Фашисты в космосе - Владлен Багрянцев

– Направляюсь на Меркурий, как мы и условились, – сообщил почти чистую правду австриец.

– Это хорошо. Торопись. У тебя будет шанс уцелеть, – абсолютно спокойным голосом добавила итальянская владычица.

– Уцелеть?! – удивился диктатор. – О чем ты?!

– Со мной все кончено, Арнальдо.

– Но почему?! – вскричал австриец.

– Потому что наступил великий день гнева Его – и кто сможет устоять?

Глава 12. Великий день гнева Его.

Вальтер Сталлоне открыл глаза.

"Здесь что-то не так", – гласила первая из мыслей, посетивших его голову.

Голову? Разве его голова все еще на месте?!

Он попробовал пошевелить правой рукой – рука подчинилась – и ладонь коснулась головы. Глаза тем временем жадно изучали окружающую действительность.

"Этого не может быть!" – именно так, предсказуемо и ожидаемо, выглядела очередная мысль.

Он внимательно осмотрел и даже ощупал себя. Потом снова огляделся вокруг.

"Я все еще жив?! Но этого не может быть! Ведь меня расстреляли и выбросили в открытый космос!!!"

Вальтер снова ощупал себя.

Три пули в грудь, одна из них – прямо в сердце. Одна пуля в голову. И вот он висит в открытом космосе, в безвоздушном пространстве, где-то между Марсом и "Беллоной". Думает, двигается и даже размахивает руками. Без скафандра или любой другой защиты. Совершенно не чувствует боли или холода. И он все еще жив.

Жив ли?

"Я мыслю – следовательно, я существую!"

"СУЩЕСТВОВАНИЕ НЕ ЕСТЬ ЖИЗНЬ, – внезапно ответил ему чужой Голос, холодный и равнодушный. – ТЫ МЕРТВ И ПРИНАДЛЕЖИШЬ МНЕ. ДЕЙСТВУЙ. НЕМЕДЛЕННО".

Вальтер послушно развернулся вокруг своей оси, отыскал на фоне звездного неба окольцованный шарик "Беллоны" и полетел к нему. Просто взял и полетел, как маленький космический корабль, запустивший свои двигатели. Даже не задумываясь над тем, какая сила придала ему первоначальное ускорение.

Как видно, расстрел состоялся совсем недавно. Вальтер успел удалиться от "Беллоны" всего на несколько сотен метров. На возвращение было потрачено чуть больше минуты. Опальный генерал приблизился вплотную к внешнему кольцу и заглянул в ближайший иллюминатор. Каюта по ту сторону бронестекла была пуста. Прекрасно. Вальтер сжал пальцы, замахнулся и впечатал кулак точно в центр иллюминатора. Осколки бронестекла так и брызнули во все стороны. Сталлоне протиснулся внутрь, не обращая внимания на свистящий в лицо воздух, убегающий из разгерметизированной каюты за компанию со всяким мусором вроде авторучек, пластиковых стаканчиков и нижнего белья. Оказавшись на борту, Вальтер выждал, пока брызнувшая с потолка пенорезина не заделала пробоину и не восстановила герметичность. После этого он смог открыть дверь каюты и спокойно выйти в коридор.

Навстречу ему уже спешили "пожарные" – техники из ремонтной бригады. Разумеется, прообоина в корпусе не осталась без внимания дежурного офицера на Главном Пульте, и к месту аварии немедленно отправили поднятых по тревоге специалистов. Похоже, техники собирались обратиться к Вальтеру с каким-то вопросом, но он не стал их слушать. Первого он убил ударом в лицо, загнав осколки защитной маски глубоко в мозг. Второй получил удар аналогичной силы точно в сердце. Третьего пожарного Вальтер сбил с ног и наступил ему на горло. Насладился хрустом. Неторопливо обыскал убитых, собрал оружие и отправился дальше.

В лифте, на котором он поднимался на другой уровень, висело зеркало, поэтому генерал Сталлоне смог вдоволь полюбоваться на свое отражение. Пулевые пробоины в груди, зияющую рану во лбу и все прочее.

В центре управления "Беллоны" царило непривычное оживление и стопотворение, поэтому на Вальтера не сразу обратили внимание. Но все-таки обратили – и он догадался об этом по внезапно наступившей тишине.

– Мы же тебя расстреляли! – только и сказал находившийся здесь же председатель трибунала.

– Было дело, – не стал спорить Вальтер. – За мной должок.

Залп из двух атомных пистолетов буквально оторвал председателю голову.

– Вряд ли воскреснет, – заметил Сталлоне. – Между прочим, по какому случаю вы здесь собрались?

– Герцогиня приказала нам сбросить на Марс еще одну бомбу, – машинально ответил вице-король Фобоса.

– Нет, я не могу этого позволить, – покачал Вальтер простреленной головой и снова поднял атомный пистолет.

– Но ведь это невозможно! – спохватился маршал Фабиани. – Ты же умер! Как это возможно?!

– Какой неоригинальный вопрос, – искренне огорчился Вальтер.

