Первая любовь - Виктория Чанселлор

— Почему-то меня нисколько не удивляет твоя запасливость.

В течение последующего часа Джиллиан подавала доски, а Брэд крепил их к полу и шестам по четырем углам платформы, на которых должна была держаться крыша. С одной стороны находилось большое отверстие. Брэд объяснил ей, что он прикрепит там веревку для удобства и безопасности.

Этот скромный домик на дереве начинал все больше и больше смахивать на убежище Тарзана в последней киноверсии знаменитого романа. Вспомнив об этом, Джиллиан подумала, что Брэд очень похож на актера Брендона Фрейзера. Не хватало лишь длинных волос и идиотского выражения лица, столь характерного для главного героя. Но тело ее напарника было, пожалуй, ничуть не хуже…

Присев отдохнуть и сложив уставшие руки на колени, она смотрела на любовь своей юности. Интересно, реально ли уговорить его надеть шкуру леопарда вместо штанов? Мысль о том, как Брэд скачет по двору почти голый, дико крича и барабаня себя кулаками по груди, развеселила Джиллиан.

— Ты над чем это смеешься? — спросил он, с силой вгоняя гвоздь в доску по самую шляпку.

— Да так, — она закусила губу, чтобы не рассмеяться, — просто вспомнила смешную историю из фильма, который смотрела в прошлую пятницу.

— Расскажи-ка мне подробнее об этом, иначе я тебя поколочу, женщина.

— Ты лучше делом займись, Тарзан, а то мы и к вечеру не управимся.

— Удар ниже пояса, мисс Сноу. Нечестно играем.

— А ты отлыниваешь от работы, негодный мальчишка. Это тебе дорого обойдется, — поддразнила она его. Словно в старые добрые времена, когда они были детьми и все было так невинно и безобидно. Раньше Джиллиан обычно выигрывала во всех спорах. Интересно, сможет ли Брэд с такой же легкостью признать поражение сейчас? И вообще, что изменилось с тех пор, как они стали взрослыми?

— И как дорого мне это обойдется? — спросил Брэд, опустившись рядом с ней на одно колено и положив рядом молоток. Его лицо было абсолютно серьезно.

— Я еще не решила, но так просто тебе не отделаться, это однозначно.

— Ну хоть подскажи чуток.

— Ни за что, — покачала головой Джиллиан.

— Не хочешь говорить — заставим! Еще никто не уходил от Кровавого Джо. Разве ты не слышала, что индейцы — мастера пыток. — Он начал подкрадываться к ней, будто тигр к своей жертве.

— Вот уж дудки! — Девушка была настроена решительно.

Но Брэд оказался быстрее. Когда Джиллиан уже готова была спрыгнуть вниз, схватившись за веревку, он настиг ее, навалившись всем телом. Она развернулась так, чтобы оказаться лицом к лицу. Брэд начал щекотать ее, отчего Джиллиан заверещала, распугав всех птиц во всей округе.

— Соседи подумают, что я тебя убиваю, — сказал он смеясь.

— Может, они прибегут меня спасать. — Она старалась изо всех сил не расхохотаться.

— Никто не сможет спасти тебя из кровожадных лап… безумного маньяка с молотком.

— Безумного маньяка с молотком! — Джиллиан разразилась диким смехом. — И это лучшее, что ты смог придумать?

Быстрым движением Брэд схватил ее за руки, лишив тем самым возможности шевелиться.

— Я научу тебя, женщина, уважать мужчину. Я покажу тебе, как смеяться надо мной!

Она смеялась, не переставая, а он продолжал щекотать ее. Под его пальцами Джиллиан извивалась, как угорь, жалея, что не такая же скользкая. Брэд контролировал каждое ее движение. Он не стеснялся пользоваться преимуществом в силе, весе и росте.

— Сдавайся! — воскликнул он с дьявольской ухмылкой на губах.

— Сдаюсь, сдаюсь! — закричала девушка, когда его пальцы вновь нашли ее ребра.

Они оба тяжело дышали от смеха. Вдруг Брэд придвинулся плотнее и заглянул Джиллиан в глаза. Она, в свою очередь, посмотрела на него.

Если он опустится еще, то окажется прямо на ней, а если она чуть отклонит голову и разомкнет губы, то они смогут слиться в страстном поцелуе. Брэд словно прочел мысли девушки, он опустился на локти, прикоснувшись своим телом к ее груди. Его бедра были тесно прижаты к ее ногам. Интимность обстановки не вызывала сомнений. Джиллиан дрожала от возбуждения.

— Сдаешься? — прошептал Брэд, дразня ее губы близостью своих.

Вместо ответа она обняла его за могучую шею и прижала к себе, слившись в бесконечном поцелуе. Подавшись к нему всем телом, Джиллиан вдыхала смешанные запахи дорогого одеколона, пота и весны, не понимая, как могла вынести все эти годы без него.

Она была так увлечена происходящим, что заметила, как Брэд снимает с нее блузку, только когда мягкий шелк накрыл ее лицо. Его горячее тело прикоснулось к ее разгоряченной плоти. Джиллиан любовалась им.

В это же время Брэд нежно целовал ее живот. Пальцы девушки впились в его необъятную спину. Он сжал ее в объятиях. Переполненная страстью, Джиллиан застонала, в ответ услышав львиный рык своего любовника. Как долго она этого ждала! Как давно к ее телу никто не прикасался с лаской и страстью…

— Ты так прекрасна, — прошептал он.

Джиллиан открыла глаза и посмотрела на мужественное лицо, на его озаренную заходящим солнцем фигуру. В глазах Брэда она прочла бесконечную нежность и глубину чувства, сравнимого только с… любовью? «Любовь» — они никогда не произносили этого слова, считая его излишним в их отношениях, неким пафосом, насмешкой над молодостью. Но что, если его чувства так окрепли за эти годы, что он действительно любит ее?

Брэд погладил Джиллиан по голове. Затем склонился и начал целовать ее. Сначала волосы, затем лицо, шею, впадины у ключиц, плечи… Джиллиан трясло от возбуждения. Она уже готова была на все…

— Джиллиан, ты уверена, что хочешь этого? Здесь и сейчас. Ты уверена, что готова?

Глава 8

Джиллиан словно выплыла из небытия, уставившись на Брэда ничего не понимающими глазами. Она попыталась прийти в себя и осознать, что она, что они только что собирались сделать. Впрочем, разве так уж важно где? Да будь это хоть центральная площадь Скотсвилла с ее чудными клумбами, полными благоухающих нарциссов… Кому какое дело? Уж ей-то точно все равно.

— Джиллиан, — прошептал Брэд, — я безумно хочу тебя, я хочу заняться с тобой любовью прямо здесь и сейчас, да где угодно. Но я должен быть уверен, что ты тоже хочешь меня и делаешь это, находясь в здравом рассудке, а не только в порыве страсти.

— А что плохого в порыве страсти? — спросила она, уткнувшись в широкую грудь, вдыхая дурманящий аромат его одеколона.

— Сожаления, — ответил ей Брэд, — поднимая ее голову за подбородок, чтобы видеть глаза, — между нами никогда больше не должно быть сожалений.

Джиллиан закрыла глаза, поняв, как сильно он прав, даже если тело ее кричит от страсти. Она, конечно, могла заставить Брэда продолжать, успокоив, что никаких сожалений не будет, но другая часть ее сознания, трезвая и рациональная, понимала, что он прав, нужно остановиться сейчас, чтобы не было плохо потом.