Толкование на книги Нового Завета - Феофилакт Болгарский

Другие, слушая (апостолов), смущались, а они (архиерей и бывшие с ним) распыхахуся и совещаша убити их. Что же касается Гамалиила, так это был ученик Павла; и достойно удивления, как он, будучи законоучителем и человеком по уму рассудительным, не уверовал еще до сих пор. Это потому, что и Павел еще не уверовал. Внимайте себе о человецех сих, что хощете сотворити. Обрати внимание на мудрую приспособительность речи, — на то, как он (Гамалиил) тотчас поверг их в страх, и чтобы не подать подозрения, что он разделяет их (апостолов) мысли, беседует с ними (с иудеями) как с людьми одних убеждений и не особенно резко выражается, а говорит следующими словами: внимайте себе, что хощете сотворити. Пред сими бо денми... Приводит два примера и упоминает не о древних, но о последних событиях; потому что эти последние сильнее в деле убеждения. Поэтому, указывая на них, и Гамалиил говорил: пред сими денми. Зная и другие примеры, он удовольствовался этими двумя (т. е. примером Февды и Иуды галилеянина, ст. 37); потому что при двою свидетелех станет всяк глагол. Не сказал, кем были убиты; но говорит, что все разошлись. О Февде упоминает и Иосиф в девятнадцатой книге древностей, как говорит Евсевий в четвертой книге церковной истории; вот слова последнего: «во время наместничества в Иудее, Фада, один лжеучитель, по имени Февда, убеждал народ взять стяжания и следовать за ним к реке Иордану; говорил, что он— пророк, и утверждал, что рассечет реку и сделает ее удобопроходимою, и многих обольстил. Впрочем Фад не допустил, чтобы они осуществили свою неразумную мысль, но послал отряд конницы, который многих из них избил и многих взял живыми; а самому Февде отрубают голову и приносят в Иерусалим».

37. Посем воста Иуда галилеанин, во дни написания, и отвлече люди довольны в след себе: и той погибе, и вси, елицы послушаша его, разсыпашася. 38. И ныне глаголю вам: отступите от человек сих, и оставите их: яко аще будет от человек совет сей или дело сие, разорится: 39. Аще ли же от Бога есть, не можете разорити то, да не како и богоборцы обрящетеся. 40. Послушаша же его и призвавше апостолы, бивше запретиша им не глаголати о имени Иисусове, и отпустиша их. 41. Они же убо идяху радующеся от лица собора, яко за имя Господа Иисуса сподобишася безчестие прияти: 42. По вся же дни в церкви и в домех не престаяху учаще и благовествующе Иисуса Христа.

Во времена Пилата случилось, кажется, восстание галилеян, увлекшихся учением Иуды галилеянина. Учение же Иуды состояло в следующем: он говорил, что господином [35] не следует называть никого, ни ради чести, ни за любомудрие, — что не следует называть так даже царя. И многие из последователей его подверглись жестоким наказаниям за то, что не называли господином Кесаря, и за их учение, что не следует возносить Богу никаких других жертв, кроме установленных в законе Моисеевом. Следуя этому учению, они запрещали приносить жертвы о спасении царя и римского народа. Пилат, естественно, вознегодовал за это на галилеян и приказал, чтобы в то время, когда они будут приносить законные, по их мнению, жертвы, убивали и их самих, так что с приносимыми жертвами смешивалась кровь и приносящих, как это видно и из евангелия от Луки. Отступите от человек сих. Указав на примеры погибших лжеучителей, Гамалиил советует им подумать и о себе, именно: опасайтесь, чтобы среди стараний погубить других самим не погибнуть; потому что тот, кто идет против того, что угодно Богу, — тот губит не противника, а себя. Если от человек дело сие, то какая нужда в ваших домогательствах? А если оно от Бога, то и при всем старании вашем вы не можете разорить его. Не сказал прямо, что дело это от Бога, но не сказал и того, что оно — дело человеческое; потому что если бы сказал, что оно от Бога, то архиерей и иже с ним стали бы возражать; а если бы сказал, что оно — от человек, то предал бы апостолов в их руки. Таким мудрым построением речи Гамалиил принуждает их ждать ее конца. Но смотри: не сказал: если оно не разорится, то оно — от Бога, но (сказал): если оно — от Бога, то не разорится. Послушаша же его; послушали потому, что он говорил это не при апостолах. Как же они (иудеи) били апостолов, если послушали его? Послушали его в том отношении, что отказались от намерения убить их; потому что они хотели этого и потом покинули это свое желание; но били их, удовлетворяя своему гневу.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

1. Во днех же сих умножившымся учеником, бысть роптание еллинов ко евреом, яко презираеми бываху во вседневном служении вдовицы их.

Не в те же самые дни [36], но чрез несколько дней после этих; такой оборот речи обычен Писанию. А еллинами, по моему мнению, называет лиц, говоривших по-еллински. Во вседневном служении. Итак служение вдовицам было делом каждодневным. Служением называет дело милостыни. Презрение же вдовиц произошло не от худых качеств, но от оплошности народа. Поэтому как только забота об них была ему (народу) предложена, прекратилось и горе их.

