Северная Академия. Претендентка на гильотину (СИ) - Ветреная Инга

— Господин Веймор, мужайтесь! — настойчиво шептала я, пытаясь отклеиться от бока гвардейца. — И тогда, дай Видящий, мы обойдемся без прилюдных лобзаний!

Вокруг нас стояла гробовая тишина. Никто не решался подойти к Габриэлю, боясь спровоцировать его на фатальные действия. Бедная Корнелия уже приобрела зеленый цвет лица и явно прощалась с жизнью.

— Самира! — гневно шикнула на коллегу по эксперименту Мадина. — Он же ее убьёт! А уговорить этого убогого разжать руку можешь только ты!

— Но как? — Сами явно пребывала в шоке.

Реакция Габриэля на слова напыщенной аристократки напугали нашу сокурсницу.

— Признавайся! Это ты виновата в том, что он находится в состоянии ревнивого безумца? Неужели додумалась при Габриэле флиртовать с другими парнями? — выдвинула я причину бешенства щуплого брюнета.

На это Самира лишь покивала головой, соглашаясь с моими предположениями.

— Вот теперь и исправляй все! Заодно и Корнелию вытащи из захвата твоего ревнивца! — пихая в попу, наставляла проказницу Ифа.

Самира поднырнув под руку Габриэля, прижалась к его груди и заглянула ему в лицо влюбленными глазами.

— Габриэлюшка! Почему ты трогаешь другую девушку? Мне так больно, когда твои руки касаются соперницы! — голубые, почти прозрачные, глаза Сами наполнились слезами.

— Любимая, у тебя нет соперниц! — выдохнул позер.

— Ааа! — прохрипела внезапно упавшая на пол Корнелия, разумно решив не возмущаться по поводу жесткого приземления, дабы не привлекать к себе совершенно излишнего внимания своего обезумевшего сокурсника.

Правильно оценив расстановку сил, она на четвереньках довольно споро доползла до своих подруг и скрылась за их длинными юбками.

— Самира! — брюнет заключил возлюбленную в жаркие объятия, потянувшись за поцелуем, но юная хитрюга, предвидя маневр парня, уткнулась лицом в его щуплую грудь, громко шмыгая носом.

И позеру ничего не оставалось, как лишь утешая избранницу, баюкать ее в своих объятиях. Столовая облегченно выдохнула. Оказалось, что все, даже присутствовавшие здесь преподаватели во главе с заместителем ректора Домини, напряженно следили за действиями ревнивца, окружая его для дальнейшей нейтрализации. Сейчас же все постепенно стали расходиться по своим местам, лишь профессор зельеварения Нияки жестами осторожно, чтобы не привлечь внимания Габриеля, сигнализировал Самире и Мадине о необходимости предоставить новый отчет по приворотному зелью. Те, понятливо кивнув, немного приуныли.

После завтрака нас снова пригласили в торжественный зал, где ректор Нови громко огласил:

— Уважаемые студенты Столичной Императорской Магической Академии! Сегодня я объявлю результаты вашей переэкзаменовки, — ректор сделал паузу, набрав побольше воздуха в грудь. — Согласно вашим устным ответам и письменным работам, из пятидесяти прибывшим к нам студентов испытания прошли лишь десять человек, и это студенты Льюис, Найджел, Роберт, Габриэль и Энтони, студентки Белинда, Жаклин, Корнелия, Роза и Хезер.

Лица перечисленных высокосветских особ засияли чувством превосходства. Они горделиво стали оглядывать своих сокурсников, надменно усмехаясь.

— Надо же, а Корнелия не наврала! Она, действительно, одна из лучших студенток своего курса! — удивленно протянула Ифа. — Честно говоря, я поражена!

Мы тоже недоуменно переглянулись. Так же не ожидали столь высокого результата от этих напыщенных аристократов.

— Эти десять студентов с сегодняшнего дня зачислены на второй курс нашей академии, им будет читаться общий курс магии, а также специальные предметы по боевой и оборонной магии! Все остальные студенты определены на первый курс и начнут свое обучение заново!

Впечатление от речи старого волшебника было подобно эффекту разорвавшегося магического снаряда. Всеобщий «Ах» был подкреплен возмущенными криками, воплями и даже топотом.

