Свадьба — это только начало - Бетти Сандерс

— Ты знала, что у нас с Кэтрин были проблемы.

— Да, но проблемы бывают разные. И они не обязательно означают развод.

Грант тяжело вздохнул.

— Что именно тебе хотелось бы знать? — тихо спросил он. — То, что, несмотря на все мои усилия и старания, я так и не смог сделать свою жену счастливой?

Чувство стыда заставило Гранта отвести взгляд. Он был не в силах видеть разочарование, которое наверняка появилось в глазах Шарон.

Она положила руку ему на плечо.

— Я не знаю, что у вас случилось, Грант, но я точно знаю, что ты не отвечаешь за счастье других людей. Ты можешь способствовать этому счастью или наоборот, но, в конце концов, люди сами делают себя или счастливыми, или несчастными. Естественно, исключение составляют маленькие дети. Но Кэтрин была далеко не ребенком.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь.

— Тогда объясни мне.

Ее рука все еще лежала у него на плече. Он мог бы снять ее и уйти, но не сделал этого. Шарон имела право знать правду.

— Кэтрин ненавидела Аляску. И когда я отказался уехать отсюда, она возненавидела меня. — Грант говорил медленно, тяжело. — Она была уже готова развестись со мной, когда узнала, что больна. Она дала мне ясно понять, что только я виноват во всех ее несчастьях. Если бы не я, у нее была бы другая, счастливая жизнь. Она сказала, что я — причина ее страшной болезни.

У Шарон вырвался возглас ужаса.

— Я знал, что это не так, но иногда не мог не задумываться над причиной ее болезни. Заболела бы она, если бы была счастлива? Все, что я делал, было не так. Но Богу известно, как я старался. — Грант сжал руки в кулаки. — Наша любовь умерла задолго до смерти Кэтрин. Задолго.

Грант закрыл глаза. Зачем он все это сказал? От этого откровения он почувствовал себя слабым, беззащитным, не способным справиться с потоком переполнявших его эмоций.

— Кэтрин была не права, — тихо, дрожащим голосом сказала Шарон. — Может, она и не любила Аляску, но ведь она решила выйти за тебя замуж, уже зная, что ты намерен жить здесь. Это был ее выбор, Грант. Что касается жизни на Аляске… Она тоже сделала свой выбор. Если она так ненавидела ее… или тебя, она могла уехать. И я не могу поверить, чтобы кто-то… мог обвинить другого человека в том, что тот стал причиной болезни, природа которой до сих пор непонятна. Не могу поверить… — Голос Шарон прервался. Она перевела дыхание. — Мне очень жаль, что ваш брак оказался несчастливым, — продолжала она уже спокойнее. — Но твоей вины в этом нет. Это я знаю наверняка. В супружеской жизни участвуют двое. И никто не может СДЕЛАТЬ другого счастливым. Счастье — внутри каждого из нас, и только мы сами можем сделать себя счастливыми.

Грант придвинулся к Шарон и через силу улыбнулся.

— Слушай дальше.

Она кивнула.

— Хью и Дороти тоже винили меня во всем. Они не говорили об этом прямо, но я видел это в их взглядах, в их поступках. Они оттолкнули меня, когда я нуждался в их поддержке. Наверное, это было эгоистично с моей стороны и я требовал того, на что не имел права, но мне нужна была их помощь, черт возьми. Я всегда считал их своими родными, но они отвернулись от меня. Итак, прав я или не прав… — Грант глубоко вздохнул, — но, может, теперь ты поймешь, почему мне нелегко простить им то, что они делают сейчас. Почему я не встречаю их с распростертыми объятиями.

Шарон шагнула вперед и обхватила Гранта за плечи.

— Мне очень жаль. Хью и Дороти были не правы. Очень не правы.

О, эти слова! Они будто бальзам лечили израненную душу. Грант не сдержался и еще ближе привлек к себе Шарон.

Она приподнялась на цыпочки и губами коснулась его щеки. Грант слегка повернул голову, и их губы встретились. Это произошло так естественно! Шарон со всей страстью прильнула к Гранту. Их сладостный поцелуй как искра разжег огонь в его душе. Ему захотелось забыть обо всем на свете, о Хью и Дороти, о Кэсси, забыть об ужине… Он сгорал от желания положить Шарон на кровать, снять с нее одежду и…

Шарон застонала от удовольствия. И вдруг они оба поняли, что делают.

— Извини, — хрипло пробормотал Грант.

Она коснулась пальцами его губ. Ее карие глаза были широко раскрыты, а щеки полыхали. О, как Гранту хотелось вновь обнять ее и как он проклинал себя за это желание!

— Не извиняйся, — наконец прошептала Шарон. — Ты не виноват.

Она стояла, дрожа от волнения и все еще ощущая на губах его горячие, упругие губы. Сердце ее зашлось от жажды приблизиться к Гранту, обнять его и окунуться в бездну еще одного поцелуя.

Потому что она любила его.

Изумленная, Шарон стояла неподвижно. Нет, поцелуя явно недостаточно. Ей хотелось большего. Гораздо большего. Господи! Неужели она сошла с ума?

— Пожалуй, мне надо привести себя в порядок, — торопливо произнес Грант и пошел в ванную.

Шарон опустилась на кровать. Ей виделись блестящие глаза Гранта, его крепкие длинные ноги, широкие плечи. Нет, ей нельзя его любить! Это не входило в их договоренность. Да и он сам этого не захочет. Наверное, она действительно сошла с ума.

Но, вопреки сопротивлению Шарон, любовь наполняла ее сердце, и отрицать это было невозможно.

Она любила Гранта, как ни одного мужчину прежде. Это чувство, возникшее еще в детстве и спрятанное в самой глубине души из-за отсутствия надежды на ответную любовь, сейчас обрело такую силу, что пугало ее.

Как она могла не заметить этого в себе раньше? Шарон напрягла память. Но нет, она не могла припомнить ничего подобного тому, что произошло несколько минут назад. Хотя она никогда не скрывала, что любит Гранта как друга, не было ли это чувство чем-то большим изначально? Предложила бы она Гранту жениться на ней, будь это не так?

Вероятно, нет, призналась она себе. А Грант? Он наверняка ни о чем не подозревал. Иначе не согласился бы на ее предложение. Он никогда не ухаживал за ней, никогда не хотел ее любви. Похоже, и сейчас ничего не изменилось.

Что же она сотворила со своей жизнью? Шарон закрыла глаза, перевела дыхание и постаралась успокоиться. Она стала матерью для Кэсси и никогда не пожалеет об этом. Она помогла другу в трудную минуту. А как же любовь?

Если бы только она была способна родить ребенка… И что тогда? Она все равно вела бы себя точно так, как сейчас. То есть скрывала бы свою любовь. Нет, Грант никогда не узнает о ее истинных чувствах.

Грант опять задержался на работе до поздней ночи. Ужинали без него. Без него и укладывали спать Кэсси. Он очень сожалел об этом, но поделать ничего не мог. Было необходимо подготовить к утру презентацию компаний.

Дома его встретила тишина. Несмотря на страшную усталость, Грант не смог сразу лечь спать. Потирая шею, он снял туфли и в носках отправился на кухню. Он не стал включать свет и подошел к холодильнику.