Проклятый эксперимент. Магиня - Вера Чиркова

Лиарена затаив дыхание следила за неожиданным превращением всхлипывающей лгуньи, и настроение ее портилось все сильнее. Девицу, постепенно выступавшую из-под наведенной сильным амулетом личины, она не только знала, но и ненавидела. Причем с каждым мгновением все неистовее. Вот теперь дорина все отчетливее понимала, какую судьбу готовили Карику да и всему доранту Варгейз эти подлецы, надеявшиеся на их с Таем гибель.

Тайдир решительно встал с места и направился к Лиарене, но по пути на миг приостановился напротив теперь уже непрерывно всхлипывающей Кальи.

– Дрянь, – процедил дорин, с презрением глядя в лицо опустившей взгляд служанки. – Какая же ты тварь! Намного хуже болотных!

Через несколько секунд он уже поймал в объятия поднявшуюся навстречу ему жену и, забыв про окружающих, замер, впитывая ее тепло и запах, упиваясь ими истово, как наслаждается солнцем путник, несколько дней блуждавший во мраке и стуже глубоких катакомб. И от этого тепла постепенно начинала таять невидимая, но неимоверно тяжелая ледяная глыба, намерзшая в груди дорина в тот миг, как ему сообщили о притязаниях Анманы.

Глава 11

– Это ты, грязная скотина, сначала улещал меня, а потом… – закричала вдруг Калья и, развернувшись, резко швырнула в спину дорина какой-то небольшой предмет, мгновенно выхваченный из недр балахона.

Перед лицом Лиарены вспыхнул нестерпимо яркий, ослепительный свет, и сразу же обдало жаром пальцы, лежавшие на плечах мужа.

Дорина еще не успела ничего понять, как над головой Тайдира сомкнулся синеватый купол непонятно откуда взявшейся защиты, а сам дорин притиснул жену к своей груди так сильно, что ей стало трудно дышать.

Всего пару мгновений длилась ошеломленная тишина, затем ее вспорол истошный женский визг. Следом за ним, словно сквозь одеяло, донеслись встревоженные мужские крики, ругань и звуки борьбы. Снедаемая тревогой за магов и отца, а также любопытством, Лиарена попыталась вырваться из стальных объятий мужа и рассмотреть происходящее за его спиной, но он ее не отпустил. Так и держал в кольце рук, не переставая нежно поглаживать худенькие плечи жены и шептать ей в макушку какие-то несвязные признания, пока позади него не смолкли все подозрительные звуки.

– Все закончено, – устало сообщил дорину почему-то оказавшийся рядом с ними Экард. – Отпускай ее, Тай, дай девушке вздохнуть свободно.

– Больше никогда… слышите, никогда! – разъяренным зверем прошипел Тайдир. – Я не позволю вмешивать в подобные интриги мою жену! Чем таким бросила в нас эта гадина?

– Одним из флаконов, которые мы используем против монстров, – тихо сообщил Ильтар. – Но ругаешься ты зря. И за Лиарену волноваться не стоило. Мы не собирались ею рисковать. Но больше никто и ничто, кроме нее, не смогло бы так быстро вывести Калью из себя. Они ведь опытные интриганы, зельями опоили девушку с запасом, и только вид счастливой соперницы помог преодолеть это безразличие.

– Она и мгновения не была моей жене соперницей, у Лиарены вообще нет и никогда не будет соперниц, – рыкнул еще не оправившийся от страха за любимую дорин. – У нас в роду все однолюбы.

Но объятие все же ослабил, заглянул в лицо жены и на долгий миг потерялся в счастливом сиянии ее глаз.

– Давай узнаем, – розовея от смущения и счастья, прошептала ему дорина, – как им такое пришло в голову и где они взяли столь мощные амулеты?

Тайдир нехотя отстранился, но сидеть в отдалении от любимой больше не пожелал. Устроился в кресле, усадил дорину рядом и, приобняв за талию, заботливо расправил оборки ее роскошного платья.

– Я куплю тебе сотню таких, – мечтательно улыбаясь, шепнул Лиарене и повернулся к старейшинам.

Дорины, входившие в совет старейшин, больше не сидели за столом, важно, по-хозяйски развалившись в мягких креслах. Теперь они занимали простую скамью, стоявшую у глухой стены для подсудимых и провинившихся жителей. И не могли ни шевелиться, ни говорить, накрепко опутанные плотными витками воздушных плетей. Калья сидела отдельно, а сопровождавших ее женщин нигде не было видно. Наверное, Ильтар уже отправил их куда-то, но теперь дорина точно знала, что за судьбу невиновных волноваться не стоит. А вот как наказывают магистры тех, кто попытался преднамеренно оболгать и обмануть их союзника и друга, она пока не знала.

