С тобой и без тебя. Нежный враг - Лесли Локко

Она подождала пару минут, просушила лицо одним из чистых полотенец, которые повесила ранее, и открыла дверь. Осторожно пошла вниз по лестнице.

Марк лежал на одном из диванов, обитых пурпурным бархатом, и читал. Он отложил журнал, когда она подошла к нему, и предложил ей присесть. Она села напротив него, плотно сдвинув колени и положив на них руки.

— Хорошо. Давай обговорим, что тебе надо будет сделать. Всего будет человек двадцать-тридцать — не так уж и много. Мы разложим обеденный стол, к которому люди будут сами подходить за едой и напитками… Позволь, я тебе покажу… — Марк встал. Мадлен наблюдала, как он быстро подошел к столу, нащупал снизу небольшую, цвета вишневого дерева панель механизма, который позволял раздвигать стол в полную длину.

— Это в действительности несложно. Посмотри… Подойди сюда и попробуй… — Он взял руку стоящей рядом Мадлен и поднес ее к небольшой металлической кнопке. Мадлен похолодела, сдерживая дыхание. — Попробуй.

Она сделала так, как он показал, возвращая задвижку на место. Стол задвигался, возвращаясь в прежнее положение.

— Видишь? — Мадлен кивнула. Ее пальцы горели в местах, где Марк прикоснулся к ней. Она отодвинулась от него. Стоять так близко к нему она не могла.

— Э… Мне… Какие тарелки и столовые приборы мне надо приготовить? — спросила она, переходя к другому краю стола. Марк, казалось, не заметил ее состояния.

— О, официанты все это принесут. Это же будут только холодные закуски. Бутерброды, коктейли… все такого плана.

— А… — Мадлен никогда не была на вечеринках. И не имела ни малейшего представления, что там едят и пьют. Она даже не понимала, зачем он пригласил ее, если официанты сами все принесут. — Надо ли мне… купить цветы? — подсказала она.

— О, да это же отличная идея. Купи какие-нибудь цветы на нашей улице. Все, что тебе понравится. Укрась этот дом. Отлично. — И он улыбнулся ей.

Мадлен снова покраснела. Ей нравилось, с каким энтузиазмом он брался за любое дело. Марк Дорман, казалось, был самым позитивным человеком из тех, кого она встречала. Его подход так отличался от скучного прагматизма, господствующего в ее собственном доме. Она промямлила что-то о мытье посуды и поспешила на кухню, боясь, что уже второй раз за день он увидит то, как она покраснела.

В пятницу вечером она стояла в дверях его гостиной, восхищаясь изменениями, произведенными цветами. Она выбрала огромный оранжевый букет с веткой зелени посередине, множеством бутонов и темно-зелеными стеблями. Она не могла вспомнить, как назывались цветы, но выглядели они великолепно на фоне сумеречного интерьера с пурпурными диванами и мебелью цвета темного бургундского. Ей нравился дом Марка Дормана, так сильно отличающийся от ее собственного. Пространство, тишина, удовольствие…

Удовлетворение от окружающей обстановки, чувственный восторг. Незнакомая ей радость просто от пребывания в приятной атмосфере. Она постояла несколько минут в дверях, завороженная.

К девяти часам вечеринка была уже в полном разгаре, и Мадлен неохотно собралась уходить. Она сказала матери, что вернется к восьми, так что уже опаздывала на целый час. Она выскользнула из кухни, на ходу развязывая фартук, и пошла по лестнице на второй этаж в свободную комнату, где оставила свою сумку. Вечер был теплый, и большинство гостей собралось на террасе. Она постояла у окна в полумраке, глядя на них. Марка среди них не было. Он исчез, как только появились первые гости. Мадлен робко стояла в дверях кухни, наблюдая, как одна красивая женщина за другой входили через парадную дверь, каждая из них на мгновение останавливалась, чтобы посмотреться в огромное зеркало, которое Мадлен протирала раз в неделю.

Никто из них даже не взглянул в направлении Мадлен. Теперь она наблюдала за ними, за тем, как одна из женщин вертела прядь своих светлых волос, слушая мужчину и посмеиваясь, ее волосы спускались по плечам, которыми она кокетливо, словно невзначай, пожимала. Мадлен думала, что она никогда не сможет научиться этим манерам… Флирту, легкому шарму. Единственное, как Мадлен умела общаться с мужчинами — это краснеть и убегать. Она отвернулась от окна и взяла свою сумочку. Пора было уходить.

— Ах, вот ты где. — Голос Марка сбил ее с мысли. Он стоял в дверях. Мадлен оторопела. Она не слышала, как он поднялся по лестнице.

Девушка снова покраснела.

— Я как раз собиралась… Я… Я сказала маме, что приду в восемь, — проговорила она, не желая, чтобы ее слова звучали, как у школьницы. — Я уже задержалась, — добавила она, глядя на часы — лучше было смотреть куда угодно, только не на него. От его вида в черном пиджаке и светло-зеленой рубашке захватывало дух.

— Ты еще не выпила со мной, — улыбнулся он, входя в комнату. — И я еще не поблагодарил тебя, — добавил он, ставя бутылку и два бокала.

— За что? — озадаченно спросила Мадлен.

— За успешную организацию вечеринки. Думаю, все идет довольно хорошо, — непринужденно сказал Марк. — Разве вы, англичане, не так говорите?

— Что?

— Довольно.

— Не знаю. Я не англичанка, как вы помните.

— Я все время забываю, — засмеялся Марк. Он налил шампанское в два бокала и протянул ей один. В комнате было темно, но он и не собирался включать свет. Он подошел к окну и посмотрел на террасу, как и она. — Да, я думаю, все отлично проводят время.

— Это все ваши друзья? — Мадлен не поверила, что задает этот вопрос. Она нервно держала бокал между пальцами. Марк сделал глоток.

— Некоторые. Но большинство — просто знакомые.

Мадлен кивнула, хотя не совсем понимала, в чем разница.

— А кто та девушка… женщина… с темными волосами? — осторожно спросила она. Она тут же узнала ту самую девушку с фотографии.

— Никки? — Марк посмотрел из окна. — Она — старая знакомая.

— Она красивая, — уклончиво сказала Мадлен.

— Не красивее тебя, — тихо сказал Марк. Мадлен ужасно покраснела, не зная, что и сказать. Она осторожно отхлебнула шампанского, но пузырьки ударили ей прямо в нос, и она закашлялась.

— Вот так, — Марк наклонился к ней и отстранил ее бокал. — Не суй нос вовнутрь, только губы… — засмеялся он. — Это тебе не «Севен-ап»!

— Я знаю, — запротестовала Мадлен, смущаясь. — Но оно игристое.

— Это — шампанское, — сухо заметил Марк. Однако он не отошел от нее. Мадлен стояла на своем месте абсолютно спокойно. Он был совсем рядом. И вдруг все произошло очень быстро. В одно мгновение она стояла, держала шампанское и смотрела на террасу, а в следующее — она поняла, что его руки забирают у нее бокал и поворачивают ее к нему лицом. Потом его лицо оказалось совсем рядом, и она почувствовала жесткое, настойчивое давление его губ на ее. Но это был не школьный поцелуй, не мягкий романтический поцелуй, о котором она мечтала. Губы Марка были горячими и требовательными… Он чего-то хотел от нее, но она не имела представления, как дать это. Последовала вопросительная пауза — и затем ответ Мадлен. Он запер дверь и повел ее к кровати. Мадлен закрыла глаза, ощущая только головокружение и прикосновение его рук, когда он снимал с нее один предмет одежды за другим, пока, наконец, не снял все.