Школа лукоморцев - Анастасия Дёмина

опаской. Иногда даже гадости делали. – Он закатил глаза и насупился. – Она меня этими рассказами подготовить хотела, а смысл? Меня по этому поводу никто не трогает, если кто и докапывается, то именно потому, что я не соловей-разбойник.

Встряхнувшись, Никита снова посмотрел на Костю:

– Просто знай, что мы на твоей стороне. Здесь тебя уж точно никто шантажировать не будет, а если кто и попробует… – Он заговорщически ухмыльнулся. – Жанна на них живого места не оставит.

Костя смущённо зарделся, но благодарно улыбнулся.

В коридоре послышался топот, и в класс сначала зашли девочки, а следом четвёрка богатырей. Игорь шёл последним, вальяжно ступая, как на прогулке, хотя уже звенел звонок. Они едва успели рассесться, когда вернулась Алина Николаевна и начала урок.

Последним уроком в пятницу была биология. Если кабинет русского и литературы выглядел довольно стандартно и в чём-то напоминал кабинет математики – там тоже из украшений были разные таблицы, только с правилами правописания и портретами известных писателей с их изречениями, – то кабинет биологии заставил Костю восхищённо присвистнуть.

По верху стен шла единая роспись, изображавшая этапы развития Земли: начиная первыми живыми организмами в древнем море, папоротниками и рыбами, продолжая динозаврами и заканчивая млекопитающими и человеком. Под ними стояли стеклянные шкафы с моделями разных частей человеческого тела, скелетов животных и образцами растений. А свободное пространство между шкафами занимали кадки и горшки со всевозможными домашними цветами. Широкую доску окаймляло какое-то вьющееся растение с крупными сочно-зелёными листьями, поддерживаемое специальными крючками. В кабинете было тепло и влажно, воздух пах мокрой землёй и чем-то пряно-сладким, щекочущим нос.

Вадим Евгеньевич показался из двери сбоку от доски – Костя успел заметить внутри белые шкафчики и какие-то мензурки, наверняка это была лаборантская, – и тепло поприветствовал рассаживающихся учеников.

– Здравствуйте, ребята! Знаю, знаю, – замахал он руками, понимающе кивая, – вы устали, это пятый урок, вы ждёте не дождётесь субботы, голова не может думать ни о чём, кроме сна и отдыха, но потерпите ещё немного. Финальный рывок этой недели! Соберите волю в кулак!

Вадим Евгеньевич рассказывал предмет очень интересно, сопровождая объяснения цветными слайдами на большом телевизоре над доской. Завершился урок пятнадцатиминутным фильмом о водорослях, для просмотра которого на окнах опустили тканевые жалюзи. Но для Кости это сыграло злую шутку: уже минут через пять в полумраке у него начали нещадно слипаться глаза – сказывались недосып и усталость.

Он едва дотерпел до конца урока. Когда Вадим Евгеньевич снова поднял жалюзи, Костя сощурил на окна слезящиеся глаза и потряс головой, прогоняя дрёму. Не успел он засунуть в рюкзак тетрадь с пеналом, как на его плечо легла рука, и, повернувшись, он встретился взглядом с карими глазами учителя.

– Задержись ненадолго, ладно? – сказал Вадим Евгеньевич, мягко улыбаясь. – Мне нужно с тобой поговорить, как твоему новому классному руководителю.

Костя кивнул и глянул на собирающего вещи Никиту. Тот замер и вопросительно посмотрел на него, но Жанна налетела на мальчика сбоку и принялась толкать в сторону выхода.

– Аккуратнее! – возмутился он, в последний момент подхватив с парты раскрытый пенал.

– Мы будем в столовой, – бросила Жанна Косте. Катя прошмыгнула мимо, опустив голову так низко, что волосы опять полностью скрыли её лицо.

Дождавшись, когда в кабинете не останется никого, кроме них двоих, Вадим Евгеньевич выдвинул стул Жанны в проход, развернул его к Косте и сел.

– Итак, – сцепив руки в замок перед собой, сказал учитель. – Ещё раз добро пожаловать в Тридевятый лицей, Костя.

Костя кивнул. Хоть у Вадима Евгеньевича и было открытое и добродушное лицо, Косте было неловко постоянно смотреть на него, поэтому он лишь изредка поглядывал на учителя, а в остальное время водил взглядом по классу.

– Я очень рад, что вы так быстро нашли общий язык с Никитой, – продолжил классный руководитель. – Я так понимаю, ты уже подружился с Жанной и Катей? – На кивок Кости он тоже довольно покивал. – Замечательно. А как вообще прошёл твой первый день в лицее?

– Хорошо, – медленно ответил Костя. В целом это действительно было так, и даже словесная стычка с Игорем не испортила ему настроения.

– Может, у тебя возникли какие-то вопросы? – Когда Костя после недолгой паузы помотал головой, Вадим Евгеньевич легонько пожал плечами. – Что ж, если возникнут, знай, что ты всегда можешь ко мне обратиться, да и вообще к любому учителю или сотруднику. Ну а пока… – Он поправил очки и неловко кашлянул. – Костя, ты не мог бы рассказать мне, что с тобой случилось? Я про то, как на тебя вышел Василий Анатольевич. Он нам объяснил, но я бы хотел узнать твою сторону истории.

Костя сцепил под партой руки. Но странно – он почти не волновался, хотя ему всё ещё было стыдно. Должно быть, потому что он не первый раз признавался в своей глупости, и прошлое признание закончилось хорошо – новые друзья его не осудили, а поддержали. И Никита обещал, что здесь, в лицее, для большинства, и в первую очередь для учителей, его проступок не будет чем-то из ряда вон выходящим.

Поэтому Костя честно поведал Вадиму Евгеньевичу всю историю: начиная Ромкой и телефоном Ангелины и заканчивая воровством в торговом центре по указке Антона. Учитель слушал преимущественно молча, ободряюще кивая, лишь пару раз задал уточняющие вопросы. Когда Костя договорил, он ещё несколько секунд задумчиво перебирал бусинки браслета на левом запястье. Приглядевшись, Костя, к своему изумлению, обнаружил, что на самом деле это были сушёные ягоды рябины. Ещё с браслета свисали два шарика из мутного стекла с кругляшками на донышках – один голубой и один чёрный, делающие их немного похожими на игрушечные глаза.

– Но те ребята из твоей школы – Рома, Антон, Ангелина с подругой… – наконец заговорил Вадим Евгеньевич. – Они не знают, что именно ты делал? Что ты применял особые способности лукоморца?

Костя помотал головой.

– Нет. Никто из них не видел, как я… – Он осёкся, не желая говорить «воровал», и закончил немного невпопад: – Они не знают.

– Это хорошо, – кивнул учитель. – Надеюсь, ты понимаешь, как для всех нас важно хранить эту тайну. Разумеется, она не абсолютна, среди не-лукоморцев хватает людей, которым про нас известно, но главное, что большинство населения не подозревает о нашем существовании. Пусть так и будет. – Он серьёзно посмотрел на Костю. – Я также надеюсь, что ты понимаешь и то, что мы в лицее не потерпим подобного поведения.

– Я не… Честное слово, я… – сгорая со стыда, залепетал Костя. – Я не буду, это было…

– Ошибкой, –