– Он же робот, киборг, – прошептал один из молодых офицеров. – Я был уверен, что это глупые слухи!

– Киборг? – переспросил другой итальянец. – Что за бред?!

– А как бы иначе он выжил в открытом космосе без скафандра и с пулей в голове?! – возразил первый.

– Остроумное объяснение, – заметил Вальтер, – но, к сожалению, неверное. Кто Я? – Вальтер громко расхохотался, и смех его был ужасен. Так, наверное, должен был смеяться сам дьявол, сотворивший очередную пакость. – Кто Я?! Я – Ужас, летящий на крыльях Ночи! – он снова рассмеялся. – Да нет, что я говорю? Быть может, мне подвластны все стихии?! Я – Гений, неопознанный во Тьме?! Нет, тоже неверно. Я – Джон Картер, великий воин Марса! Нет, это слишком по-американски. Нет, я не Картер, я – Другой. Я – Суперфашист, Капитан Италия!

И тут он нашел правильный ответ.

– Я – Марс, сын Юпитера, Великий Бог Войны.

В его глазах вспыхнул огонь.

Теперь Он был Богом Войны, всемогущим Богом Войны, Завоевателем Земель и Разрушителем Миров.

И сам Он был Миром – планетой, каменным шаром, гигантским разумным существом диаметром в семь тысяч километров и массой в шестьсот сорок два секстилиона тонн. Пять миллиардов лет Он вращался по орбите вокруг Матери-Солнца. И все это время Он воевал. И его вечные спутники Фобос и Деймос, Страх и Ужас, неотлучно следовали за ним.

Сотни народов за это время родились и погибли на Марсе – все они пали жертвой Кровожадного Бога, уничтожая друг друга и самих себя в пламени бесконечных войн.

Великое множество цивилизаций зародилось на соседних планетах – и все они также погибли. Теперь это были безжизненные, мертвые, пустынные, сгоревшие или взорванные миры. Ибо Марс пристально следил за ними своим красным глазом.

А потом появилась планета под именем Земля – и разумные существа, живущие на ней, тоже принялись покланяться Богу Войны, и тоже научились убивать.

И они даже дали Марсу его нынешнее имя. Какая ирония.

И даже отринув всех прочих языческих богов, земляне продолжали поклоняться ему и приносить все новые кровавые жертвы.

И они начали эту войну – последнюю, как он надеялся, в которой должны были окончательно погубить друг друга.

Не без помощи Плутона, разумеется. Бог подземного царства мертвых решил увеличить число своих подданых. Уран, Сатурн и другие боги равнодушно наблюдали за массовым самоубийством, которое устроили бестолковые людишки. И даже Венера, Богиня Любви, спряталась от ужасов войны под одеялом облаков.

Вот только где-то Марс ошибся. Впервые за многие миллионы лет.

Ничтожные человечки, эти двуногие микробы, посмели причинить ему страшную боль. Никогда на его поверхности не взрывались столь страшные бомбы. Земляне превзошли всех разумных существ, убитых им до этого дня.

Он едва уцелел. Но он вовремя остановил их. Больше он не повторит такой ошибки. Он убьет их всех – и чем скорее, тем лучше.

Он воплотился в этом жалком человеческом теле, дабы сделать все просто и быстро.

Марс начал свою последнюю войну.

Залпы атомных пистолетов в считанные секунды прикончили всех солдат и офицеров в ЦУПе "Беллоны".

А потом Он отправился в путь по коридорам космической крепости, круша все на своем пути, стреляя, разрывая на куски, и убивая, убивая, убивая – и уже никто и ничто не могло остановить его.

А когда дело было сделано, Он покинул человеческое тело, и снова укрылся под своей каменной броней.

Глава 13. Проклятые рудники.

– Подъем, обезьяны! Вставайте, ленивые скоты! Или вы хотите спать вечно?!

"Он определенно кого-то цитирует, – подумал товарищ Лонг, с трудом отрывая голову от циновки. – Но вот кого?" Увы, но товарищ Лонг, осиливший за свою долгую жизнь великое множество трудов классиков марксизма, ленинизма и других -измов, так и не опознал первоисточник. А спросить – не осмелился. Сегодня охранник был настроен особенно недружелюбно.

– Вперед, ублюдки, шевелись, шевелись!

С трудом переставляя ноги – 1,15 "жэ" – совсем не шутка, если спишь четыре часа в сутки (а в сутках всего 16 часов!) – заключенные потянулись к выходу из казармы. Будь на то воля правящего режима, они бы и ночевали прямо в шахте, но это было крайне невыгодно. Кислород в баллонах не бесконечен. Охранники продолжали вопить, узники поспешно натягивали скафандры. Один баллон – кислород, второй баллон – питательный бульон, коего должно хватить на поддержание жизни в течение ближайших двенадцати часов. Зашипели створки воздушного шлюза, и серый, ядовитый, безнадежный нептунский рассвет встретил заключенных Особого Воспитательного Лагеря номер 422.