Новые приключения Звездного рыцаря - Наталия Карамышева

— Немного похоже на граненую башню, — неуверенно заметил Роман.

— Да, только не видно, где она кончается. Солнечные лучи так беспорядочно отражаются от стен, что невозможно разглядеть детали. И пятна тени мешают. Но все же можно догадаться, что башня не выше деревьев, иначе мы увидели бы ее издали.

— Много мы смотрели наверх, — буркнул Роман скептически. — Лично я высматривал будущее жаркое, а оно бегает внизу.

— Я смотрел, — лаконично сообщил Тано. — И не видел ничего необычного, разве что небольшое марево. Подойдем поближе?

— Конечно.

Когда рыцари подошли так близко, что смогли потрогать стену, загадка сияния разъяснилась. Прищурив глаза, можно было рассмотреть, что башню покрывал слой отполированных полупрозрачных кристаллов. Здесь были и вишневые, и изумрудные тона, но преобладала все же золотистая гамма — от соломенного до темно-оранжевого, у земли переходящая в коричневый. Представьте себе ребенка-великана, который сделал куличик из глины, а потом зачерпнул из маминого ларца горсть драгоценностей и щедро облепил свое изделие. Солнце отражалось от каждой грани, и глаза буквально слепило от тысяч бликов.

— Интересно, а как хозяева попадали внутрь? — спросил Роман.

— Обойдем вокруг и поищем вход. Но ведь может оказаться и так, что дверей вообще не существует, — заметил Тано.

— Это почему?

— Он мог быть вообще не нужен — допустим, это не башня, а что-то вроде памятного знака или символа, и люди приходили не в него, а к нему.

— Дельная мысль. Скажем, раз башня стоит над рекой — значит, она олицетворяет реку, или воду, а то и духа течения. Э-э, нет, братец — смотри, вход все же имеется!

К этому времени друзья обогнули половину башни и добрались до того места, где вода уходила под свод. С обоих берегов по стенам были проложены аккуратные узкие лесенки — только-только пройти одному человеку, — и у самого верха башни они соединялись, образуя балкончик. За его искрящимся парапетом виднелся вход — тоже неправильной формы, словно от сверкающего слоя отковырнули несколько кристаллов — чтобы протиснуться внутрь.

— Заглянем, брат мой?

— Я готов лопнуть от любопытства, а ты спрашиваешь! Конечно, заглянем.

— Только иди как можно осторожнее, ступени могут оказаться скользкими.

— Подумаешь, сделаю громкий «плюх»! Вода теплая.

Рыцари начали подъем. На первых ступеньках они осторожничали, боясь поскользнуться, но вскоре осмелели: здесь полировка была не столь тщательной, и ноги ступали уверенно. Вскоре они уже добрались до балкончика и по очереди проскользнули в башню.

Коридор, ведущий куда-то вниз, оказался спиральным, и пол его сплошь состоял из невысоких ступенек. Боковых ответвлений и дверей не было, и рыцари смело спускались вглубь, не опасаясь запутаться. Фонари здесь не понадобились бы: очевидно, стены были сплошь сложены из кристаллов, и солнце проникало в их толщу, давая достаточно света. Из-за этого все вокруг казалось чуточку призрачным и, если уж откровенно, сказочно-нереальным. То ли под водой идешь, то ли в волшебном тумане…

Коридор окончился совсем уже странно. Снова был балкончик, на этот раз — над шарообразной комнаткой, спуска в нее не наблюдалось, да и не нужен он был, ибо пола, как такового, в комнате не имелось. Вместо него над плещущей водой перекрещивались толстые деревянные балки. Над получившейся решеткой парила искусно сделанная голова — ажурная кристаллическая сетка, поддерживавшая ее над рекой, была почти незаметна. Камень, пошедший на ее изготовление, выбирали цвета загара, поэтому лицо казалось живым. Только огромные глаза из отшлифованных серых кристаллов выглядели слепыми.

— Смотри, брат мой, в этом месте к парапету часто прикасались руки, — и Тано потрогал камень, действительно истертый человеческими пальцами за многие десятилетия.

Казавшаяся монолитной ограда внезапно легко сдвинулась с места и открылась подобно дверце. За ней обнаружилась скрытая до того небольшая площадка с двумя овальными углублениями размером в подошву взрослого человека. Придерживаясь за парапет, Тано поставил ступни ног в эти овалы; под его весом площадка плавно пошла вниз, и Роман бросился на помощь — но, опустившись примерно на локоть, камень снова замер. Зато ожило лицо огромной головы: глаза его засияли, как два мощных зеленых прожектора.

— Сейчас спросит, что нам здесь надо, — шепнул Роман.

Но голова безмолвствовала: какое-то время молчанье хранили и оба непрошенных посетителя.

— А что будет, если ты сойдешь с этой трибуны? — поинтересовался наконец Роман.

Осторожно, готовый в любой момент прыгнуть, Тано поднялся на балкончик. Площадка медленно встала на место; глаза на лице потускнели и погасли. Заинтригованный Роман несколько раз вставал на место эльмита и наблюдал, как серые кристаллы то загораются, то снова обращаются в безжизненный камень.

— Кажется, я догадываюсь, как и для чего это сделано, — сказал наконец Роман. — Под весом посетителя камень двигается и то ли поворачивает систему зеркал, то ли открывает прямой путь солнечным лучам. Те, в свою очередь, освещают эти глаза и голова как бы обращает внимание на человека. Видимо, сюда приходили просить духа о чем-нибудь, или задавать ему вопросы. Ручаюсь, если хорошенько поискать — найдется потайное местечко, в котором прятался служитель, разговаривавший вместо головы.

— Очень похоже на правду, брат мой, — кивнул Тано. — Когда я путешествовал по стране дарр-эль-зангов, лесных людей, я видел очень древний храм с пустотелой огромной статуей. В нее входил жрец-предсказатель и отвечал на вопросы доверчивых людей. Считалось, что в такие моменты устами жреца вещают духи храма, но, мне кажется, предсказания делались в чьих-либо интересах… Может быть, к выгоде правителя, может — и самих храмовых жрецов.

— «Служители культа всегда охмуряли трудящихся», — весело процитировал Роман и сам же засмеялся шутке. — Ну, экскурсия окончена? Давай, братец, возвращаться, а то сианги, не дождавшись нас, разбегутся в разные стороны.

Тот же ступенчатый коридор вывел их наверх. Один-единственный раз друзья остановились перед двумя металлическими зеркалами в человеческий рост, поставленными под углом друг к другу. (Когда рыцари шли здесь впервые, то попросту не обратили на них внимания.) Зеркала были как зеркала, за одним исключением: Роман и Тано стояли перед ними вдвоем, но каждый из них видел отражение только своего друга, но не себя. Роман знал такие штучки: все дело было в положении фокуса двух зеркал.

— Такими выдумками, — пояснил он удивленному эльмиту, — можно напугать легковерного человека: например, сказать, что духи украли его отражение, и чтобы вернуть его, нужно что-нибудь пожертвовать в храм; или соврать, что его заколдовал могучий чародей, и снять злые чары можно, опять-таки заплатив.