Правильный подход (СИ) - "naarzi"

— Пару дней, может, больше, иногда меньше, — неопределенно тянет А-Цин. И после недолгого молчания советует: — Лучше забить на это и не лезть не в свое дело.

Сказав это, она больше не дает и шанса на дальнейшие расспросы, переводя разговор на другую тему. А потом и вовсе отгораживается от всего наушниками, воткнутыми в уши, стоит ей сесть на сидение в автобусе.

На прощание, уже возле общежития, А-Цин спрашивает:

— Вы все еще не хотите послать Яна куда подальше?

— Пока что не планирую, — Сяо Синчэнь слегка ошарашен таким вопросом, но не подает виду.

— Тогда вне школы я могу и на «ты», — выносит она вердикт. — А как называть-то?

— Думаю, по имени вполне подойдет.

— Ладно. Ну, пока, Синчэнь! — она забирает свою сумку и коротко взмахивает рукой, прежде чем развернуться и пойти по мощеной дорожке в сторону своего корпуса.

— До встречи, А-Цин.

Сяо Синчэнь недолго смотрит ей вслед, дожидаясь, пока она не зайдет внутрь здания, и после этого идет к себе.

Ночью, почти в четыре утра, к огромному неудовольствию тоже проснувшегося Цзыченя, приходит сообщение: «Ты мне должен фотку». Синчэнь считает, что у него есть полное право ответить на это уже утром, как все нормальные люди.

Комментарий к Часть 17

Вы бы меня сожрали, если бы СЯ и тут сопротивлялся всяческим лизаниям, ценность и увлекательность которых я никогда не пойму =D Так что выдыхайте. Все будет.

========== Часть 18 ==========

Сяо Синчэнь задумчиво постукивает ногтем по краю чашки и ловит себя на мысли, что в последнее время слишком много играет в гляделки со своим телефоном. И это замечает не один он: Цзычень смотрит на него с мрачным подозрением.

— Ну, что на этот раз? — не выдерживает он.

— Ты про что? — невинно хлопает глазами Синчэнь.

— Ты всегда делаешь такое лицо, когда у тебя проблемы.

— Какое — такое?

— Натужное, — после довольно длительных раздумий отвечает друг. Конечно, он не силен в поэтических метафорах, но все равно звучит сомнительно.

Вот и что ему на это сказать? Поделиться своей насущной проблемой, что он понятия не имеет, что ответить на просьбы, нет, требования, прислать свое интимное фото? Или, может, попросить помочь подобрать лучший ракурс? Вряд ли Цзычень оценит. Но, если быть честным, поговорить есть о чем.

— У меня есть для тебя новость, — торжественным, как у похоронного распорядителя, тоном, начинает Синчэнь.

— Как я понимаю, неприятная.

— Нет, что ты! Вполне себе… Приятная.

Сун Лань кивает, призывая наконец поведать, в чем же дело.

— В общем… Кхм… С недавних пор я в отношениях, — осторожно говорит Сяо Синчэнь. — С парнем, если это важно, — зачем-то добавляет он, хотя знает, что друга чужие предпочтения не волнуют от слова совсем. Наверное, чтобы оттянуть неизбежное. — Я встречаюсь с…

— Сюэ Яном, — равнодушно заканчивает за него Цзычень. Заметив некоторый ступор на лице собеседника, он вздергивает брови: — Ох, прости, я должен был удивиться?

— Откуда ты знаешь? — Синчэнь искренне изумлен, что даже пропускает явную шпильку в свой адрес. — Нас что, кто-то видел? Или…

— Или я это знал гораздо раньше вас обоих, — закатывает глаза Цзычень, отпивая кофе с едва ли не победным видом. — Где-то с того момента, как ты его сюда притащил, я уже понял, чем это закончится. Тебе же уже тогда прищемило.

— Ничего мне не прищемливало, — возражает Синчэнь.

— А кто мне жаловался, что он к Сюэ Яну со всей душой, а тот ноль внимания? — иронично интересуется Сун Лань.

— Тогда я об этом даже не думал!

— Не надо передо мной оправдываться. Чего ты от меня хочешь? Оваций и поздравлений? Ладно — поздравляю, ты добился своего, — он ставит свою кружку на стол и капитуляционно поднимает руки вверх. — В качестве приза могу предложить подарочный абонемент к психиатру, он тебе пригодится. Правда, я не уверен, что такие есть.

