Гарри Поттер (сборник 7 книг) (ЛП) - Джоан Кэтлин Роулинг

- Прости меня, Римус, - вздохнул Блэк.

- О чем разговор, Бродяга? - сказал Люпин, закатывая рукава. - Прости и ты меня, что я столько лет считал тебя предателем.

- Да чего уж тут… - Тень улыбки скользнула по изможденному лицу Блэка. И он тоже принялся закатывать рукава. - Убьем его вместе?

- Да, вместе, - сурово произнес Люпин.

- Не надо, пожалуйста… вы не можете… - заверещал Петтигрю и пополз к Рону. - Рон… Разве я не был тебе добрым другом… Твоим домашним любимцем? Ты не дашь им убить меня, правда? Ты ведь на моей стороне!

Но Рон смотрел на него с отвращением:

- И я разрешал тебе спать в моей постели!

- Мой добрый мальчик… добрый хозяин… Ты не допустишь этого… Я был твоей крысой… ласковым зверьком…

- Крыса, как видно, получилась из тебя лучше, чем человек И хвастать тут нечем, - жестко оборвал его Блэк.

Рон побледнел от боли и передвинул сломанную ногу, чтобы Петтигрю не мог до нее дотянуться. Тот развернулся на коленях, подполз к Гермионе и ухватил ее за край мантии.

- Милая девочка… умная девочка… Ты… ты не позволишь им… Спаси меня…

Гермиона выдернула мантию из его пальцев и, потрясенная, отступила назад, к стене.

Петтигрю колотила неудержимая дрожь, он медленно повернулся к Гарри.

- Гарри… Гарри… ты так похож на отца… просто вылитый Джеймс…

- Как ты смеешь обращаться к Гарри? - В глазах Блэка полыхнуло бешенство. - Как смеешь смотреть ему в глаза? Говорить о его отце?

- Гарри, - прошептал Петтигрю, подползая к тому и протягивая руки. - Гарри, Джеймс не стал бы меня убивать… Он бы понял, Гарри, он пощадил бы меня…

Блэк с Люпином ухватили Петтигрю за плечи и оттащили. Он плюхнулся на пол, глядя на них снизу вверх и трясясь от ужаса.

- Ты продал Лили и Джеймса Волан-де-Морту. - Блэка тоже била дрожь. - Будешь еще отрицать это?

Петтигрю зарыдал. Это было жуткое зрелище - он походил на лысого младенца-переростка, съежившегося на полу.

- Сириус, Сириус, что я мог поделать? Темный Лорд… ты себе не представляешь… У него такое оружие, что уму непостижимо… Меня запугали, Сириус, я же никогда не был храбрецом, как ты, Римус или Джеймс… Я не хотел того, что случилось… Меня вынудил Тот-Кого-Нельзя-Называть.

- Не лги! Ты стал его шпионом еще за год до гибели Джеймса и Лили! Ты был его осведомителем!

- Его… его власть была безгранична, - хлюпнул Петтигрю. - Что бы я выиграл, если бы стал противиться ему?

- Да. Что бы ты выиграл, Питер, в борьбе с самым злым волшебником всех времен? - Блэк клокотал от ярости. - Всего-навсего несколько невинных жизней.

- Ты не понимаешь, Сириус! - проскулил Петтигрю. - Он убил бы меня.

- Значит, надо было умереть, - прорычал Блэк. - Умереть, а не предавать друзей. - Мы бы все так поступили ради тебя!

Блэк и Люпин встали плечом к плечу и подняли волшебные палочки.

- Ты должен был понимать, - произнес Люпин тихо, - если тебя не убьет Волан-де-Морт, то это сделаем мы. Прощай, Питер.

Гермиона закрыла руками лицо и отвернулась.

- Нет! - вдруг крикнул Гарри. Он бросился вперед и загородил Петтигрю, повернувшись к волшебным палочкам. - Нельзя его убивать! - сказал он, задыхаясь. - Нельзя!

И Блэк, и Люпин были потрясены.

