Команда осталась на судне - Г Кубанский

Звонко щелкнул выстрел. Ракета прочертила в воздухе дымную полосу и повисла над поселком.

Прошла минута, вторая.

Самохин нетерпеливо прошелся около управления. Достал вторую ракету. Неторопливо загнал ее в ствол пистолета, но выстрелить не успел. Над склоном Кекура, совсем, казалось, недалеко от поселка, взвился ответный белый огонек. Он коротко завис вверху, разгорелся и с нарастающей скоростью устремился вниз.

Крестовников вернулся в начале девятого. Пока его продрогшие помощники сгружали с прицепа заснеженную горную лодочку, он устало сидел на крыльце.

- Пройдемте ко мне, - пригласил Самохин. - Имущество приберут. Все будет в сохранности.

Он ни о чем не спросил промерзших до костей разведчиков. Прежде всего надо было обогреть их, накормить.

На столе появилась бутылка коньяка. Люся внесла сковородку со шкворчащей - только с плиты - колбасой.

- Садитесь, садитесь, - торопил Самохин неловко замявшихся парней. Ждать никого не будем.

И стал разливать коньяк.

- Не откажусь. - Шихов поднял рюмку, полюбовался на свет золотистым напитком. - Хорош!

- А ты что смотришь? - обратился Самохин к притихшей в непривычной обстановке Клаве Бурковой. - После такого похода рюмка коньяку не помешает.

Разведчики ели молча, даже сосредоточенно, наслаждаясь отдыхом, теплом. Никогда еще горячая колбаса не казалась такой вкусной. Не успели покончить с нею, как подоспела яичница. Снова поплыла над столом бутылка. Ничто в эти счастливые минуты не напоминало об опасности.

Первым заговорил Крестовников:

- Вам, понятно, хочется знать, с чем мы вернулись оттуда. - Он кивнул в сторону Кекура. - Я не могу точно определить, когда сойдет лавина. Но в том, что она сойдет, нет никаких сомнений. Она может обрушиться ночью или протянет еще неделю-две. Хуже другое! Чем позднее она сойдет, тем сильнее будет ее удар.

- Утренний прогноз обещает прекращение осадков, - вставил Самохин.

- Это ничего не изменит, - ответил Крестовников. - Слишком много снегу навалило на горе. В особенности на восточной части склона. Под воздействием солнца и ветра на снежной поверхности со временем образуется толстая корка, или, как принято говорить у нас, гляциологов, "снежные доски". К весне, когда корку пригреет солнце, она может достигнуть метровой толщины и больше. Лавина обрушится, как масса рассыпного кирпича, несущегося со скоростью пятьдесят - шестьдесят километров в час. Представьте себе ударную мощь такого тарана!

Самохин не разбирался в тонкостях лавиноведения. Но как инженер он живо представил себе несущуюся по склону со стремительно нарастающей скоростью массу огромных кирпичей из слежавшегося крепкого снега.

Непрочный покой в доме сразу развеялся.

- Что вы предлагаете? - спросил Самохин.

- Прежде чем предлагать, придется сделать кое-какие расчеты, - ответил Крестовников.

- Все же? - настаивал Самохин. - Не эвакуировать же предприятие?

- Что вы! - воскликнул Крестовников. - Надо сделать все возможное, чтобы не допустить этого.

Горячность, с какой ответил Крестовников, несколько успокоила Самохина. Он достал из шкафа карту и, сдвинув посуду, разостлал ее на столе.

Все поднялись с мест, стеснились у карты.

С севера на юг карту разделяла темная гряда Кекура. Выделялась над нею скала со странным названием Петушиный Гребень и отметкой 1682 метра. Внизу, в лощине, голубой тесьмой вилась Тулва и уходила в продолговатое озерко запруду гидроэлектростанции. От озерка отделялись уже две тесемки. Слева тоненькая - отводный канал, по которому в весенний паводок спускали лишнюю воду, не проходившую через рабочую часть плотины. Тулва вырывалась из-под плотины и круто сворачивала на запад. Впрочем, все, что было за поворотом реки и на западном склоне Кекура, никого в кабинете сейчас не интересовало.

- Обратите внимание на это место. - Крестовников взял карандаш и, пользуясь им, как указкой, обвел продолговатый круг под Петушиным Гребнем. - Здесь метелевый снег образовал длинную складку толщиной до трех метров. Несколько выше навис снежный мешок, представляющий наибольшую угрозу. Основа его - крупнозернистый сухой снег - лежит на голом камне и практически не имеет сцепления. Достаточно незначительного увеличения тяжести снежного мешка или легкого толчка - и он скользнет вниз, приведет в движение снежный покров на склоне. Лавина сойдет широким фронтом. Крестовников помолчал и добавил: - Значительно более широким, чем я предполагал.