2. Призвавше же дванадесять множество ученик, реша: не угодно есть нам оставлшым слово Божие, служити трапезам. 3. Усмотрите убо братие мужи от вас свидетелствованы седмь, исполнены Духа Свята и премудрости, ихже поставим над службою сею: 4. Мы же в молитве и служении слова пребудем. 5. И угодно бысть слово сие пред всем народом: и избраша Стефана мужа исполнена веры и Духа Свята, и Филиппа, и Прохора и Никанора, и Тимона и Пармена, и Николаа пришелца антиохийскаго. 6. Ихже поставиша пред апостолы: и помолившеся возложиша на ня руце. 7. И слово Божие растяше, и множашеся число ученик во Иерусалиме зело: мног же народ священников послушаху веры.

Не сами (апостолы) избирают, но предоставляют избрание народу, который и имел получить пользу от служения их (диаконов); он и избирает и назначает. Не угодно есть нам оставлшым слово Божие, служити трапезам; потому что необходимое следует предпочитать тому, что не необходимо. Мужи от вас свидетелствованы, исполнены Духа. Называет (писатель) их не просто духовными, но исполненными Духа и премудрости; потому что принимать жалобы вдовиц было делом величайшей мудрости. И помолившеся возложиша на ня руце. Смотри, как он (писатель) немногословен; не говорит, как были рукоположены, но говорит только, что были рукоположены с молитвою. На мужа возлагается рука — вот в чем состоит хиротония; но все совершает Бог. Какую же хиротонию получили эти семь мужей? Диаконскую ли?.. они рукоположены были на это именно дело, то есть, на доставление верующим необходимых потребностей. И множашеся число ученик во Иерусалиме зело. Не просто сказал об этом, но так, что показал, как велика сила милостыни и этого учреждения.

8. Стефан же исполнь веры и силы творяше знамения и чудеса велия в людех. 9. Восташа же нецыи от сонма глаголемаго ливертинска, и киринейска и александрска, и иже от Киликии и Асии, стязающеся со Стефаном: 10. И не можаху противу стати премудрости и Духу, имже глаголаше. 11. Тогда подъустиша мужи глаголющыя, яко слышахом его глаголюща глаголы хульныя на Моисеа и на Бога. 12. Сподвигоша же люди и старцы и книжники, и нападше восхитиша его, и приведоша на сонмище. 13. Поставиша же свидетели ложны глаголющыя, яко человек сей не престает глаголы хульныя глаголя на место святое сие и закон. 14. Слышахом бо его глаголюща, яко Иисус Назорей сей разорит место сие, и изменит обычаи, якоже предаде нам Моисей. 15. И воззревше нань вси седящии в сонмищи, видеша лице его яко лице ангела.

Смотри, как из семи один был предпочтен прочим; потому что хотя хиротония и была общею, однако же этот стяжал большую благодать. Обрати взор и на то, что до этого времени он не творил чудес, но стал творить чудеса, когда сделался известным (как избранный и рукоположенный), чтобы показать, что одной благодати недостаточно, но необходима и хиротония. Итак (чрез рукоположение) сообщилось приращение Духа; потому что еще до хиротонии, при избрании, об нем было засвидетельствовано, как исполненном Духа; но дары Духа различны. Восташа же нецыи от сонма. Восстанием называет их раздражение и гнев. А сонмища были разные. Стязающеся со Стефаном. Состязались для того, чтобы вынудить его сказать что-нибудь. А он, быть может, беседовал очень откровенно и говорил о прекращении закона; или, вернее, не говорил, а намекал; потому что если бы он говорил ясно, то эти нецыи не имели бы нужды в лжесвидетелях. Но замечай: он не предоставляет себе права учить, но вынуждается к этому состязающимися с ним. Тогда подъустиша мужи глаголющыя... Состязатели свидетельствуют не сами, — потому что их тотчас изобличили бы, что они клевещут на Стефана по зависти, — но подкупают других, чтобы не сочли это дело неправым, — потому что они не Бога боялись, оскверняя себя убийством, но взор свой обращали на мнение людей. Поставиша же свидетели ложны глаголющыя... Всюду лжесвидетельство. Не хотели убить просто, но по приговору, рассчитывая на то, что этим они подорвут доброе мнение о тех, кого убивали. Не сказали о Стефане: глаголет, но: не престает глаголя. Слышахом бо его глаголюща, яко Иисус Назорей (Назорей говорится в поношение) разорит место сие. Это говорили и о Христе: разоряяй церковь сию (Матф. 27, 40)... Велика была между ними боязнь за церковь; но обвинение было двойное, — обвинение в том, что Он намерен изменить обычаи, и в том, что намерен ввести иные обычаи. Воззревше же нань вси седящии в сонмищи, видеша лице его яко лице ангела. Бог соделал его (Стефана) приятным; так как он имел еще сказать несколько, то чтобы тотчас поразить их его взором, Бог осиял его лицо; потому что и к лицам людей, исполненных духовной благодати, любящие их относятся с вожделением, а враги с почтением.