Любовница (СИ) - "Кьяза"

— Ваше величество, я не уверена, что смогу заинтересовать мужчин. Но поймите правильно, отказы могут вызвать подозрение императрицы. обещаю вести себя прилично, но…

— Но ты хочешь танцевать, — усмехнулся император.

— Если представиться возможность, то мне очень бы хотелось. Однако если вы запретите, то я подчинюсь. Вы важнее.

— Лицемерка. Хорошо, я тебя предупредил, дальше решай сама. А теперь небольшой мастер-класс по соблазнению, Аззи. Вопреки расхожему мнению, мужчина предпочитает игру и недосказанность, тайну, возможность домыслить. Не открывайся полностью, останься загадкой. Впрочем, ты действительно ларчик с секретом, — за разговором император расстегнул почти все пуговки платья, а значит, время разговоров прошло.

И вот я стою возле входа в бальной зале, в тени драпировки и цветов. Переливаются огни люстр, играя бликами на хрустале. Солнечные зайчики прыгают по стенам, тяжелым бархатным портьерам, лицам приглашенных. Большая приемная украшена в золотых и темно синих тонах императорского дома, лишь белые пятна орхидей, любимых цветов императрицы разбавляют пафосность ситуации, которая давит на меня. По этикету наряды на балах, если вы не военный и при исполнении, не должны быть выполнены в официальных цветах правящей династии, под запретом и черный. Мужчины в преимущественно белых и серых фраках, дамы в честь летнего бала предпочитали светлые платья. Я остановилась на закрытом платье, не противоречащим правилам. Лиф цвета вайда, нежного сине фиолетово серого цвета, с рукавами три четверти и более чем скромным воротником лодочкой спереди. Сзади вырез был чуть глубже, углом уходя до лопаток. На широкой юбке из белой органзы расцветали большие цветы в тон верху наряда. Белый атлас нижних юбок подсвечивал узор, скрывая скромные белые туфли лодочки. Я отказалась от перчаток, и запястье правой руки украшал подарок императора. Его величество передал через премьер-министра комплект из браслета и сережек из белого золота с иолитами светлого сине-фиолетового оттенка, так хорошо гармонирующих с нарядом. Я долго рассматривала тонкие нити украшений, но ничего не увидела, впрочем Эрг Дюэль подтвердил, что камни обычные. А жаль, иолит обладает способность придавать уверенность и защищать от злых намерений, отводя дурных людей. Самое то, что мне надо на балу.

— Госпожа Ринтар, почему прячетесь? Вы прекрасно выглядите, — Прачрит подал мне бокал с шампанским.

— Спасибо, — улыбнулась я ему, — просто наблюдаю. Очень красиво, прекрасная музыка, настолько все великолепно, что я немного растерялась.

— Осваивайтесь.

Он развернулся и поспешил к знакомым. Пока танцев не было, ожидали императорскую чету.

Работа в протокольном отделе приучила к выдержке, но и вполне торжественные моменты стали для меня обыденными, поэтому появление императора с супругой не вызвало трепета, я машинально склонилась в реверансе, пряча взгляд. Шум немного стих, но потом разговоры продолжились, после милостивого жеста Его величества. Правильно, еще четверть часа на этикетную мелочь, приветствия послов, затем императорская чета откроет бал, а потом. Полчаса нахождения в зале, когда ко мне подошел только начальник, прекрасно дали понять — ни опровержения, ни время не способны оправдать меня. Народ нашел жертву и развлекается. Дамы шушукались, придирчиво оглядывая меня, и их презрительные взгляды оскорбленной добродетели раздражали.

Молодые люди… Я уверена, что мне сегодня не танцевать. Сальные взгляды и мимолетные прикосновения в толпе, больше похожие на преднамеренное ощупывание, бесили. Да, любовница, завидуйте и мечтайте. Вам не светит!

Я поставила пустой бокал на поднос проходящего официанта, подхватила белое вино. Проигнорировала пару осуждающих взглядов. Час, максимум час и я смогу уйти незаметно.

Я видела Патти, ведь ее родители влиятельные люди. Раньше они улыбались мне, и даже искренне сочувствовали судьбе сироты. Только сейчас я поняла цену их искренности. Лицемерие — это норма при дворе. Хотелось даже поблагодарить императора и премьер-министра за то, что своим вторжением в мою жизнь сняли розовые очки. Мир, прогнивший мир. Двойные стандарты. Здесь днем осуждали разврат, предаваясь ему ночью, словно темнота могла их скрыть, а восход очищал грех.

