Я приду с дождём - Ким Юн А

– Отец был неосторожен, но я другой.

– Кстати, как ваше самочувствие? Говорят, дракон, поддавшийся человеческим эмоциям, испытывает мучительную боль.

– Сколько можно повторять: у меня нет чувств!

– Не помню, как это было в моей прошлой жизни. Говорят, смертные и тогда превозносили любовь. Отправляли письма и даже совершали преступления…

– Давай сменим тему.

– Я выяснил, что пятого мая возле «Синего дракона» господин Ли Хён хотел подловить менбусина Ан Минджуна, чтобы тот вычеркнул его из реестра. Тогда Небеса потеряли бы информацию о будущем Хёна и не нашли его.

– Ты выяснил, что за существо напало на Хёна у закусочной?

– Нет. Была гроза. Старший инспектор в тот день вызвал лунное затмение, и нечисть выползла из всех щелей. Но духов-свидетелей не нашлось.

– И ты еще не вышел на след предсказателя Ан Минджуна?

– Слушайте, господин Ли. Его вся Небесная Канцелярия и Преисподняя разыскивают. Я уволился из полиции и хочу передохнуть, а вы гоняете меня туда-сюда. Да еще подселили ко мне эту истеричную Ино. Она уже дважды затапливала соседей.

– Ино скоро придет в себя и вспомнит прошлое. Как только Дон Юль ее опросит, ты свободен. А пока напомню, что ты должен мне, потому что я защитил тебя в суде по делу о смерти младшего инспектора Дже Хва.

– Как скажете!

– Есть информация о жемчужине?

– Да. Был я тут в гостях у пхунсина[10] Пак Хюнсу, и он сказал, что лет четырнадцать назад видел похожий случай в деревне Лисьи Норы. Смертный заполучил драконий жемчуг и злоупотребил его силой. Он стал драконом-демоном. Если Со Минна тоже…

– И снова Лисьи Норы. А что потом?

– А кто ж его знает?

– Выясни. И поскорее.

– Какие у вас планы на девчонку?

– Планы?

– Вы сейчас вторгаетесь в частную жизнь этой смертной. Еще немного, и люди начнут нас подозревать. Почитайте, что ли, книжонки по этикету общения на досуге.

В одну из ближайших городских вышек ударила молния. Смахнув стаю птиц, с крыши сорвался толстый провод и упал на припаркованные машины. Она за другой сработали сигнализации.

– А говорили, что у вас нет чувств, – поежился Ун Шин. – Даже мне, токкэби, стало не по себе.

– Я беспокоюсь о жемчужине моего брата.

Одновременно с этим, в квартире госпожи Пак Набом, Хёна одолел приступ икоты. Подобное случалось, когда братская связь была на грани разрыва. Он почитывал журнал в гостиной и практиковал на Минне телекинез. Она сидела к нему спиной, пролистывая темы, которые выдали для домашнего сочинения.

– Ты избегаешь общения со мной? – не вытерпел Хён.

– А тебе не приходило в голову, что некоторым многое в жизни дается с большим трудом? Я устала и… чешусь. Наверное, побочный эффект таблеток.

– Сходим в ресторанчик?

– Что за приступ щедрости?

– Нет-нет. Приступы случаются у тебя, а я голоден.

– Тэхён достаточно наготовил. В свете последних событий, папарацци душу продадут за твое фото в Ихва-доне.

– Я не перевариваю домашнюю стряпню и не могу постоянно сидеть взаперти.

– Так поезжай к брату. Там огромный коттедж и двор.

– Ты же знаешь, что я не могу.

– Да, но ты до сих пор не назвал настоящую причину.

– Позже я расскажу тебе правду. Пожалуйста.

– Все тихо, пока твоя машина спрятана под тентом, но как только ее заметят в городе…

– У меня три автомобиля. Этот еще не засветился в прессе. Я взял его в аренду на полгода, и фирма подписала договор о неразглашении информации. Есть безопасное местечко – «Гибискус». К тому же никому из персонала в голову не придет ляпнуть, что мы с тобой в отношениях.

– По-твоему, мне светят одни неудачники?

– Вовсе нет, ты милая. Просто они немного… другие.

– Другие?

– Да, не такие, как обычные люди. А я вообще небожитель. М-м… звезда. – Хён принес с кухни стакан, вложил его в руку Минны, и тот наполнился водой, а потом выскользнул и покатился по полу. – Подобное с тобой уже случалось?