- А точнее? - спросил Шихов.

- Для точного определения возможного фронта лавины следовало сделать не десяток замеров и проб снежного горизонта, а много больше. Я исследовал лишь вероятную точку отрыва лавины.

- Времени нет заниматься исследованиями, - поддержал его Самохин.

- Широкий фронт лавины заденет не только защищенную валом шахту, продолжал Крестовников, - возможно, достанет и до поселка.

- Снег защитного вала перед поселком не прошибет.

- Лавина - не только снег, - возразил Крестовников.- Десятки тысяч тонн снега сметают со склона все: деревья, валуны. Камень весом в тонну и больше несется с горы с бешеной скоростью. Представьте себе его ударную силу. Он если и не пробьет вала, то может перескочить через него и разрушить стоящие за ним здания.

- Все же я попрошу вас поделиться со мной своими практическими соображениями, - сказал Самохин. - Что делать дальше?

- План мой очень прост. - Крестовников придвинул к себе карту. - Я предлагаю: не дожидаясь схода лавины, обрушить ее взрывом.

- На шахту? - спросил Самохин.

- Рано или поздно удара в этом направлении не избежать, - ответил Крестовников. - Только сила его со временем нарастет, станет куда больше.

- Много ли надо взрывчатки? - спросил Самохин.

- Под Петушиным Гребнем снег еле держится, - ответил Крестовников. Достаточно одной-двух толовых шашек. Я умышленно не останавливаюсь на деталях. Это займет много времени.

- Не надо. - Самохин задумался: "Одна-две толовые шашки... Снег действительно еле держится на склоне". - Какая вам нужна помощь?

- Прежде всего надо сделать необходимые расчеты, - ответил Крестовников. - Времени мало, а расчеты довольно трудоемки.

- Кого вам дать в помощь? Хорошего инженера? Горняка?

- Было бы лучше, если б мне помог человек, имеющий представление о гляциологии. - Крестовников обернулся к молчаливо сидящей в стороне Люсе: Вы поможете?

Люся недоумевающе посмотрела на него:

- В таких условиях можно не спрашивать.

Она разбудила Крестовникова в полночь. Борясь с дремотой, он включил полный свет, выпил стакан крепкого чая и сказал:

- За дело.

Самохин в кабинете не появлялся. Решение Крестовникова подорвать лавину значительно облегчало положение. Теперь незачем было распылять силы. Сооружаемый с огромным напряжением защитный вал перед обогатительной фабрикой стал не нужен. Рабочих перебросили на восток, к месту ожидаемого схода лавины.

На пустынной каменистой площадке, между шахтой и склоном Кекура, было людно, шумно. Ярко освещенные прожекторами тракторные краны наращивали защитный вал. Строительный материал находился рядом - груды отвальной породы. Мощные тягачи, переваливаясь на буграх и скрежеща гусеницами о камни, подтаскивали к кранам тяжелые валуны, рельсы. В стороне жарко пылали огромные костры, выбрасывая в низкие рыжие облака клубы дыма. Ветер бросался на упругое пламя, прижимал его к земле и, срывая крупные искры, уносил их в сумрак. Временами костер выплескивал огненные языки вверх, и тогда яркий свет вырывал из темноты розовые тракторы, розовые валуны в моховых шубках, розовые силуэты рабочих.

Незадолго до рассвета Крестовников закончил работу и подтвердил свое решение обрушить лавину. Знакомясь с рельефом горы, он обратил внимание на прорезавшую склон неширокую вмятину - гигантский "шрам", память ледниковой эпохи. Начиналась впадина от надломившей хребет седловины. Спускаясь к лощине, она постепенно расширялась и между шахтой и поселком почти сливалась со склоном. Стоило подорвать наверху снег, и лавина устремится по склону, приведет в движение покрывающие его сугробы. Вмятина не даст ей распространиться на запад, в направлении поселка.

Большого ущерба хорошо защищенной шахте удар лавины не нанесет. Пострадают лишь строения подсобного хозяйства: скотный двор, свинарник, конюшня да теплицы. Наверняка сметет лавина столбы - электрические и телефонные.

Разговор Самохина с Крестовниковым был короток. Правота ученого была очевидна. Самохин утвердил его план и приказал немедленно вывезти из обреченных строений все ценное. В ремонтно-механической мастерской спешно готовили светильники. Их должны были установить на высоких шестах, когда погаснет электричество.

Освещение особенно беспокоило Самохина. На улице он разыскал прораба, намечавшего места для светильников.

- Установите-ка один, - сказал Самохин. - На пробу.