Рыжее наказание для плохих мальчиков - Лея Кейн

— Так в чем проблема? — Ранстор звучно сглотнул и попил еще.

— Шутишь? — ощетинилась я. — Я наделяю вас магией через секс. А я не шлюха, чтобы трахаться с целым батальоном солдат!

— Тише-тише, — Иган притянул меня к себе, поцеловал в голову и крепко обнял. — Мы были привилегированным войском его величества. Это значит, что каждый из нас проходил спецподготовку. Никто не заставит тебя спать со всеми солдатами, кошечка. Мы справимся сами. Подготовимся к встрече с варварами…

— И подохнем, — подытожил Ранстор, закончив обед и отодвинувшись от стола. Вытерев рот салфеткой, встал, подошел к окну и, локтем опершись о стену, выглянул на улицу. — Когда-то у меня был бойцовский пес. Его дрессировали, тренировали, обучали, едва отняв от матери. Он в одиночку расправлялся с дюжиной разбойников, вытаскивал здоровенных раненых солдат с поля боя. А погиб, встретившись со сворой бродячих собак. Те не знали пощады. Разорвали его на куски. Каждый из нас — этот пес. Варвары — свора безжалостных шакалов. Поймите одно: я выживу, так или иначе. Им я буду полезен живым, чтобы выдать меня деду и без боя захватить Северное Полесье. Поляжете вы.

— Октавия не должна идти на жертвы, — выдвинул протест Иган, а у меня внутри лопнула натянутая струна.

До этого момента я о себе думала больше, чем о нем. Дорожила им на словах. На деле — струсила перед единственным шансом сохранить ему жизнь. После этого утверждать, что я люблю Игана, как минимум, нечестно.

— Док, сходи к Тартису, — попросила я его, отодвинувшись. — Скажи, что мне нужно с ним поговорить.

— Хорошо, — кивнул он, поочередно поцеловал мои руки и, одарив меня улыбкой, покинул хижину.

После его ухода стало тихо и неуютно. Ранстор не спешил нарушить тишину. Смотрел в окно и чего-то ждал.

— Я пересплю со всеми вами, — заявила я дрогнувшим от нервозности голосом, — но ты должен пообещать, что после этого прикончишь меня.

Принц медленно обернулся, скрестил руки на груди и ощупал меня исподлобным взглядом, ища подвох в моих словах.

— Не переспишь.

— Считаешь, пупок развяжется? — фыркнула обидчиво.

— Ты не такая.

— Ты меня совсем не знаешь.

— Да? — Он изогнул бровь и дернул уголком рта. — Тогда докажи, что способна раздвинуть ноги перед пятью десятками солдат.

Сглотнув, оглохла. Ранстор словно кулаком огрел меня. Перед глазами полетели черные мушки. Вся комната поплыла. И мне стоило больших усилий собраться.

Поднялась с кровати, выдохнула и сорвала с себя рубашку Игана.

— Хочешь доказательств? Подойди и возьми, ваше высочество.

Мой голос застрял в воздухе. Тот сгустился до такой плотности, что мне стало трудно дышать. Еще труднее думать. Мной двигало исключительное желание спасти всех этих солдат. Даже Харди и Герарда, будь они неладны!

Я не знала наверняка, примут ли вообще эти парни мое предложение. Чувствовала себя продажной девкой с трассы, которую доставили в военный гарнизон. Предлагала себя за бесценок, фактически даром, еще и запрещенную законом магию в придачу.

Но шлюхой я оставляла желать лучшего, потому что уже через минуту мне стало стыдно. Ранстор не спешил принимать мой дар. Бродил по моему обнаженному телу опьяненным взглядом и чего-то выжидал. На секундочку я представила, как вот так же презрительно и оценивающе на меня будут смотреть остальные. Кто-то вообще откажется, унизив меня. А особенно озабоченные захотят грязных игр.

— Ты так сильно любишь его? — спросил, доведя мое лицо до цвета спелого помидора.

— Иган очень великодушный человек. Он не заслуживает такой смерти. Он достоин большого успешного будущего.

Ранстор наконец сдвинулся с места. Ровным размеренным шагом приблизился ко мне, действуя хуже токсичного тумана. Я опустила глаза, покрываясь мурашками. От его взгляда, его ухмылки, его голоса. От того тепла, что исходило от него даже на расстоянии.

Он поднял с кровати рубашку и протянул ее мне.

— Оденься, — сказал, как отрезал. — Сейчас придет Тартис.

Взглянула на него и беззвучно зашлепала губами, не зная, что сказать. Я слишком плоха для его величества? Или ему больше нет нужды брать меня, потому что магия уже при нем? Он побрезговал мной? Что?! Что его остановило?! Еще недавно он собирался спать со мной, пока я не забеременею!

— Кстати, — он дыханием обдал мои ушки на макушке, — я не говорил, что твоя жертва — единственный выход спастись.

— А?! — все, что я смогла вымолвить. Но услышав шаги на улице, быстро облачилась в рубашку и снова села на кровать.

Ранстор отвлекся на фрукты на столе, и вернувшийся домой Иган не заподозрил никакого сомнительного диалога и напряжения между нами. Я же никак не могла собрать себя во что-то цельное. Пялилась в широкую спину принца, вспоминая его животные ласки, мощное тело, прижимающее меня к стене, дерзкие поцелуи, рваные толчки. А еще его эпичное появление в образе горящей кошки… Простите, ваше высочество, кота! Неужели я в нем ошиблась? Он не такой уж подонок и интриган? Что-то же толкнуло его ослушаться приказа короля! Что-то заставило сейчас отказаться от бесплатного секса.

Тартис вошел в хижину вслед за Иганом и сразу взглядом отыскал меня. Я рефлекторно прикрыла колени одеялом. Сама не знаю, почему. Тартис никогда не флиртовал со мной. Напротив, всякий раз, когда между нами был накал, хватался за рукоять меча. Так что мое смущение скорее было вызвано поступком Ранстора. Он как будто встряхнул меня и без слов сказал, что я хватаюсь за работенку, которая мне не по силам. А ведь я и правда не такая.

— Ты хотела со мной поговорить? — спросил Тартис, встав посреди хижины.

Ранстор смачно надкусил какой-то фрукт и с наслаждением промурчал.

— Не-а, — вмешался до того, как я открыла рот. — Я хотел. — Взмахнул ладонью, направив ее к печи, и будто по щелчку пальцев поджег дрова в ней.

Тартис, вздрогнув, отскочил назад, гремя доспехами.

— Нормальное такое огниво, да? — подмигнул мне и надкусил еще.

Главнокомандующий всей пятерней сжал рукоять меча на поясе и перевел взгляд на Ранстора.

— Значит, король Норлинг не ошибался насчет войска? — произнес с заметной паникой в голосе. Он явно не хотел знать, что его принц, которого до сих пор Тартис почитал и уважал, скрывал от своих солдат такую страшную и смертельно