Челюсть отвисает сама собой. Цзычень сейчас что, пытается над ним глумиться? Или это он всерьез? По его лицу никогда нельзя толком сказать, что он думает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Это не смешно.

— Да, тут плакать надо.

Он точно издевается.

— Я знаю, что он тебе не нравится, но ты бы мог меня поддержать, — поджимает губы Синчэнь, чувствуя себя уязвленным.

— Я тебя и поддерживаю, — не соглашается с ним Сун Лань. — И до того поддерживал, когда говорил, что тебе нужно пойти и поговорить, если тебе хочется. А сейчас я не советую тебе немедленно с ним расстаться или что-то в этом роде. Развлекайся в свое удовольствие.

Ну если смотреть на это с такой стороны, то, конечно же, он совершенно прав. И вообще, отношения — это же не какая-то трагедия, чтобы просить сочувствия или участия? Хотя шутка про психиатра действительно не слишком приятная.

— Единственное, о чем я тебя очень прошу — сделай так, чтобы я с ним поменьше пересекался, — тем временем продолжает Цзычень, вставая со стула. — У меня от одного взгляда на рожу твоего Сюэ Яна мигрень начинается.

— Нормальное у него лицо, — почти обиженно бормочет Сяо Синчэнь. — Очень даже симпатичное, особенно нос. И зубы. И…

В глазах Сун Ланя плещется смесь из вселенской усталости, осуждения и мольбы, поэтому приходится остановиться.

— Ладно, молчу. Я очень постараюсь.

— Достаточно будет того, если ты его не будешь таскать в нашу комнату, а если уж притащишь — держитесь подальше от моей кровати и ванной. Она общая, — веско завершает Цзычень.

— Ты обо мне слишком плохо думаешь, — вздыхает Синчэнь. Откуда вообще такие мысли? Друг был свидетелем всех его немногочисленных отношений, и все всегда держалось в рамках приличий…

— Не о тебе. Просто когда ты сделаешь что-то, о чем раньше даже никогда не думал, ты вспомнишь мои слова, — с нажимом договаривает Сун Лань, несмотря на попытки друга прервать его возмущенными возгласами. — И вообще, мне пора.

— Куда? — невпопад удивляется Синчэнь. — Сегодня же воскресение.

— Именно — сегодня воскресение. И поэтому я имею право отдохнуть в свой единственный выходной.

— Но… Мы же обычно проводили его вместе?

— Почему бы на этот раз тебе не провести его со своим новым парнем?

Сяо Синчэнь смотрит на свой телефон, на экране которого появится неотвеченное сообщение, если он снимет блокировку, и обреченно вздыхает. Так, минуточку, Цзычень так и не ответил на вопрос. Это выглядит подозрительным…

— А все-таки — куда ты идешь?

— Ты не задумывался о том, что не у одного тебя могут быть отношения?

— А… Что? Серьезно?

Вот это новости! На памяти Синчэня, его друг ни разу ни с кем не встречался. Ну, или очень хорошо скрывался, но от кого можно что-то скрыть в университетском общежитии? Может быть, такое удивление довольно оскорбительно, но сдержать его просто невозможно. Зато это объясняет, почему вчера Сун Лань пришел только под вечер после своих дополнительных занятий, да и вообще довольно часто куда-то уходил по вечерам в последнее время. Но Синчэнь, будучи полностью погруженным в свои мысли про одного преподавателя по информатике, питающего склонность к ношению искусственного меха, даже не обращал на это внимания! Ему становится невероятно стыдно за такое недобросовестное отношение к дружбе.

— Прости, просто это очень неожиданно. И кто же она? Или… Он? — неуверенно предполагает Синчэнь, за что зарабатывает хмурый взгляд.

— Она, — холодно отвечает Цзычень, недовольный, что его заподозрили в увлечении своим полом. — И, если честно, пока что это просто встречи, ничего серьезного.

— Я в любом случае за тебя очень рад! — И это совершенно искренние слова. — Я уверен — у вас все получится. Ты же… — Синчэнь на секунду задумывается, пытаясь подобрать нужное слово, лучше всего характеризующее его друга. — Шикарный!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Спасибо, — Цзычень скептически хмыкает на это.

И он вскоре уходит, оставляя своего соседа наедине с телефоном и внезапным осознанием того, что имя загадочной девушки осталось тайной. Ничего, он еще все-все расскажет, когда будет чем поделиться.