Осетинская трагедия. Белая книга преступлений против Южной Осетии. Август 2008 г - Сборник

Житель г. Владикавказа, 1982 г. р.

(...) дал показания о том, что ночь с 7 на 8 августа 2008 года он провел вне дома. Утром 8 августа 2008 года он отправился (...) в с. Хетагурово, где оставалась его семья. Вместе с ним пошли другие жители села (имена двух человек). Не дойдя до своих домов, были пленены грузинскими военнослужащими. После избиения их доставили на какую-то военную базу, расположенную на территории Республики Грузия. Он узнал, что всего было захвачено около 17 осетин. После их вывезли в какое-то грузинское селение, где поместили в комнату без мебели, спали (они) на голой земле или бетонном полу. За два дня дали воды и по куску хлеба, постоянно избивали. После перевезли в другое неизвестное ему место, где он провел около 2–3 недель. Затем заложников партиями по 5 человек стали обменивать на грузинских военнопленных.

Житель с. Хетагурово, 1957 г. р.

(...) дал показания о том, что ночь с 7 на 8 августа 2008 года он провел в г. Цхинвале. 9 августа 2008 года при подъезде к с. Хетагурово РЮО его машину обстреляли грузинские военнослужащие, он потерял сознание, пришел в себя, будучи плененным грузинами. Его доставили в г. Гори, потом в г. Тбилиси Республики Грузия, где содержали с другими заложниками, среди которых был (...). Освободили их 25 августа 2008 года, передав представителям осетинских миротворческих сил. За время содержания их постоянно подвергали избиению, кормили очень плохо.

Между тем показания граждан Грузии очевидно показывают, что отношение российских военнослужащих к населению территорий, на которых правопорядок и безопасность граждан обеспечивались Вооруженными силами РФ, было подчеркнуто корректным.

Гражданин Республики Грузия

Допрошенный в качестве свидетеля (...) пояснил, что он не является военнослужащим, 18 августа 2008 года примерно в 18 часов следовал с другом из своего села в г. Гори, по дороге (они) были остановлены патрулем ВС РФ, после опроса были отпущены, никаких жалоб на действия военнослужащих ВС РФ, следственных органов не имеет.

Житель с. Гареджвари, гражданин Республики Грузия

Допрошенный в качестве свидетеля (...) пояснил, что (...) начиная с конца июля 2008 года в его село и другие населенные пункты Горийского района стали стягиваться грузинские войска. Примерно 7 августа 2008 года ночью он услышал оглушающий шум от выстрелов из артиллерийских орудий, которые производили обстрел г. Цхинвала всю ночь. Никаких выстрелов со стороны Республики Южная Осетия по территории Республики Грузия ни до начала обстрела, ни позднее не производилось. Каких-либо поводов к нападению на Республику Южная Осетия ее жители или находившиеся там российские миротворцы не давали. Утром следующего дня в направлении г. Цхинвала двигались машины с грузинскими военнослужащими. Примерно через 2 дня грузинские военные стали в панике покидать территорию РЮО, бросая военную технику. 10 августа 2008 года в с. Гареджвари вошли российские войска, которые затем убыли в г. Гори, часть осталась в селе. Российские военнослужащие вели себя очень корректно, случаев ограбления местных жителей либо уничтожения домов и другого имущества не допускали. Политику президента Республики Грузия Саакашвили, в том числе связанную с вторжением на территорию РЮО, он, как и большинство жителей Республики Грузия, не поддерживает.

Житель с. Ткваави, гражданин Грузии

Допрошенный в качестве свидетеля (...) пояснил, что (...) утром около 5–6 часов 8 августа 2008 года он услышал взрывы, стреляли военнослужащие Республики Грузия, которые стояли рядом с его селом. Он знал, что ВС Республики Грузия начали военную агрессию в отношении Республики Южная Осетия. Политику президента Республики Грузия в отношении Республики Южная Осетия он не поддерживает и даже осуждает. Со стороны военнослужащих РЮО и ВС РФ насилия и противоправных действий в отношении него и, насколько ему известно, других грузин не было.

О беженцах, потерях мирного населения, материальном ущербе

Имеется множество свидетельств того, что грузинская армия атаковала гражданское население, пытавшееся покинуть зону массированных обстрелов или боевых действий. Атакам подвергались как беженцы, передвигавшиеся на автотранспорте, так и группы людей, уходящих от военных действий пешим ходом. Грузинские военные обстреливали людей, очевидно не относящихся к числу военнослужащих или ополченцев.

Житель г. Цхинвала, 1969 г. р.

Я и мой брат(...) решили вывезти женщин(...) дальше от г. Цхинвал на своих автомашинах.