— Что значит — зачислен на второй курс? — громче всех горланил Габриэль, удивляя нас тем, что при своем тщедушном тельце, имел столь зычное горло. — В Императорской Столичной Магической Академии я числился студентом пятого выпускного курса. И это означало, что мне оставалось отмучиться всего год! ГОД! А сейчас Вы меня обрекаете вновь на четыре года страданий!

Габриэль был в ярости! Видимо, устроенные для него Самирой испытания ревностью надорвали его выдержку! Парень практически взлетел на сцену, где находились ректор со своим замом, профессором Домини. Казалось, что новый второкурсник сейчас нападет на преподавателей с кулаками.

— Что ж, молодой человек! — хитро улыбнулся ректор Нови. — Я дам Вам еще один шанс. Если Вы пройдете сейчас испытание, то, так и быть, я зачислю Вас в списки нашего выпускного курса. Но если Вы его провалите, то согласитесь с правильностью моего решения.

— Хорошо! — принял вызов аристократ, немного успокоившись.

Наш чудесный, но не в меру изобретательный, главный волшебник Северной Академии вынул из карманов свои кулаки и жестом фокусника, повернув ладони вверх, открыл их. В центре каждой ладони лежало по сочной ягодке, в правой — красная малина, в левой — черная ежевика.

— Габриэль! Вам следует всего лишь сделать выбор! — торжественно объявил профессор Нови.

Глава 25

Большинство столичных студентов, прикрыв рты ладонями, в отвращении морщили носы, многие явно сдерживали рвотные позывы. Первый завтрак в нашей столовой напрочь отбил у позеров любовь к десертам, и к ягодам, в частности.

Лицо Габриэля тоже слегка позеленело, но парень был решительно настроен пройти испытание. Переводя взгляд с одной ягоды на другую, он не спешил сделать выбор. Мы же затаили дыхание, ожидая его решения. Лишь Самира, искренне переживая за парня, жестами пыталась подсказать ему правильный ответ.

— Сами! — строго одернула сокурсницу Ифа. — Неужели этот индюк тебе так быстро надоел? Ты не хочешь, чтобы он учился с тобой на одном курсе?

От услышанных вопросов, глаза Самиры широко открылись. Видимо, только сейчас девушка осознала собственные выгоды от проигрыша парня.

— Вместе будете сидеть на лекциях за одной партой, вдвоем тренироваться в спаррингах на занятиях физической подготовки, да и течение эксперимента будет легче фиксировать и контролировать, — тихо щебетала Мадина, отчего Сами пребывали в полном восторге.

Лично для нас не было секретом, что на обеих ладошках ректора под иллюзией спелых ягод притаились личинка жука и зеленый кузнечик. Но наш ревнивец не мог ничего распознать под простенькой иллюзией ректора. Он, оглядываясь, задавал молчаливые вопросы своим сокурсникам, но отпрыски знатных фамилий нашей славной империи лишь растерянно пожимали плечами.

Габриэль в толпе студентов Северной Академии нашел глазами неожиданно обретённую возлюбленную и задал ей все тот же вопрос, но Самира в свете услышанных подсказок моих подруг, послала своему подопытному избраннику лишь воздушный поцелуй в знак искренней поддержки и с явным упованием на проигрыш тестируемого брюнета.

— Молодой человек, вы будете делать свой выбор или сразу согласитесь с моим мудрым решением? — явно наслаждаясь воспитательным процессом, поинтересовался ректор у позера.

— Дайте мне минутку, — уже менее враждебно и пафосно попросил Габриэль.

Поняв, что помощи ему ждать неоткуда и проходить испытание придется самому, он выпрямился, широко расставил ноги, гипнотизируя протянутые ему плоды. От напряжения у Габриэля нервно трепетали ноздри, казалось, он старался принюхаться к ягодам.

Мы, затаив дыхание, следили за парнем, ожидая кого он выберет, личинку или кузнечика. Шумно выдохнув, ежедневно качающий права двоечник выпускного курса Столичной Императорской Магической Академии решился и взял с ладони ректора ежевичку.

— А теперь ешьте, Габриэль! — спокойно приказал профессор Нови, пока сочная малинка на его правой ладони сначала превратилась в жирную личинку, а через пару мгновений преобразилась в жука с зелеными крылышками, расправив которые, тот улетел, громко жужжа ими.