Холостой для Авроры (СИ) - Константин Фрес

Если Зэне до этой минуты и сомневалась в нефритовости драконов, то этот особо крупный «жезл» убедительно оправдывал название клана этих хищных рептилий — твёрже, горячее и нефритовее некуда!

От тяжести и размеров упирающегося в неё орудия Зэне начинает паниковать. Почувствовав, что, до этих пор послушная и податливая девушка напряглась, любовник со стажем, принялся дразнить её, скользя головкой по влажному входу, задевая чувствительную точку.

— Расслабься, детка, — хрипло прошептал девушке Вайес на ушко, попутно лизнув по контуру и прикусывая за мочку.

Получая ни с чем несравнимое удовольствие, Вайес скользил по шее Зэне языком, оставляя там свой особенный драконий горячий след. С тихим рыком прикусывал нежную кожу, дурея от вкуса его истинной пары.

И как только Зэне снова отпустила себя, коварный чешуйчатый резко двинул бедрами, проникая сразу на всю длину.

Эльфийка вскрикивает от ощущений вторжения тяжёлой плоти, растягивающей её лоно до предела. Но Дракона это не беспокоит. Дорвавшись до самого сокровенного, Вайес продолжает методично вбиваться в неё, наращивая темп и запечатывая крики Зэне поцелуем.

Дав девушке немного привыкнуть к королевским габаритам своего стержня, Вайес приподнялся, закидывая одну стройную ножку себе на плечо, вторую прижимая к кровати. И, не щадя свою единственную, снова резким толчком проник до самого упора.

Зэне не готова к настолько глубокому проникновению, она вскрикивает, извивается, но дракона это не останавливает. Вайес ни на секунду не сбивается с ритма, потому что его мозг уже оглушен, поражён и отравлен ею. Этой маленькой, хрупкой и бесконечно нежной эльфийкой.

Их тела, как единый механизм, сплетаясь и сливаясь в одно целое, двигаются, принося сумасшедшее наслаждение только от процесса этой бешеной гонки за желаемой разрядкой. Воздух в комнате становится вязким, почти осязаемым. Переполненный порочными стонами, хлюпающими звуками, шлепками сталкивающейся плоти, мегатоннами высоковольтного напряжения и фантастического притяжения между ними. На уровне неподвластной ни одному из них магии, смешивая такую разную энергию дракона и эльфийки.

— Смотри на меня! — грозно рычит Вайес, возвращая ладонь на шею Зинэ и сдавливая её, не позволяя вздохнуть.

Едва пушистые ресницы взмахивают вверх, густой воздух между Зэне и Вайесом вздрагивает. Как в замедленной съемке оба видят расходящиеся прозрачные круги и светящуюся золотисто-зелёную паутину тонких нитей, опутывающих их, пробивающихся под кожу, врезаясь глубоко в сердца. Растворяясь в них, разнося по венам и навсегда запечатывая в каждой клеточке великую магию любви истинных.

Ресницы снова падают вниз, и Зэне, содрогаясь, впивается в спину дракона, сжимая бедрами атлетичную задницу принца. Чувствуя, что девушка уже на грани, дракон ослабил хватку на горле Зэне, позволяя крикам и стонам срываться с её губ. Наращивая темп, похотливый дракон добился таки своего, заставив девушку содрагаться в сладких судорогах.

Бурный оргазм Зэне сопровождается громким стоном. Зажмурив глаза, и вцепившись в круглые плечи, Зэне выгибается дугой под тяжёлым и раскалённым телом Вайеса. Лоно девушки бешено сжимает пульсирующий член, забирая дракона с собой в ее ослепительную эйфорию оргазма с переливающимися золотыми нитями.

Наслаждение граничащее с болью захлёстывает обоих, и руки Вайесса самостоятельно ищут узкие запястья эльфийки. Ощупывают их, в том самом месте, где уже по белоснежной коже девушки мечутся яркие искры, высекая на ней витиеватый рисунок дракона — особенный знак принадлежности Вайесу.