– Сейчас я буду задавать вам прямые вопросы, – поворачивая сферу в сторону старейшин, сухо пояснил Дзерн, – а вы должны отвечать очень кратко и вразумительно. Тех, кто попытается юлить, насильно напоим зельем повиновения. Мы и так потратили на ваши подлые интриги слишком много ценного времени и потому больше церемониться не намерены.

– Кстати, не надейтесь, будто мы не заметили грубого и наглого нарушения главного соглашения, – холодно уронил Ильтар, глянув на хмурые лица провинившихся. – Все ваши прошлые интриги – просто детские шалости по сравнению с задуманным сейчас. Захватить владения Тайдира и лишить магов крепости – вот ваша тайная и главная цель.

– Гаредиз, – сняв с главы совета заклинание молчания, строго спросил Дзерн, – ты знал, что Реттен вместо Анманы привез на суд служанку Тайдира?

– Да, – мрачно процедил глава. – Но он сделал это с благой целью.

– И какая это цель?

– Не волновать и не мучить беременную внучку.

– А о том, что на теле Кальи были искажающие истину амулеты, ты тоже знал?

– Нет… – Гаредиз мгновение молчал, потом выдавил, пряча глаза от соседей: – Но он заверил, что все хорошо продумал и никто ни в чем Калью не заподозрит. И мы были уверены в гибели Тайдира Варгейза: по словам Кальи, маги и слуги дорина ходят мрачные, а няньки его сына – заплаканные. У Кальи там есть верный дружок.

– И вы решили, раз дорин с женой погибли, то можно не считаться с правами Каринда Варгейза? Поторопились придумать преступный способ захватить власть в доранте, ведь там тучные земли, богатые леса и мощная крепость. Или замок, стоящий на правом берегу Терсны, вам был не нужен? Как вы намеревались с ним поступить?

– Продать вам, – с ненавистью глянув на артефакты, признался Гаредиз. – За амулеты и зелья.

– Кто еще, кроме Реттена, замешан в этом мошенничестве? – холодно спросил Экард.

Отшельнику был уже совершенно ясен хитрый план, который вполне мог удаться, если бы Лиарена с мужем не вернулись. Спорить со старейшинами из-за земли и замка магистры вряд ли стали бы, указания в старинном соглашении на этот счет очень четки и строги. Маги не имели права вмешиваться в дела совета старейшин о наследовании или дележе имущества, если их не приглашал как защитников кто-то из доринов.

– Только Лиссант не знал, – хмуро ответил глава совета, справедливо предполагая, что врать теперь бесполезно.

Прямодушный и упорный Лиссант молчать не стал бы, он и так спорил с ними по любому поводу, и это неожиданно обернулось ему на пользу. Хотя все остальные старейшины почти в открытую считали Лиссанта не умеющим жить простаком, теперь вдруг закончилось время их торжества и настал его черед праздновать победу.

– Дзерн, вы с Витерном поможете Лиссанту составить обращение к жителям, – скомандовал Ильтар. – А этих я отправляю в камеры. Судить их будем позже, как только досконально выясним степень вины каждого.

– Я иду в свое убежище, – взялся за посох Экард. – Лиарена, вас доставить в замок?

– Сами дойдем, – отказалась путница. – Если только ты не хочешь пойти к нам в гости.

– Завтра приду… или напишу, – отказался отшельник и исчез в тумане пути.

Девушка попрощалась с магами легким кивком головы, не сомневаясь, что они вскоре встретятся, зажмурила глаза и представила знакомую гостиную в замке Тайдира.

А едва почувствовала под ногами упругий ворс ковра и рассмотрела пламенеющее закатом небо за окном, руки мужа стиснули ее талию с новой силой, и на лицо и шею Лиарены обрушился шквал жарких и нежных поцелуев.

– Как я боялся… – оторвавшись на миг от жены, с чувством пробормотал дорин и снова припал к ее губам.

– Я тоже… – выдохнула магиня, получив очередную передышку, и вспомнила, о чем хотела его спросить, когда сидела за столом в отцовском доме: – Ты обедал?

– Перекусил с магами, – отмахнулся Тайдир и поторопился заверить: – Но я не хочу… Счастье мое…

– Тай… – задыхаясь, шепнула девушка через некоторое время. – Нам лучше уйти в свои комнаты.

– А ты не передумала? – с неистовой надеждой взглянул Тайдир в томно сияющие карие глаза и, сглотнув, подхватил ее на руки.

– Подожди, – остановила его путница, мгновенно сообразив, с каким интересом будут смотреть случайно оказавшиеся за дверью слуги или воины, как он несет ее через широкий коридор.

Закрыла глаза и представила себе комнату, в которой была всего раз в жизни.