(...) также должен был вывезти родителей на своей автомашине. Мы заехали к нему домой, он посадил родителей в свою автомашину ВАЗ (...). Когда стемнело, выехали колонной из автомашин. (...) Я замыкал эту колонну (...) Выехали в сторону с. Тбет и свернули на объездную дорогу через с. Зар, которая ведет в сторону пос. Джава. Так как стрельба не прекращалась, ехали мы с потушенными фарами. В с. Тбет, прямо на повороте на объездную дорогу раздался выстрел – в моторную часть моей автомашины попал снаряд. В лучах вспыхнувшего света (я) увидел примерно в 10 метрах от себя БРДМ, из которого произвели выстрел в автомашину. Рядом с БРДМом стояли примерно десять автоматчиков, (недалеко) от БРДМ стоял танк, рядом с которым находилось примерно 20 автоматчиков.

После произведенного в мою автомашину выстрела я выскочил из салона и бросился на противоположную сторону от автомашины, так как автоматчики находились со стороны водителя. Моя супруга (...) также выскочила из автомашины и бросилась на землю. Все это время автоматчики производили выстрелы в мою автомашину и в меня (...).

Моя супруга, выскочив из автомашины, лежала на земле примерно в трех метрах от нее, а я впереди супруги примерно в двух метрах. В это время (...) из БРДМ произвели второй выстрел в мою автомашину. Из горевшей автомашины потек бензин (...) вокруг лежавшей на земле (супруги), было пламя. (...) Я решил, что она погибла и отполз чуть вперед. В это время к (супруге) подошла группа автоматчиков, они разговаривали на грузинском языке. Один из них осветил фонариком мою супругу (...), она не подавала признаков жизни. Автоматчики оставили ее посреди горевшего огня и отошли к БРДМу.

К этому времени горели и находившиеся впереди меня автомашины моего брата (...) и (...). Примерно через 15 минут после того как расстреляли мою автомашину, со стороны г. Цхинвал подъехала и стала сворачивать на Зарскую дорогу легковая автомашина. Она, как и (ранее) мы, ехала с потушенными фарами (...).

Свернувшая легковая автомашина проскочила стоявшую на перекрестке БРДМ (...) и отъехала примерно на 30 метров. В это время из БРДМа произвели выстрел в указанную легковую автомашину. Автомашина загорелась, оттуда послышались стоны женщины, судя по голосу, преклонного возраста. (...) выскочил гражданин примерно 35 лет, судя по голосу. Он, обращаясь к лицам, находившимся рядом с БРДМом, крикнул им, чтобы они не стреляли, так как в автомашине ранена женщина. Несмотря на это, из БРДМа после этого произвели (3) выстрела в легковую автомашину. После этих выстрелов от автомашины практически ничего не осталось, и стоны прекратились.

Что меня поразило, так это (то, что) находившиеся рядом с БРДМом автоматчики производили выстрелы в указанную автомашину и, смеясь, выражали радость от содеянного.

Через некоторое время по той же дороге с небольшим интервалом проехали (еще) две автомашины. Они смогли проскочить и проехать небольшое расстояние от БРДМа. (...) Из БРДМа производили выстрелы и уничтожали их.

(...) Из БРДМа произвели выстрел в находящийся вдали дом, который загорелся. Я решил, что это осетинское село, так как грузинская армия, по логике, не стала бы стрелять в своих. Горевший дом был для меня ориентиром, куда я пытался ползти.

Когда начало светать, сверху из района с. Зар показались фары транспортных средств. Находившийся на перекрестке БРДМ производил выстрелы осветительными снарядами, после чего из находившегося рядом с ним танка производили выстрел в колонну транспортных средств (...).

Грузинские снайперы вели огонь по беженцам, пытавшимся покинуть зону боевых действий. Жертвами снайперского огня становились в том числе и дети.

Жительница г. Цхинвала, 1984 г. р.

Вечером 9 августа 2008 года сосед приехал на своем автомобиле «Волге», вывез нас во Владикавказ (...). После того как мы выехали из г. Цхинвал в село Тбет Цхинвальского района, нас начали обстреливать снайперы. Обстреливали также из автоматического оружия, при этом попадали по машине (...). Мы остановились и выпрыгнули из машины, решили переждать в овраге до утра (...). Переждав до утра, 10 августа 2008 года уехали. Пока мы шли по дороге и готовились уехать, мы встретили семью, в которой 10-летнего мальчика убил снайпер. (...) мимо нас проехала машина УАЗ, в которой было 6–7 человек русских, и (...) когда (...) мы, сев в (нашу) машину их догнали, обнаружили, что указанная машина была взорвана. Я видела водителя, который был ранен и просил о помощи, но так как у нас машина была загружена полностью и у нас был ребенок, мы не смогли его подобрать, при этом нас также обстреливали. Мы поехали в село Джаву, а оттуда приехали во Владикавказ.