Новые приключения Звездного рыцаря - Наталия Карамышева

Действительно, среди ветвей трепетали слабые огоньки. Но люди не показывались — очевидно, их страшили неизвестные, приплывшие на невиданном судне.

— Я поговорю с ними. Они должны помнить меня, — Риорза, не таясь, вышел на середину каменистого пляжа, поднял руки ладонями вперед и что-то крикнул. Из кустов ответили; Риорза разразился длинной фразой, поочередно указывая на море, катамаран, себя и рыцарей. За кустами послышались сразу несколько споривших голосов, потом зашелестела листва и редкая цепочка островитян вышла на берег.

— Не берите оружия, — не оборачиваясь, сказал кормчий спутникам. — Идите сюда, только спешить не следует.

Роман оглянулся на эльмита, и тот примиряюще развел руками:

— Здесь он командует, брат мой.

Рыцари опустили мечи на палубу и двинулись к спутнику. Навстречу им вышел высокий, очень смуглый мужчина. Ростом он был под стать Роману; длинные черные волосы его спадали на плечи из-под замысловатого головного убора из цветов и нитей бус. С плеч до колен свисала ткань, таинственно переливающаяся в сумеречном свете подобно павлиньему хвосту; присмотревшись, Роман сообразил, что это действительно птичьи перья. Так же были одеты и остальные островитяне.

Смуглый мужчина вплотную приблизился к Риорзе и обнял его за плечи; кормчий ответил тем же. Разговор их, состоявший из обмена короткими репликами, был непонятен рыцарям, поэтому Риорза наконец обернулся и сообщил:

— Это вождь острова, Тагари Иасара, что значит: «Пощадивший Врага». В деревне сегодня праздник: пять девушек выбирают мужей. Нам разрешают присутствовать. Советую принарядиться, рыцари. Ваши ожерелья из когтей и зубов придутся как нельзя более кстати. Можете взять ножи — они понадобятся на пиру.

— А прихорашиваться-то зачем? — ворчал Роман для порядка. — Что, если мы понравимся барышням больше их кавалеров? Жениться заставят?

Глава 18

С корабля на бал

«На острове Мартинике,

где веники растут…»

Идя рядом с островитянами, Роман не переставал удивляться мастерству, с которым была изготовлена их одежда, а еще больше его занимали светильники. Они представляли собой витые раковины, в которых лежали толстые рыбки. Изо рта каждой торчал фитиль; на конце его плясал язычок огня. Не имея возможности поговорить, Роман тронул шедшего рядом за плечо и, показав на фитилек, изобразил на лице вопрос. Тот понял, нагнулся и сорвал какое-то ползучее растение. Стебель его покрывали пушистые белые ворсинки. Оторвав часть стебля, островитянин сунул его в пламя, и огонь, получивший новую пищу, разгорелся с удвоенной силой.

— Интересно, а рыбка зачем? — пробормотал землянин.

— Она очень жирная, — ответил услышавший вопрос Риорза, — с ней фитиль горит дольше. Сиддинги когда-то тоже пользовались такими светильниками, пока не научились делать масляные.

— А почему тут девушки выбирают будущих мужей, а не наоборот? — полюбопытствовал Тано. — У эльмитов это делают мужчины, хотя и заручаются предварительно согласием будущей жены.

— Так повелось на островах. Мужчины уходят в море и не всегда возвращаются. Чтобы продолжить род, женщины выходят замуж за самых сильных и умелых, которые справятся и с бурей, и с морскими хищниками. Впрочем, — Риорза усмехнулся, — и здесь, конечно, жених с невестой договариваются заранее, но внешне обычаи соблюдаются неукоснительно. А вот наконец и поселок!

Рыцари замедлили шаг, любуясь открывшимся видом.

Остров имел форму кольца, и деревня располагалась по внутреннему его краю, у лагуны. Посреди водной глади темнел островок. Разглядеть его получше не удалось — уже стемнело. Лагуна казалась морем разноцветных огней. Присмотревшись, рыцари поняли, что на волнах колыхались сотни маленьких лодочек из скорлупы крупных орехов. В каждой весело дрожал огонек. Видимо, в лодочках была и краска — в воде отражались зеленые, оранжевые, синие и даже розовые огни.

На берегу лагуны горели огромные костры. Домики островитян утопали в цветах — сначала рыцари решили, что их так украсили в честь торжества, но потом стало ясно, что стены и крыши увиты живыми цветущими лианами.

Неожиданных гостей привели на площадь, где полыхал самый большой костер. На помосте, тоже сплошь покрытом цветами, сидели героини праздника — пять смуглых девушек. Одежды их были намного скромнее, чем у подруг: простые белые накидки, ожерелья из раковин и по одному браслету на запястьи. Всем своим видом девушки давали понять, что в отличие от сородичей они сегодня заняты серьезным делом.

Гостей радушно проводили к циновкам, на которых уже восседали несколько человек. Риорза, стараясь перекричать грохот деревянных трещоток и свист тростниковых дудочек, объяснил, что в центре сидит главный колдун острова, Зан-га-ар, а вокруг расположились два младших колдуна — его помощники и ученики, Старшая Мать острова — жена вождя Тагари, мастер-лодочник со своей средней дочерью, которая ткет лучшие паруса, и молодой кузнец, недавно прибывший на остров — его пришлось очень долго упрашивать, поскольку в деревне никогда не было своего кузнеца. В прошлом году его выбрала одна из дочерей вождя, и теперь кузнец, конечно же, останется здесь.

— Откуда ты все это знаешь? — поразился Роман.

— Сюда часто заходят наши корабли; мы все друг друга знаем, и новости разлетаются быстро.

Выбор мужей оказался несложным и веселым ритуалом. Мужчины стреляли из луков в цель, метали копья, боролись, танцевали, приносили шкуры зверей и плавники больших рыб, пойманных ими, и раскладывали добычу перед помостом невест. А те сидели невозмутимые и серьезные, изредка что-то шепча друг другу, словно обсуждая достоинства того или иного жениха. И только почти перед рассветом, когда все от мала до велика плясали вокруг огня, от общей сумятицы отделились пять пар: девушки сделали выбор. Рука об руку молодожены встали перед Старшей Матерью, вождем и колдуном Зан-га-аром. Разом стихла музыка; на площади, гудевшей от топота десятков ног, стало так тихо, что слышался треск горящих поленьев. Колдун, вождь и его жена бросили что-то в костер; взметнувшийся вихрь голубых и алых искр осыпал счастливые пары.

— Духи острова благословили вас! — провозгласил Зан-га-ар. — Идите в свои новые дома, люди. Да не погаснет огонь в ваших очагах, да будут лодки у мужчин крепкими, а дети в доме — здоровыми. Идите, люди!

С песнями жители провожали молодоженов в хижины, построенные на окраине поселка. Девушки бережно несли факелы, зажженные от большого костра, чтобы растопить очаги благословленным огнем.