела, конечно.

Дело в том, что на время отъезда мне пришлось попросить присмотреть за Арнольдом, Гертрудой и Тасей девчонок из приюта. Было бы очень безответственно не приехать домой после командировки. Тем более, я соскучилась по питомцам.

Долинский, конечно, ворчит. Но потом, будто смирившись, довозит меня на такси до дома. Сгребает в охапку возле подъезда и горячо целует.

- Завтра ночуешь у меня, - говорит хрипло.

- Ладно, я согласна, - прижимаюсь щекой к белоснежной рубашке.

Расставшись, поднимаюсь на свой этаж и открываю дверь ключом. Собаки тут же сбивают с ног и отчаянно скулят.

- Эй, - кричу, пытаясь отодвинуть лицо от их мокрых языков. – А-а-а… Я тоже скучала. Привет-привет. Тася, привет, - машу кошке, которая сделав вид, что меня нет, уходит в сторону кухни.

В тишине раздается оглушительный звонок.

- Забыл что-то? – открываю дверь, ожидая увидеть Арса.

Округляю глаза от полнейшего шока, потому что на пороге оказывается Виктор Андреевич.

- Привет, дочка.

- Здравствуйте, - рассматриваю его сосредоточенное лицо.

- Отдохнула? – спрашивает с хитрой улыбкой.

- Я в командировке была, - оправдываюсь, чувствуя, как щеки заливаются румянцем.

- Почему не сказала, что вернулась к Долинскому? Сюрприз хотела сделать?!

- Я-я…

- И, смотрю, моему совету последовала. Общаешься с ним ближе некуда. Видел вас у подъезда.

Отчим проходит в квартиру, а я растерянно прикрываю за ним дверь.

- Всё не так, - начинаю тараторить. – Я действительно полюбила его.

Виктор Андреевич тяжело вздыхает и идет в сторону кухни. Собаки, несмотря на недавнее игривое настроение, словно не обращают на него внимания. Одна за другой удирают в гостиную.

- Кофе мне сделаешь?

- Конечно. Сейчас, - говорю, протискиваясь мимо мужчины вперед.