Проклятый эксперимент. Магиня - Вера Чиркова

– Подожди, – остановила его путница, мгновенно сообразив, с каким интересом будут смотреть случайно оказавшиеся за дверью слуги или воины, как он несет ее через широкий коридор.

Закрыла глаза и представила себе комнату, в которой была всего раз в жизни.

Зато очень хорошо запомнила.

– Лиа… – нежно шепнул дорин, обнаружив себя стоящим посреди собственных покоев, и испытующе уставился ей в глаза: – Ты очень хочешь стать самой сильной магиней?

– Нет, – помолчав, еле слышно выдохнула Лиарена и крепче обвила руками шею мужа. – Не хочу.

Создала воздушную лиану и решительно задвинула засов на входной двери. Сейчас она не желала никого впускать ни сюда, ни в собственную жизнь.

– Любовь моя, – оглянувшись на этот звук, простонал дорин, – лишь бы ты потом не пожалела…

– Никогда, – шепнула Лиарена уверенно и сама подставила ему губы, падая в водоворот жаркой нежности и незнакомых, но сладостных ощущений.

Разбудило Лиарену странное ощущение: дорина словно горела в лихорадке и тем не менее ни больной, ни слабой себя не чувствовала. Несколько мгновений она не могла понять, почему от сжигающего ее изнутри жара не потрескались губы, не гудит голова и не мутится сознание.

Она подняла руку потрогать лоб, как делала матушка, и замерла от неожиданности, разглядев сияющие золотистым огнем пальцы. Несколько мгновений Лиарена недоверчиво разглядывала их, чувствуя, как растет в душе тревога, и хмурясь все сильнее. Похоже, не зря магистры предупреждали ее и приносили зачарованное кольцо, теперь магине волей-неволей придется признаваться им в содеянном.

Нет, она ни о чем не жалела, и если бы довелось вернуться во вчерашний вечер, непременно поступила бы точно так же. Нежность и счастье, светившиеся в глазах Тая, стоили того, чтобы нарушить этот запрет еще раз и еще.

Только сначала неплохо бы выяснить у старших магистров, не несет ли она теперь в себе какой-нибудь опасности вроде ожогов или болезненных уколов для дорина и окружающих. И этим лучше заняться прямо сейчас, пока Тайдир спит. Пугать своими предположениями просто трясущегося над ней мужа Лиарена не хотела.

Очень осторожно отодвинувшись от спящего дорина, магиня попыталась выскользнуть из постели, но муж тотчас подтянул ее назад, мотнул головой, заставляя себя проснуться, и хрипловато прошептал:

– Ты куда?

– Никуда… просто жарко. Спи.

– Если нужно – скажи, я сам тебя отнесу.

– Не нужно, – спрятала вздох Лиарена и притворно зевнула, ругая себя за легкомыслие. Ну почему ей не пришла в голову мысль заранее поговорить с Терной или хотя бы с отцом? Он такой умный и деликатный, понял бы и с полунамека.

Несколько минут она лежала неподвижно, изобретая план побега и презирая себя за обман, каким собиралась начать семейную жизнь. А едва Тайдир снова засопел ровно и размеренно, осторожно просунула на свое место воздушную плеть и сделала ее плотной. А потом со вздохом выскользнула из-под одеяла и на цыпочках направилась к купальне, где видела несколько чистых мужских рубах. Достаточно длинных, чтобы добраться до своей комнаты в доме отца, а там она найдет во что переодеться.

– Лиа… я тебя обидел? Ты не хочешь со мной разговаривать? – раздался вслед горький, как осенний дым, голос мужа, и магиня застыла на месте, боясь повернуться, чтобы не встретиться с его укоризненным взглядом. – Как хочешь… только не ходи раздетая, простынешь.

Вспыхнул светильник, и по наборному паркету к магине решительно прошлепали босые ноги. А потом сильные руки заботливо накинули ей на плечи что-то легкое и пушистое, бережно обернули вокруг талии, и дорина не выдержала.

Порывисто обернулась к любимому, обвила его руками и, прильнув к родной груди, виновато шмыгнула носом.

– Лиа… Лиареночка, радость моя… скажи, чем я тебя обидел? Что было не так? Только не молчи… прошу…

– Ты – ничем, – всхлипнула дорина, с неожиданным облегчением понимая, как напрасна была попытка справиться с внезапной бедой в одиночку. – А магия резко выросла, я вижу в темноте свои пальцы, и внутри жарко.

– И куда же ты собралась? – встревожился дорин, усаживая жену в кресло и опускаясь рядом.

– К отцу, он не будет меня ругать.

– Тебя никто не имеет права ругать, – с нажимом процедил Тайдир. – А к Экарду мы пойдем вместе. Сиди тут, я принесу тебе платье.

– Я хотела найти форму.