- Из-за этого выродка ты лишился родителей, Гарри, - прохрипел Блэк. - Этот пресмыкающийся кусок дерьма хладнокровно убил бы и тебя. И даже не повел бровью. Ты его сейчас слышал. Для него собственная вонючая шкура значит больше, чем вся твоя семья.

- Знаю, - тяжело дыша, сказал Гарри. - Мы отведем его в замок и передадим дементорам. Они отвезут его в Азкабан… Но не убивайте его.

- Гарри! - простонал Петтигрю и обнял его колени. - Ты… Спасибо тебе… Я не стою этого… Спасибо…

- Прочь от меня! - гневно выпалил Гарри, с омерзением сбрасывая с себя руки Петтигрю. - Я поступаю так не ради тебя. Я уверен, мой отец не захотел бы, чтобы его лучшие друзья стали убийцами из-за такого, как ты.

Никто не шелохнулся и не издал ни звука, лишь слышалось неровное, с присвистом, дыхание Петтигрю, прижавшего к груди кулачки. Блэк с Люпином переглянулись и одновременно опустили палочки.

- Ты - единственный, у кого есть право решать, - признал Блэк. - Но подумай хорошенько… подумай, что он совершил…

- Пусть его отправят в Азкабан, - повторил Гарри. - Он это заслужил, как никто.

Сзади по-прежнему слышалось сопение Петтигрю.

- Ладно, - согласился Люпин. - Гарри, отойди в сторону.

Но Гарри в сомнении не двигался с места.

- Я только свяжу его, - пояснил Люпин. - Ничего больше, клянусь.

Гарри отошел. Из волшебной палочки Люпина вылетели тонкие шнуры, и через секунду Петтигрю дергался на полу связанный и с заткнутым ртом.

- Но если ты попытаешься превратиться, Питер, - Блэк потрясал над ним волшебной палочкой, - мы точно тебя убьем. Ты согласен, Гарри?

Гарри посмотрел на жалкую фигуру, скорчившуюся на полу, и кивнул - так, чтобы Петтигрю увидел.

- Ну вот что, - Люпин перешел на деловой тон, - я, Рон, умею сращивать кости далеко не так хорошо, как мадам Помфри, поэтому пока самое лучшее - наложить шину.

Он подошел к Рону, коснулся сломанной ноги волшебной палочкой и тихо произнес:

- Ферула!

Тотчас же ногу обмотали бинты, плотно прижав ее к гипсовому лотку. Рон с помощью Люпина встал, осторожно переступил и даже не поморщился.

- Гораздо лучше, - сказал он. - Спасибо.

- А что с профессором Снеггом? - вполголоса спросила Гермиона, глядя на распростертую фигуру преподавателя.

- Ничего серьезного. - Люпин склонился над ним и пощупал его пульс. - Просто вы немного… э-э-э…. перестарались. Все еще без сознания… М-м-м… вероятно, будет лучше, если мы не станем приводить его в чувство, пока благополучно не возвратимся в замок. А доставим его туда вот так… - Он шепнул: - Мобиликорпус!

Невидимые нити оплели запястья Снегга, шею, колени, тело приняло вертикальное положение, но голова безвольно моталась во все стороны, словно у огромной куклы. Снегг повис в нескольких дюймах над полом, ноги его безжизненно болтались. Люпин подобрал мантию-невидимку и заботливо спрятал ее в карман.

- Двоих из нас придется приковать вот к этому. - Блэк дернул Петтигрю за веревки. - На всякий случай.

- Меня, - предложил Люпин.

- И меня, - рявкнул Рон, прохромав вперед. Блэк прямо из воздуха сотворил увесистые наручники, Петтигрю распрямился - левая рука скована с правой Люпина, правая - с левой Рона. Лицо Рона скорбно застыло - истинную сущность Коросты он воспринял как личное оскорбление. Живоглот легко спрыгнул с кровати и возглавил выход из комнаты - его хвост, похожий на ершик для мытья бутылок, был самодовольно задран.