– Ли Юнхо поинтереснее фокусы вытворял… с купюрами, – хмыкнула Минна, глядя на разливающуюся лужицу. – Все в мире поддается логике.

– Ты сейчас повторила слова Юнхо. А если отыщу твоего отца?

– Что? Про отца тебе Тэхён рассказал?

– Да. Если сделаю это, уделишь мне больше времени? Деньги и слава могут приносить пользу.

– Это благотворительный пиар-проект?

– Прими мою помощь. И выполни просьбу – побудь со мной, пока я не улажу свои проблемы.

– Ладно, поехали в этот «Гибискус». Видимо, тебе настолько скучно, что тянет на приключения.

Хён радостно помчался на чердак. Пока он копошился наверху, Минна ринулась разгребать недра шкафа, где хранилось ее голубое платье-колокольчик и туфли.

Скоро айдол вернулся в маске, темной толстовке с капюшоном и затертых джинсах с рваными прорезями.

– Как я выгляжу? – спросил он то ли Минну, то ли собственное отражение в зеркале.

– Как знаменитость в бегах. Мне тоже есть, чем тебя удивить! – сказала Минна, выглядывая из ванной комнаты.

– Воспаленными глазами? Я так ужасен?

– У меня аллергия на пыль.

Хён подошел к окну и завел автомобиль с приложения. Вскоре Минна вышла из ванной, ткнула его в спину и покружилась. Это была давняя мечта, потому что тот, кому предназначался танец на балу выпускников в средней школе, уехал без предупреждения, и платье похоронили в шкафу на долгие годы.

– Ничего себе. У нас свидание?

– Менеджер Хо всегда была при параде. Резкий переход из лучших условий в худшие провоцирует депрессию. И вряд ли у меня еще появится повод так разодеться.

– Предусмотрительно. – Хён жестом пригласил ее пройти на выход. – Прошу.

«Пусть он не Мистер Мозги года, – рассуждала Минна, спускаясь по лестнице, – но манеры у него определенно лучше, чем у Ли Юнхо». За углом, под навесом, урчал и сиял перламутром спортивный автомобиль томатного оттенка. Засмотревшись, Минна промахнулась мимо ступеньки и подвернула ногу. Хён, спускавшийся следом, молниеносно ухватил ее за талию.

– Аккуратно, Фанатка. Нельзя умирать – меня точно посадят.

– С-спасибо за заботу.

Блондин учтиво открыл дверцу, и Минна, подобрав подол, разместилась в салоне. Хён уселся за руль, украдкой наблюдая за девушкой в зеркало заднего вида. Его забавлял неподдельный интерес, с которым она изучала светящиеся кнопочки на панели.

– Знакомый аромат у освежителя, – принюхивалась Минна, пока они выезжали на трассу.

– Я забыл косметичку в доме дяди и позаимствовал твой лак для волос. Дешевка, слабо фиксирует. По возвращении закажу фирменный.

– Это дезодорант! Ты рылся в моих вещах?

– Любая другая сочла бы за честь.

– Я не любая другая.

– И не поспоришь. Сама ситуация об этом кричит.

Ли Кангиль увлеченно следил за сюжетом дорамы, расположившись в холле перед телевизором рядом с Ён Сихваном, который вязал носки по образцу из журнала «Модный дух», подпольно выпукаемого редакцией в переулке Крысиный Хвост.

– И почему Небеса запрещают духам печатать такие безобидные вещи? – поинтересовался шаман.

– Потому что «Модный дух» допускает изображения всех видов существ. А должны превозносить только Небесных созданий. Вот завтра легально напечатают, что возможны браки между драконами и смертными, а послезавтра консульство завалят заявлениями. Это противоречит традиционным ценностям.

– Как любопытно.

– Сейчас он соврет ей, что ничего не чувствует! – воскликнул дядя Кангиль, эмоционально переживая события на экране телевизора и дергая за нитку клубка.

– Хватит смотреть всякую чушь, – раздраженно сказал Юнхо. Он только что вышел из своего кабинета и запер дверь.

– Вам вредно так нервничать, господин Ли Кангиль. Это просто наивный фильм, – кивнул шаман, продевая спицу в петлю. – Кстати, заходил господин Ун Шин. Ино, которую мы оставили жить у него, сегодня вспомнила, что ее имя Сим Лиа, и в прошлой жизни она постоянно терпела неудачи в отношениях. Возможно, у русалки остались неоконченные дела в мире смертных.