Тёмная физика (четыре тома под одной обложкой) - Олег Мамин

едва дрогнуло, он коснулся, но не схватился за костяную рукоять ножа, висящего на поясе. Всё-таки сдержался.

Шаман жил на отшибе, вокруг не стояло других жилищ, да и люди сторонились этого места. Даже дети предпочитали играть в свои шумные игры где-то в сторонке. Никакого волшебства Том не заметил, видимо, авторитет и репутация тоже неплохо работают.

Шаманы всегда были проблемой для волшебного мира. Они никак не хотели подчиняться требованиям Статута о Секретности, ссылаясь на древние традиции. Шаманы всегда были частью племени. Ни племя без шамана, ни шаман без племени существовать не могут, а непонимающие этого бледнолицые требуют жить отдельно!

Решение пришельцев, захвативших земли предков, оказалось простым - не хочешь уйти один - уходите все вместе. Отделили краснокожих от белых людей, загнали в резервации вместе с их шаманами - нарушителями статута.

- Входи, - сопровождающий открыл шкуру, выполняющую роль не то занавески, не то двери в вигвам.

Том вошёл, вынужденно низко поклонившись - хитро! - а воин-индеец остался снаружи.

Хозяин сидел на шкуре, скорее всего, обычного, не волшебного, медведя. В центре стояла жаровня, почти такая же, как в спальнях Хогвартса - иного отопления, кроме каминов в гостиных, там не было. В зимнее время эти пожароопасные пережитки средневековья выступали в роли отопительных приборов. В детских (!) спальнях. Очень странно, что за всё время учёбы Том не слышал ни о пожарах, ни об ожогах, хотя никаких чар на этих приспособлениях он не нашёл, как ни искал. Может, сам Хогвартс помогал? В замке-интернате это треножник, высотой, примерно, по пояс, на котором устанавливается чаша типа китайской сковороды-вока, но с толстой стенкой. Чаша заполнена камнями, а на отдельной полочке под ней, горел губрайтов огонь. Здесь же, у индейца, негасимого огня не было - обычный костерок.

Шаман не мешал осматриваться гостю, молчал, пока тот не почувствует себя спокойнее.

- Садись, волшебник, - наконец нарушил он молчание. Его французский тоже оказался чище, чем у Тома, но похуже, чем у встречавшего члена племени Лапа Медведя. Так принято у оджибве - группа племён, почитающая своим тотемом медведя, называла себя в честь его части - Лапа медведя, Медвежье Ухо и тому подобное... Если в этих наименованиях скрывается смысл, не трудно догадаться, как должна называться самая многочисленная группа родов.

Том ещё раз осмотрелся. Место, куда можно сесть, было единственным - справа от жаровни лежала вторая шкура, скорее всего волчья - головы не было, так что незнатоку Тому не понятно.

- Назови себя, - пробасил шаман.

- Том Риддл, - назвал он своё старое, проклятое имя, что не понравилось краснокожему, будто он понял это:

- Это не твоё имя... Но... пусть будет так, - ухмыльнулся он и похвастался знанием английского, переведя фамилию на французский. - Загадка... Это имя тебе подходит, волшебник. Я тоже не называю никому своего истинного имени. Духи могут услышать, другие шаманы могут его услышать и передать его духам. Зови меня Глаза Назад.

- Меня зовут Лорд Волдеморт. Я не боюсь назвать своего имени. Можем половить твоих духов на эту наживку, - оскалился волшебник.

Шаман закашлялся подавившись затяжкой табака из непропорционально длиной трубки. Это не носогрейки, какие смолят британские морячки - палка около метра длиной могла сойти за посох.

- Настоящее имя сделает путешествие в мир духов... выгоднее. Ты же за этим сюда пришёл?

- А мне сказали, что ты всё знаешь обо мне, - недобро улыбнулся волшебник.

- Духи поведали мне, что придёт волшебник из Старого Света. Что он попросит у меня о чём-то, а я должен провести его в их мир. Это не я, это они ждут тебя. Я лишь твой проводник, - сказал, откашлявшись, шаман.

- И они научат меня делать "ловца душ"? Или ты сделаешь это? Зачем мне идти к духам для этого? - удивился гость, удивился и хозяин. Или он всего лишь секретарь в приёмной этих самых духов, на которых работает? Не понять, кто кому служит у этих шаманов.

- Ловец душ? Ты имеешь ввиду "ловец снов"? Так за этим тебе не ко мне, а к женщинам нашего племени, - удивление сменилось насмешкой. - Они вяжут эти сувениры для туристов из прутьев и верёвок. Шаманы таким не занимаются.

- Так ли? - волшебник прищурился. Очень недобро. - А как же бог-паук и его дар вам?

- Ты имеешь ввиду сказку о том, как паучиха вернула оджибве (авт.: название группы индейских племён. По имени одного, считающимся главным) дедушку-солнце? Так это просто сказка для детей! - усмехнулся опять шаман. - Ловец снов - это просто игрушка над детской лежанкой, чтобы младенец хорошо спал наблюдая за колебанием пёрышка среди нитей.

- Не верю, старик! - рыкнул Волдеморт и наставил волшебную палочку на шамана. Улыбка сползла с губ индейца, он много слышал о волшебстве бледнолицых.

- Я просто шаман небольного племени! - поспешил оправдаться Глаза Назад. - Меня даже в мидевивин (авт.: объединение шаманов оджибве) не сразу приняли! Я едва вступил в Сообщество Восходящего Солнца, духи стихий не подчиняются мне. Возможно, и в самом деле есть такая вещь, о которой ты говоришь! У меня из волшебных вещей только бубен и вот это ожерелье, - старик потряс верёвкой с клыками, от которой веяло магией. Хаотической, нечитаемой. - Могу научить делать тебя их.

- Тогда к чему всё это высокомерие? Зачем слова о том, что ты знаешь, зачем я пришёл?

- Духи сказали мне, что накануне праздника джинготамог (авт.: jiingotamog - праздник общения с духами) ко мне придёт странник. Я должен проводить его в чертоги Вендиго или Нанабожо, куда ты попросишь.

- Злодей-каннибал или трикстер-кролик? - продемонстрировал эрудицию волшебник из чужих стран. - Не понимаю. Ты же сказал, что всё уже знаешь.

- Знаю, - шаману наконец-то удалось подобраться. Разговор снова вернулся на знакомую ему "территорию", а с ним вернулось и высокомерие. - И духи знают. Но выбор должен сделать ты. Без этого никак!

- А почему именно выбор должен быть из них? Может я пожелаю говорить с самим Маниту? - бросил провокацию волшебник.

- Возможно, - не поддался шаман. - Я сказал: выбор за тобой. Я - проводник.

- Хм... Тогда нам не о чем говорить. Веди меня к твоим духам! - резко заявил Том. Он совершенно не боялся, что почти сквиб, слабосилок, коим и являлся местный "говорящий с духами", сможет ему как-то