– Принесу форму, твои сундуки уже в моих покоях, я же еще вчера приказал Берту, – покладисто согласился с женой дорин и, неожиданно крепко притиснув ее к груди, тихо попросил: – Только больше так не делай… Я решил было, что ты хочешь уйти насовсем.

– Даже не смей во мне сомневаться, – твердо качнула головой Лиарена и осторожно погладила пальчиками его напряженные плечи. – А сейчас неси одежду, нужно спешить.

Глядя вслед уходящему в гардеробную мужу, магиня вовсю корила себя за невольную черствость. Ну почему она не осмелилась сказать Таю всех нежных и пылких слов, теснившихся в ее душе в тот момент, когда он был так близко? Откуда взяла этот строгий, почти командирский тон? И не обидела ли снова оказавшегося таким чутким и ранимым дорина?

Но чуть позже, торопливо натягивая форму и ежеминутно сталкиваясь с горячими руками и жадными губами мужа, внезапно сообразила, что случайно нашла единственный способ добраться до Экарда в ближайшую декаду. Если Тайдира не остановить, то она и сама может забыть, куда собиралась.

Открывая путь в убежище Миттена, магиня надеялась найти там Экарда, а возможно, и кого-то из старших магистров, но убежище встретило их жутковатой, гнетущей тишиной и неприветливым холодком, живо напомнив тот день, когда они попали сюда в первый раз.

Несколько секунд, все сильнее тревожась и бледнея, Лиарена вслушивалась в это невозможное на поверхности тягостное безмолвие, и ей отчетливо припоминалась вылазка магистров в проход к соседним убежищам. «Неужели они снова решили туда отправиться и огромные монстры утащили всех в неизвестно где расположенные жуткие пещеры?» – невольно пронзило душу страшное подозрение. Неспроста же тут сейчас так тихо?

От накатившего лавиной ужаса сердце магини сжалось, а страшные предположения заставили опасливо оглянуться. Ведь вполне возможно, проклятые твари бродят сейчас где-то в глубине этих подземных залов, ловят рыбу в пруду или, спрятавшись за ближайшим поворотом, ждут очередную добычу? Мрачные картины трагедии, произошедшей здесь во время ее отсутствия, теснились в мозгу Лиарены, заставляя торопливо и привычно выстраивать вокруг себя и мужа защитный купол. Хотя она и не была уверена в его силе и способности защитить их от монстров, но лучше хоть какая-то защита, чем никакой.

Разумеется, можно было сразу же вернуться в замок, но уйти отсюда, даже не попытавшись поискать отца, Лиа просто не могла. Слишком дорог и близок стал ей Экард за эти дни, и даже предположение о его потере оказалась таким же невыносимым, как мысль об утрате кого-то из ее родни.

Исподволь крепнущее подозрение о том, куда могли деться новый хозяин этого убежища и его гости, заставило магиню забыть про собственные проблемы и думать лишь о способах, какими можно быстро проверить каждый уголок этой связки пещер в надежде найти уцелевших соратников. Но сначала она отправит отсюда мужа, а чтобы он не сердился, скажет одно из тех заветных словечек, которые так и не решилась сказать ночью.

Тайдир, нахмурившись, всматривался в огорченное лицо жены, в призрачное свечение окружившего их купола и все сильнее сжимал рукоять кинжала, повешенного на пояс по привычке в самый последний момент. Но вслух спрашивать ничего не осмелился, точно зная, как не любят маги, чтобы им мешали во время работы.

– Лиарена? – встревоженно произнес вдруг совсем рядом голос отшельника, и бледное сияние светильников начало резво разгораться. – Почему вы пришли в такую рань?

– Отец… – Оглянувшись, магиня некоторое время изумленно рассматривала окружавшее отца рыжеватое свечение и яркую радугу огоньков, облепивших его посох. – Где ты был?

– Спал, – чуть ворчливо фыркнул он и лукаво усмехнулся: – А вот вам почему не спится?

– Так ведь магия, – стремительно краснея, выдавила Лиарена, и в тот же миг Тайдир развернул ее к себе лицом и крепко прижал к груди.

– У нее жар, – процедил он враждебно и вызывающе уставился на тестя. – Ей нужна помощь.

– Вообще-то она уже сама себе помогла, – мягче проворчал Экард. – Когда догадалась потратить часть силы на переход, а потом и на щит… довольно мощный, между прочим. И теперь вполне может спокойно выпить пару чашек отвара и съесть кусок пирога… тут еще остались те, которые пек ваш Зелен. Идем на кухню.

Напоминание о еде почему-то заставило магиню проглотить голодную слюнку, словно она не ела уже не первый день, и дорина утвердительно кивнула вопросительно смотревшему на нее мужу. Но поднять себя на руки не позволила, слишком уж вызывающим и откровенным будет такое поведение.