Велетская слава - Андрей Каминский

так и сами на вече кликнут, а раз сейчас не зовут, пусть сами со своими гостями и разбираются.

- Король Карл не хочет воевать с Щетиным!

Грузный франк с уже начавшей седеть черной бородой, наклонился вперед, глядя в лица сидевших перед ним дородных мужчин в меховых мантиях и остроконечных шапках с меховой опушкой. На пальцах их переливались искрами перстни с драгоценными камнями, с шей свисали золотые цепи, на которых виднелись миниатюрные фигурки – копии причудливых идолов, которым поклонялись в здешних капищах. В длинных усах старейшин мерцали янтарные бусины и мелкие самоцветы. На их фоне герцог Эбурис, легат короля Карла выглядел довольно скромно в своем воинском облачении и медным крестом на тонкой цепочке. И все же собравшиеся в просторной горнице старейшины города Щетина, также как и схожий с ними облачением, Звонимир, посланник князя ободритов Вышана, внимательно слушали франка.

- Король не посягает на ваши вольности и ваши богатства, - продолжал Эбуриз, - все, что он хочет – чтобы никто из поморян не поддерживал тех саксов, что еще бунтуют против своего законного короля, а также не трогал его друзей и союзников – таких как славный князь Вышан.

- Щетин - вольный город, - покачал головой Витослав, могучий мужчина с русой бородой и голубыми глазами, известный своим богатством и родовитостью,- но основали его укры, а они издревле в союзе с велетами, а не с ободритами.

-Времена меняются, Витослав, - хмыкнул Эбурис, - были времена, когда и саксы, жили бок о бок с фризами и велетами, имея общие города и общих князей – а сейчас саксы и фризы подвластны королю франков. Если бы ты видел, сколь обширные земли подвластны моему государю, сколь много народов ему повинуется – ты и сам бы понял, что лучше быть хорошим другом королю Карлу, чем князю Драговиту.

-Ты призываешь нас к предательству? - произнес еще один старейшина, - худощавый мужчина в красном плаще и шапке из лисьего меха. На узком лице недоверчиво поблескивали серые глаза, тонкие пальцы нетерпеливо постукивали по резному столу.

-Я призываю к благоразумию, почтенный Вартислав, - покачал головой Эбурис, - разве купцу нужна война? И разве мало товаров в землях франков? Если будет мир в Саксонии и на землях ободритов – кому будет от этого плохо? И Драговит может жить в покое и достатке, вместо того, чтобы мутить воду в землях саксов и фризов, заключать союзы с данами и Бог знает кем еще. Ваш город богат и славен, в вашей власти закрыть сундуки, из которых князь велетов пригоршнями черпает золото, дабы потешить свою гордыню. Остановите его – и мой король не останется в долгу.

-А что еще хочет твой король? Не он ли разрушает святилища отеческих богов в землях саксов, не он ли заставляет креститься всех в своих землях и убивает тех, кто противится власти Распятого. Не этого ли он хочет и от укров?

Сказавший это был высоким человеком со строгим лицом, обрамленным крашеной в черное бородой. Такие же крашеные волосы ниспадали на черный же плащ наброшенной поверх темно-синей сорочки, расшитой по рукавам серебристыми изображениями неких тварей, похожих на ящериц. Серебряным был и трехглавый кумирчик, свисавший с шеи Всеведа – жреца Триглава, верховного бога Щетина.

-Мой господин радуется любому человеку или целому племени, что всем сердцем обратится к Христу, - сказал Эбурис, - но он не собирается силой заставлять вас принять Святое Крещение. Саксы – исконные подданные франков, поднявшие бунт против законного государя, - а разве годится, чтобы в одной державе люди поклонялись разным богам? В землях франков такое не принято – но Щетин, также как Рерик ободритов или велетская Ретра – вольные города, не слуги, но союзники короля Карла. Он суров к мятежникам, но милостив к друзьям и не станет вас принуждать менять веру. И наши купцы, прибыв в ваш город, будут оставлять со своих доходов десятину в храме Триглава.

Франк в упор посмотрел на верховного жреца и тот медленно кивнул в ответ.

- Нужно гадание, - сказал он, - завтра же бог даст ответ.

Эбурис пожал плечами и откинулся на спинку стула.

-Пусть так, - сказал он, - значит завтра все и решится.

Он прикрыл глаза, пряча торжество. Незадолго до этого он тайно, через ободритов, передал в храм Триглава множество золотых и серебряных предметов – ровно десятая часть из всего награбленного в святилищах саксов и фризов. Говорят, что здешний божок жаден до богатства – как и подобает дьяволу! Герцог не сомневался, что Триглав, а точнее его жрецы, дадут именно тот ответ, что ждет король франков.