Холостой для Авроры (СИ) - Константин Фрес

моя истинная, Зэне. Я тебя не отпущу, — хищно сверкнув вертикально вытянутыми зрачками, заявил наследный несносный сорви-голова и прижал к себе в десятый раз за эту ночь ошалевшую девушку.

К счастью, Вайес, проветрив мозги на ветру, разобрался в себе и не сделал ошибки. Но после всех потрясений, а скорее от того, что захапал себе, и уже успел вкусить, самую желанную женщину, ему жуть как хотелось продолжить изучать прекрасное тело эльфийки. До изнеможения.

И очень хотелось вернуться в смятую постель. Мало было ненасытному дракону. Ещё и вновь разбушевавшийся адреналин требовал выхода.

Пора раскрепощать свою робкую Зэнезиэль. Может быть, начать со всяких грязных словечек?

— Зэнезиэль… А назови меня “товарищ”…

Страница автора: https:// /alina-saveleva-p110307/books

Самый горячий и популярный роман автора: https:// /books/alfa-psih СЛР 18+

Глава 16

https:// /konstantin-fres-p105326

Аврора, крепко пригвожденная магией эльфа к стене, молча старалась высвободиться из волшебных пут, но выходило из рук вон плохо.

Эль Даар наблюдал за ее попытками, насмешливо приподняв бровь, и молчал. Его власть над хрупкой, но пламенно-революционной эльфийкой, нравилась ему. Это было видно невооруженным взглядом; это можно было понять по тому, как он развлекается, играя с потоками воздуха направляя их на разные части тела Авроры.

Сигизмундовна чувствовала, как приятно-прохладная, словно тонкая ладонь Эль Даара, струя воздуха касается ее волос, стекает по шее, отводит от раскрасневшихся в праведном гневе щек локоны. Аврора строптиво отворачивала лицо, но прикосновение настигало ее, повторялось, и Эль Даар внизу чуть слышно посмеивался.

Это так походило на властную, насильную ласку эльфа, который не спрашивает разрешения чтобы коснуться любой женщины в государстве, что Аврора яростно закрутила головой, прогоняя упругую струю воздуха.

«Сатрап! — яростно думала Аврора, изо всех сил, но безрезультатно дергая руками. — Угнетатель! Берия!»

Но вслух она ничего такого не сказала.

Струя воздуха, отогнанная от ее лица, скользнула по ее груди, и сквозь тонкие эльфийские одежды явственно проступили очертания сосков.

Эль Даар шумно сглотнул.

— Вот что, — холодным голосом, полным яда, произнес он. — Я подумаю на досуге о наркомовских. Вероятно, вы заслуживаете большего… Больше, чем имеете. Больше, чем я вам даю. Нужно, это исправить. Но не сейчас. Идите пока; я дам свой ответ завтра. А сейчас мне надо поговорить с вашим вдохновителем. Вдохновительницей, точнее, — тут Аврора, собравшаяся мужественно терпеть пытки угнетателя, вдруг малодушно ойкнула, потому что ощутила, как струи воздуха, словно ладони, скользнули по ее точеным эльфийским лодыжкам, поднялись выше, по коленям, обняли ее стройные бедра и с жадностью любовника очертили треугольничек меж ног.

«Вот чего удумал, угнетатель! Паршивец! — в полной панике думала Аврора. — Но врешь, не возьмешь!»

Но это было спорно. Взять, как раз, Эль Даару ничто не мешало. Надежно зафиксированная девушка, как говорится, в предварительных ласках не нуждается…

Ваше Величество! — взвизгнула Аврора со своего балкона, больше не таясь, впадая в панику. — Зачем же нам с вами обсуждать это! Одним! Без народа! Народ-то здесь! Не прогоняйте их! Давайте обговорим все!..

Крепкая струя воздуха запечатала ее протестующий рот, и Авроре оставалось лишь беспомощно и бестолково мычать.

