Пламя над бездной - Вернон Виндж

— Как давно вы оттуда ушли?

— Шестьсот пятьдесят часов назад. Примерно через двести часов после того, как они выпали с Сети.

До Равны вдруг дошло, что она разговаривает с кем-то вроде очевидцев. Прошло тридцать дней, но события на Страуме обсуждались в основном в группе новостей «Угрозы». Все соглашались, что было создано Отклонение Класса Два — даже Организация Вриними в это верила. Но в основном все это строилось на догадках. А вот сидят два существа, которые в самом деле там были.

— Вы не считаете, что страумеры создали отклонение?

Ответил Синяя Раковина.

— Увы, — сказал он. — Наши сертификанты это отрицают, но я усматриваю здесь долг совести. Мы в самом деле видели странные вещи на Страуме. Вы встречали когда-нибудь искусственные иммунные системы? Те, что могут работать в Среднем Крае, не стоят хлопот, так что, наверное, нет. В поведении некоторых официальных лиц Шифровальных Органов я сразу после победы Страума заметил реальную перемену. Выглядело это так, будто они вдруг стали частью плохо откалиброванной автоматики. Будто стали чьими-то… хм… пальцами. Невозможно сомневаться, что они возились с чем-то в Переходе. Они там что-то нашли — потерянный архив. Но дело не в этом.

Он надолго прервал свою речь. Равна уже думала, что он все сказал, как он заговорил снова:

— Видите ли, перед самым отлетом со Страума-главного мы…

Но теперь заговорил и Фам Нювен:

— Тут есть кое-что, что меня интересует. Все говорят так, будто это царство Страум было обречено в тот момент, когда начало исследования в Переходе. Вот послушайте. Мне случалось возиться с ошибочными программами и незнакомым оружием. Я знаю, что так можно погибнуть. Но вроде бы страумеры из осторожности поместили свою лабораторию куда как далеко. Они что-то строили, что могло пойти наперекосяк, но очевидно, что они ставили эксперимент — как вообще все делается в этих местах. Они могли прекратить работу, как только она пошла не по плану, в тот же самый момент. Как вышло, что они так пролетели?

Вопрос сбил ход мысли наездника. Не надо было быть доктором прикладной теологии, чтобы знать ответ. Даже эти проклятые страумеры должны были его знать. Но, учитывая биографию Фама Нювена, вопрос был разумен. Равна не стала раскрывать рот. Сама чужеродность наездника лучше убедит Фама, чем еще одна лекция Равны.

Синяя Раковина на мгновение расплылся, явно используя тележку для помощи в построении аргумента. Когда он заговорил снова, никакого раздражения от того, что его перебили, в голосе не было.

— Я слышу некоторые неправильные восприятия, миледи Фам. — Он явно применял это староньоранское вежливое обращение ко всем подряд. — Вы бывали в архивах Ретранслятора?

Фам подтвердил. Равна подумала, что вряд ли он когда-нибудь проходил дальше интерфейса для начинающих.

— Тогда вы знаете, что архив фундаментально обширнее базы данных на любой обычной локальной сети. С практической точки зрения большие архивы даже невозможно дублировать. Самые большие архивы ведутся миллионы лет, поддерживались за свою жизнь сотнями различных рас, большинство из которых вымерли или совершили Переход в Силы. Даже архив Ретранслятора запутан и так огромен, что приходится составлять многоэтажные системы индексирования. Такую массу можно хорошо организовать только в Переходе, и понять ее могут только Силы.

— И что?

— В крае тысячи архивов или десятки тысяч, если считать те, что впали в разрушение или ушли с Сети. Кроме бесконечных банальностей, они содержат важные секреты и важную ложь. В них есть капканы и петли.

Миллионы рас забавлялись с советами, которые плыли по Сети, незапрошенные. Десятки тысяч сгорели в пламени пожара. Иногда ущерб бывал относительно невелик — добрые намерения, не вполне подходящие для среды назначения. Иногда информация была злонамеренной — вирусы, затыкавшие локальную сеть так тщательно, что целая цивилизация должна была начинать с нуля. В группах «Где они теперь» и «Угрозы» ходили рассказы и о худших трагедиях: планеты, увязшие в дублировании информации; расы, ставшие безмозглыми из-за плохо запрограммированных иммунных систем.

Фам Нювен держал на лице привычное скептическое выражение.

— Да просто проверять надо весь этот мусор на хорошо изолированном сайте. И быть готовым к местным катастрофам.

Равна не могла не восхититься наездником: он перешел к еще более элементарным вещам.

— Верно, простая осторожность позволяет предотвратить множество катастроф. И если ваша лаборатория находится в Среднем или Нижнем Крае, такая осторожность — это все, что на самом деле нужно, какой бы хитрой угроза ни была. Но все мы понимаем природу Зон…

Равна абсолютно не понимала язык тела наездника, но могла бы поклясться, что он изучает варвара, пытаясь определить глубину его невежества.

Человек нетерпеливо кивнул. Синяя Раковина говорил дальше:

— В Переходе по-настоящему сложное оборудование может работать с устройствами куда разумнее, чем любое из здешних. Конечно, почти любое экономическое или военное соревнование можно выиграть за счет соседства с такими превосходящими вычислительными мощностями. Теми, которые могут существовать в Вершине Края или в Переходе. Туда мигрируют все новые и новые расы, желая построить свои утопии. Но как вам поступить, если ваше новое создание умнее вас? Кажется, здесь неограниченные возможности для катастроф, даже если новая Сила не причиняет вреда. И потому существует бесчисленное количество рецептов для безопасного использования преимуществ Перехода., Конечно, их негде эффективно проверить, кроме как в Переходе. А работая на устройствах, созданных по их описанию, рецепты эти сами становятся разумными существами.

На лице Фама Нювена забрезжил проблеск понимания.

Равна подалась вперед, переключая на себя внимание рыжего.

— В этих архивах есть сложные вещи. Ни одна из них не разумна, но у некоторых есть потенциал стать разумными, если какая-нибудь наивная по молодости раса поверит их обещаниям. Мы думаем, это и случилось в царстве Страум. Они прельстились документацией, которая обещала чудеса, их обманом уговорили построить существо за гранью Перехода, Силу — но такую, которая обрекла себе в жертву разумных существ Края.

Равна не стала говорить, насколько редки такие отклонения. Силы бывали разные — злонамеренные, игривые, безразличные, но практически все они находили лучшее применение своему времени, чем истребление тараканов.

Фам Нювен задумчиво почесал подбородок.

— Вроде бы понял. Но я еще понял, что это вроде бы здесь всем известно. Если это так смертельно опасно, как эти ребята из Страума в такое влипли.