Сальтерити перехватывает кисти Зэне, запрокидывая их над её головой, и переплетает свои пальцы с изящными пальчиками эльфийки.

Вокруг все затихает, замирает, Ваейсс слышит только собственное тяжелое дыхание и стук двух сердец, бьющихся в унисон. И ни единого постороннего импульса, ни одной помехи. Чистая волна всепоглощающей эйфории.

Только в последний момент Вайесс осознал, что украл не ту женщину. Ярость с новой силой завладела сознанием принца и он пулей выскочил на маленький балкон, до треска ломающегося дерева сжал перила и без всяких трансформаций выдохнул огромный столб зелено-желтого пламени.

Наблюдающие за пагодой драконы порадовались за своего атамана, догадавшись, что таинство уже свершилось. Вон, даже покурить вышел на балкон.

Вернувшись в комнату, он свирепо сверлил взглядом Зэнезиэль, которая от испуга забилась к изголовью кровати, тщетно пытаясь прикрыться разорванной в клочья сорочкой.

— Ты как сюда попала? — рявкнул дракон, на несчастную.

Будь на месте скромняшки Зэне Аврора, она непременно бы спросила: «Вася, ты дурак?». Но от природы молчаливая девушка только округлила свои красивые изумрудные глаза и совершенно не знала, что ему ответить, чтобы он перестал так злобно расхаживать по комнате, стуча своим драконьим хвостом.

— Кто ты такая, демон тебя дери? Где моя Авриэль? — не унимался похититель, гневно сверкая своими драконьими очами.

— Я… я Зэнезиэль… горничная госпожи… вашей… — с надрывом в голосе ответила Зэне.

Её было очень горько слышать обидные слова от принца. Особенно “демон тебя дери” после того, как это, собственно, минуту назад только и закончилось.

Сам Вайесс же в данную минуту испытывал противоречивые эмоции. Он был в бешенстве от того, что так ошибся! Вовсе не принцесса Авриэль была его истинной, а безродная служанка! Но в то же время он не мог не осознавать, что в богатом прошлом его любовных похождений ни одна уложенная им в постель опытная женщина и близко не могла бы сравниться с той, что отдала ему свою невинность безропотно, доверчиво…

В порыве слепой ярости дракон схватил Зэнезиэль, отказываясь верить, что эта простая девчонка его судьба навеки. Спрыгнув вместе со своей ношей из окна, принц Сальтарити приблизился к краю пропасти.

Холодный ветер хлестал по обнажённой спине прекрасной эльфийки и разорванная в лоскуты сорочка, разумеется, никак не могла её защитить. Разгневавшийся подменой принцессы Вайлесс больно сжимал её плечи, держа на самом краю отвесной скалы. Удерживая её хрупкое, беззащитное перед этой пропастью тело, на смертельно опасной грани.

Зэнезиэль, понимая, что это конец и сейчас принц хладнокровно сбросит её со скал, крепко зажмурилась. Сердце в груди билось, как умалишённое, разрывалось в клочья от еле сдерживаемых рыданий. С густых ресниц девушки катились крупные слёзы, оставляя влажные дорожки на побледневших щеках.

Робко, едва ощутимо касаясь подушечками пальцев голой горячей груди дракона, Зэнзиэль хотела почувствовать как бьётся его бесстрашное, но каменное сердце, насладиться волшебными ощущениями близости с принцем. В последний раз…

Смотреть в его яркие зелёные глаза она боялась, но услышала как на спине Вайсса затрещали жилы, разворачивая большие крылья, с острыми шипами и горячей атласной кожей. Мягким, тёплым одеялом окутали эти могучие крылья дрожащую от холода Зэнезиэль.

Ресницы девушки дрогнули, и она несмело подняла взгляд на Вайесса.

— Посмотри на своё предплечье, красавица. Ты