Призрак древних легенд - Дмитрий Лифановский

с бандитами и вдруг к ним нагрянул этот Байбаков. В форме Службы Безопасности, без документов и знаков различия, начал угрожать, распускать руки. Ну, я его немного успокоил. Он сейчас на Цветочной улице в доме 18 связанный. Если нужен — забирайте.

— Да что же ты молчал! — заревел Великий Князь и рявкнул Лобанову, — Юра!

Но тому не нужны были чьи-то указания. Со скоростью удивительной для его возраста он подскочил к двери:

­– Молчан, усиленный наряд на Цветочную 18, там Байбаков!

— Юрий Мстиславович, — я окликнул князя, тот раздраженно обернулся на меня, — Там еще четверо из банды Кракена. И не суетитесь Вы так. Они под снотворным. До утра вряд ли очухаются.

Но распоряжение свое об усиленном наряде князь отменять не стал. Правда, после моих слов заметно расслабился. Пока Юрий Мстиславович командовал своими подчиненными, а Ингвар Олегович, раздувая ноздри, пытался раздавить меня бешеным взглядом, я спокойно попивал отличное винцо. У меня в хранилище, правда, и получше есть, но оно для друзей. А эти двое пока таковыми не являются.

Наконец суета, вызванная моими словами, улеглась, и все снова расселись по своим местам. В кабинете повисла напряженная тишина, которую первым нарушил я:

— Итак, господа, может пора озвучить, для чего Великий Князь, суверенный монарх пригласил к себе простого юношу и вот уже час поит его этим замечательным вином?

Щека Ингвара дернулась, он мазнул глазами по Лобанову, потом еще раз пободался взглядом со мной и, наконец, пересилив себя, видать не часто приходится потомку древних викингов кого-то просить, начал:

— Мне докладывали, что ты провел людей Ярослава через Заброшенные земли, используя какие-то амулеты. Это так?

Великий Князь преобразился. Сейчас передо мной был не простак-вояка, хлебающий винище с товарищами, а настоящий Правитель, знающий, что ему надо и готовый ради своей цели на любые жертвы.

— Так, Ваше Высочество, — подтвердил я.

— Откуда они у тебя? — он опять попытался надавить на меня своей аурой. Не вышло. Я уже не тот слабосилок, что только что переродился в этом мире.

— Сделал, — я спокойно пожал плечами.

— Еще сможешь сделать? Что тебе для этого надо?

— Смогу. Надо денег, все нужное я закуплю сам — я мысленно усмехнулся. Хотят попробовать по списку материалов и ингредиентов вычислить технологию. Так не получится. Знаний тут таких пока нет. Великий Князь кивнул, соглашаясь, и замолчал, погрузившись в свои мысли. Молчали и мы с князем Лобановым. Наконец Ингвар отмер:

— Они защищают только людей или технику тоже?

— Ваше Высочество, — мне надоела эта ходьба вокруг да около, — Если Вы скажете, что Вы хотите получить в результате, нам будет проще беседовать.

— Ты готов дать клятву силой, что все услышанное останется в этих стенах?

Ну, ничего себе заявка!

— Прошу меня простить, Ваше Высочество, — я внимательно посмотрел на монарха, — Это очень серьезная клятва. Мне надо знать, ради чего я свяжу себя такими обязательствами.

Великий Князь скривился, ожег меня яростным взглядом, но, тем не менее, продолжил говорить спокойно:

— Признание титула, который ты носишь как самозванец, — я усмехнулся, покачав головой, чем вызвал зубовный скрежет у Ингвара и недовольное пыхтение Юрия Мстиславовича, — Поступление в любое Высшее учебное заведение Княжества на любой факультет без оплаты и последующей отработки. И десять тысяч гривен, — фразу про деньги, Великий Князь буквально выплюнул.

— Вместо денег Род! — настала моя очередь торговаться, — И земли.

— Ты охренел⁈ — взвился Великий Князь.

— Это вы охренели! — я тоже умею глотку рвать и знаю, когда это можно делать. — Вы сейчас пытаетесь мне втюхать дохлого кота в мешке, при этом получить от меня технологию, дающую Княжеству доступ вглубь Заброшенных земель с их богатствами и ресурсами! И за это обещаете признать за мной, мой же титул, который мне побоку, но дело принципа. Дозволить учиться в Академии, куда я могу поступить и без вашей помощи, а будут препоны, так такие же Академии есть у эллинов и эребов. И бросаете подачку в десять тысяч. Да я за одни трофеи из аномалии пятьдесят выручил. И то, только потому, что торопился с реализацией, нужен был свободный капитал. Я хочу право основать свой род и город Кочки в Пограничье с землями вглубь аномалии до Змеиного хребта.

— Эта Земля принадлежит княжеству номинально, — буркнул Ингвар, и я понял, что мои условия будут приняты, пусть и не сразу.

— С Вольными охотниками я решу вопросы сам, — отмахнулся я, — А на эллинов с эребами мне, как думаю и вам, плевать. Они там временно.

Я ждал возражений, споров, но Великий Князь меня удивил:

— Согласен. Клятву!

[i] Самопальная водка низкого качества.

[ii] Слово берсеркер образовано от старонорвежского berserkr, что означает либо «медвежья шкура» либо «без рубашки» (корень ber — может означать как «медведь», так и «голый»; -serkr означает «шкура», «рубашка»).

Глава 8

Мы спорили с Ингваром, как два барыжника на сельской ярмарке. Лодброк меня, скажем прямо, удивил. За фактурной, героической внешностью скрывался алчный и мелочный деляга, жадный, как гномий король. Оправдывало Великого Князя только то, что торговался он не для собственной выгоды, а ради процветания вверенного ему богами и людьми государства. Я даже зауважал этого сильного и умного человека, которому досталось править в очень трудное время, когда само существование Княжества висело на волоске. Была, конечно, в этой ситуации и часть вины самого Ингвара. Но такой кризис, в котором оказался Новгород не случается сиюминутно, с бухты-барахты. Он может возникнуть только в результате целой чреды ошибок, совершаемых на протяжении нескольких десятилетий. Другой разговор, что нынешний Великий Князь мог бы, действуя жестче, не довести ситуацию до раскола и прямого противостояния с привлечением внешних сил. Но тут я судить не берусь, всей картины я не знаю и вряд ли узнаю. Да и не важно