Я посмотрела на опустевший фужер. К черту, все к черту! По крайней мере император честен со мной, не скрывая своих целей и откровенно говорящий, что ему надо. Небеса, да если так посудить, от него я больше видела участия, чем от окружающих, пусть и меркантильного, но все же интереса в моем состоянии.

Я потянулась к бокалу красного.

“Хватит, Аззи”

Поспешно отдергивая руку, оглянулась. Голос премьер-министра прозвучал, будто он стоял за спиной. Но нет же, Эрг Дюэль небрежно облокотился на тронное кресло императора и развлекал императрицу разговорами. Мотнув головой, чтобы прогнать наваждение, я обратилась к официанту:

— Не подскажете, а вода есть?

— Сию минуту, госпожа, сейчас принесу.

Он исчез, а за спиной насмешливый женский голосок пропел:

— Вода. Она пьет воду. Так жарко, Ринтар?

Обернувшись, я увидела двух девиц из свиты императрицы.

— Простите? — решила уточнить я.

— Надо же, какая искусно разыгранная невинность, аж скулы от сладости свело, — миниатюрная красавица в белом платье, корсет которого был расшит огненно-алыми маками, мелодично рассмеялась.

— А вы пробовали ограничить потребление конфет? — зачем я ответила на колкость, не могла понять.

— О, небеса, Ринтар, какая же ты скучная. Впрочем, наверно у тебя масса других достоинств, скрытых от глаз окружающих. Весьма безвкусным платьем скрыто. Жуть.

Я отвернулась, тем более официант принес стакан с водой. Спорить не хотелось. Злость, которая еще минуту назад бушевала во мне как Северный ледяной океан, схлынула.

— Ринтар, — фрейлина кажется даже топнула ножкой.

— Я не знала, что во фрейлины берут девиц без образования, — делая вид, что размышляю вслух, промолвила я, — или может просто девицам не читала курс придворного этикета? Говорят в дальних провинциях есть проблемы с преподавателями манер.

— А перед кем тут быть вежливым? — фыркнула ее подружка.

— Неужели сиротка вспомнила правила из приютского учебника? — скептически протянула нахалка

Я пожала плечами, наблюдая как танцует император с женой. Слаженно, красиво, но холодно. На императоре был темно-синий фрак, белая орденская лента через левое плечо. Он уверенно вел супругу в танц с бесстрастным лицом, хоть и улыбался. Почему? Почему они не хотят договориться? Почему императрица отказывается от такого мужчины? Почему он не делает попыток примириться, не настаивает так, как он обычно поступает в моем случае.

Императрица в темно синем атласном струящемся платье, которое на тонкой талии перехватывала белая лента. Из драгоценностей бриллиантовый гарнитур, высокая прическа. Само совершенство, и даже беременность двойней не испортило ее фигуру. Что не так? Почему отношения между ними невозможны? Разве она не знает об особенности мужа? Чем он ее обидел? Почему она стремится уничтожить любовниц мужа, хотя сама тоже не жаждет его объятий?

— Говорят, Его величество подарил жене знаменитый изумруд Глаз леса. ее величество была счастлива, и даже поцеловала супруга при журналистах.

— Да я сама видела. И вообще последнее время император часто задерживается в покоях императрицы вечером.

Фрейлины не унимались, пытаясь побольнее кольнуть меня.

Я передала пустой стакан официанту.

— Так что, Ринтар продолжай подпирать стенки. Скоро тебя тоже выкинут. Ой!

— Кого и куда выкинут, юные госпожи? — премьер министр говорил вполне тихо, однако голос прозвучал слишком неожиданно.

Я быстро обернулась, приседая в реверансе. Фрейлины тоже склонили головы.

— Госпожа Тирон и госпожа Кватрин, ваше поведение недостойно. Насколько я помню, вы еще на испытательном сроке?

— Да, господин Дюэль.

— Это хорошо. Я думаю у меня есть что рассказать Ее величеству. Кстати, ваша наставница вас разыскивает, вы забыли свои прямые обязанности.