— Я сказал, — звучно произнес Эль Даар, величественно поднимаясь с трона, — завтра! И не перечить мне! — голос его стал пугающе тихим, словно шорох песка под телом змеи. — Не то я сменю гнев на милость, и вам мало не покажется… ни наркомовских, ни шахт.

Эль Даар гордо вздернул венценосную голову, и Аврора на миг затихла, перестала трепыхаться, ослепленная его красотой и величием. И обидой, конечно, тоже. Своей подлой белогвардейской магической силой он приковал ее, как декабристку, к позорному столбу! Буквально, угнетает и тиранит ее при всех! Не уважая!

«Ну, как есть тиран и кровопийца! Угнетатель народных масс! Эх, Саах, Саах, — горько подумала Аврора. — Вот такой же жених! Но как-то не так у нас с тобой все сложилось!»

Гномы часто закланялись и так вот, задом наперед, сгибаясь в поклонах, двинули к выходу. Орки, ворча и вздыхая, грузно затопали за ними.

А эльф, дождавшись, когда вся процессия покинет зал, заложив руки за спину, неспешно, какой-то вкрадчивой, гаденькой походкой двинулся к Авроре.

Он неспешно поднялся по лестнице, ведущей на галерею, опоясывающую зал, так же неспешно добрел до балкона, на котором притаилась, и была надежно схвачена им и связана магией, Аврора, и молча встал перед нею, испепеляя ее взглядом.

— Ну, Ваше Высочество, — проворковал он очень ласково, почти любовно, глядя ей прямо в гневные глаза, — может, объясните, что это такое?

— А что такого? — строптиво выкрикнула Аврора, так и рванув всем телом вперед, к узурпатору и сатрапу.

И тот не отпрянул, остался на месте, даже когда грудь Авроры коснулась его груди. Да что там коснулась — невеста-эльфийка, эта строптивая, горячая бунтарка, буквально упала ему на грудь, грозно сверкая прекрасными глазами.

«Откуда в этом хрупком, нежном теле такой несгибаемый, такой пламенный дух?! — удивился про себя Эль Даар, невольно восхищаясь. — Сердце твое выковали в пламени, в пасти огненного дракона, из расплавленных мечей древних королей?!»

Пока они играли в гляделки, в зале повисла тишина. Только частое биение их сердец друг напротив друга было слышно.

«Како-о-ой!», — восторженно пронеслось в голове у Авроры. Почему-то, каждый раз, когда она смотрела прямо в глаза своего венценосного жениха, у нее напрочь сносило крышу, и ветром любви выдувало все революционные гимны из ветхого убежища революционеров.

А еще тело Авроры, молодое, красивое и буржуазное тело эльфийской принцессы, легкомысленно предавало ее по полной программе!

Сердце колотилось, готовое выскочить из груди, щеки краснели, ноги тряслись… и развратные чресла наполнялись влагой и приятной тяжестью.

Словно Сигизмундовна пришла на УЗИ мочевого пузыря и немного не утерпела…

Вот и теперь, глядя в светлые, бездонные очи под соболиными бровями, стоя лицом к лицу, грудь к груди, Аврора вдруг почувствовала то, о чем давно позабыла. Юношеский пыл, волнение и вполне плотские желания.

«Стыд-то какой! — ахнула в своих тревожных мыслях Аврора. — Хорошо, хоть сатрап руки не распускает!»

Эль Даар и впрямь держал руки за спиной, словно опасаясь, что они чем-то выдадут его волнение. Но от Авроры не отстранялся, и все так же испепелял ее пылающим взглядом, полным гнева и непонятного, пугающего, одержимого чувства.

— Для королевской невесты, — отчеканил он, — вы позволяете себе много, дорогая моя! Вы думаете, я не понял, кто смутил умы этих скудоумных созданий своими бредовыми идеями?! Это вы! Это все вы! Но мир создан так, как создан, в нем есть определенный порядок, и не глупой девчонке его