Наследник огня и пепла. Том V. Кровь и дороги - Владислав Добрый

— Скажите, друг мой, зачем же вы вдруг вспомнили эту историю? — спросил я у Фредерика.

— Именно эту, потому как в ней сразу три желания. И все они были исполнены ведьмой, но вовсе не так, как ожидала бедная Лилия Байса, — ответил Фредерик. Глянул на слуг и мою жену. И добавил. — А я, как вы уже знаете, некоторым образом был вынужден обратиться к ней за помощью. И я все ожидал… Подвоха. Ожидал, чем же обернется мое желание, какой бедой…

С этими словами он пристально посмотрел на меня. Но быстро перевел взгляд на свой кубок. Взял его в руку, заглянул внутрь, скривился. Поставил обратно на столик. После чего продолжил говорить.

— Я вынужден признать, пока мои ожидания не оправдались.

— Всё потому, что мы застаем самый конец истории, — сказал я. — К тому же, её рассказывают те, кто обратил ведьминскую ворожбу во вред. Ожидаемо, что они будут винить во всем ведьму. Это так удобно. Что же на самом деле произошло, мы не знаем. Если немного подумать, то в вашей истории слишком уж много дыр. Зачем ведьме отдавать столь могучий артефакт, который исполняет желания, за золото? Да и за не большую сумму. Ведь у молодой незамужней девушки, не из самой богатой семьи просто не может быть много денег. А вы ведь упоминали, что Лилия была умна. Слишком очевидный обман. Полагаю, она купила что-то другое. Мне кажется я знаю, на что это похоже. Таким способом в Древней Империи избегали нудной работы. Всматриваясь в специальное водное зеркало погружали себя в состояние… — я задумался, подбирая слова. — В состояние когда нет лишних мыслей и желаний, только сосредоточенность. Очень удобно для нудной, но сложной работы.

— Откуда вы знаете, что так делали в Древней Империи? — Вдруг спросил Сперат. Уже вконец потерял всякие представления о приличии. Или просто иногда он больше студент, чем оруженосец.

— Кто-то мне сказал, — отмахнулся я. На самом деле мне и самому было интересно, откуда я это вспомнил?

— Для какой? — удивился Фредерик. — Какая работа может обойтись без мыслей?

— Вышивание, — сказала Адель. Она посмотрела на меня. — В двенадцать я сбежала в Святилище Дев Воительниц у озера Чу-Нес. Именно потому, что началось обучение вышиванию. Там я встретила разных дам. Одни бежали от брака со старыми и страшными мужчинами, другие от побоев отца или мужа, были и те, кто просто не любил мужчин… Или хотел стать воином…

Адель бросила взгляд на Лаванду. Телохранительница смотрела мимо с каменным лицом. Адель повернулась ко мне и положила свою ручку мне на руку, заглянула в глаза и сказала:

— И большая часть из них сломалась и ушла. И только я держалась, вынося жестокое обучение, лишь бы не вернуться к пяльцам.

Я вспомнил, как некоторые гости на свадьбе спрашивали у меня о подарке от невесты. В Королевстве у девушек принято было дарить вышитый платок, или даже плащ, своему избраннику. Я дал Адель денег, и велел купить мне что-то подходящее. Чтобы я мог говорить, что это от неё. Кажется, именно после того случая, её отношение ко мне стало намного теплее. И только теперь я понимаю, почему.

— Увы, предложи мне такое зеркало ведьма в то время, боюсь что я бы не смогла устоять, — грустно вздохнула Адель. Я погладил её по щеке.

— Вы прекрасны, как и ваши истории, сеньора Адель, — брызнул медом Фредерик. — Вот только я не об этом…

— Об этом, — перебил я его. — Ведьма дала Лилии то, что она просила. И Лилия сама сделала с этим то, что сделала. Я тоже не вспомню ни одну историю о помощи от ведьм, которая не привели бы к беде. Но если вы подумаете, то поймете, что все эти беды творились по вине людей, а не ведьм. Волшебные мечи, не вложенные в ножны вовремя из-за жестокости, заколдованные плуги, не остановленные из алчности… Я могу продолжать долго. Люди, Фредерик, люди. Зло, что таится внутри нас. Ведьмы просто дают людям способ показать его.

Фредерик задумался. И наконец сказал:

— Если бы то зеркало оказалось в руках Адель, мы бы никогда о нём не узнали, — он улыбнулся. И встал. — Уверен, что вы мой сеньор, единственный кто сможет разрешить это дело. Потому оставляю его вам.

Надо же было именно в этот момент слугам наконец принести вино. Вино было настолько дорогое. что хранилось в стеклянном бутыли, на вид литров в пять. Оно стоило дукатов десять. Хотя, отец покупал его лет пять назад, сейчас оно могло стоить и все пятьдесят. Фредерик посмотрел на бутыль с не меньшей алчностью, чем Ланс на сапфир.

— Я прикажу завернуть вам этот кувшин с собой, — проворковала Адель. И приказала.

Фредерик аж в лице поменялся. Бутыль слуге он не доверил, а схватил его сам и умчал вдаль, едва успев попрощаться. Сразу видно, ценитель.

— Оно стоит дукатов двадцать, — сказал я Адель тихо.

— Я знаю что, и сколько стоит в моем доме, — в её голосе кольчугой звякнула веселая лихость, знакомая мне по нашей первой встрече. — Тебе все равно не нравится эта дрянь. Ставить её на стол дорого. Единственное, для чего нужно такое дорогое вино, так это дарить его в подарок. И Фредерик тот, кто оценит такой подарок. Потом подарим ему еще таэнское.

Я задумчиво кивнул. Сначала жене, потом маячившему неподалеку Фанго.

— Свежает, — сказал я. — Может перейдешь в малую гостиную. Там сейчас как раз Бруно. Помнишь