Библиотека литературы США - Уильям Брэдфорд

пикты{265}, во времена римского владычества. Я не хочу, чтоб моя жена или дочь приняли обычаи дикарей; мы можем жить в мире и согласии с ними, не снисходя до всякого предмета, и я надеюсь, что вследствие повреждения торговли таких украшений теперь не носят. Моя жена отлично делает предохранительные прививки, она уже сделала их всем нашим детям и множеству соседей, которые рассеяны по здешним лесам на слишком дальнем расстоянии от всякой врачебной помощи. Если мы сможем убедить хотя бы одно семейство подвергнуться прививке и она окажется удачной, мы почувствуем себя счастливыми, насколько сие возможно в наших обстоятельствах, ибо жена моя поднимется в глазах соседей — ведь человека, полезного для общества, всегда уважают. Если нам посчастливится избавить хотя бы одно семейство от недуга, являющего собою бич для местных жителей, то я думаю, что в силу примера мы станем поистине необходимы, нас оценят и полюбят: а мы, разумеется, обязаны делать добро людям, которые с такою охотою предложили принять нас в свое сообщество, дать нам кров в своем селении, усыновить нас и даже дать нам свое благородное имя. Да ниспошлет нам бог успешное начало, и мы тогда сможем надеяться быть для них полезнее, чем даже миссионеры, посланные проповедовать им Евангелие, коего они неспособны понять.

Что принадлежит до религии, то наше богослужение не очень пострадает от переезда из цивилизованной страны в лесную глушь; оно не будет много проще того, которое мы исправляем здесь в течение многих лет; я же со всем возможным рвением удвою свои усилия и два раза в неделю стану напоминать домашним об их долге перед богом и человеком. Я буду читать и толковать им заповеди из Десятисловия{266} — моя обычная метода, коей я придерживаюсь со дня женитьбы.

Полдюжина акров на берегах… почву которых я хорошо знаю, принесут нам в изобилии все необходимое; избыток я почитаю необходимым отдавать тем индейцам, которых постигнет неудача на охоте, и я постараюсь убедить их возделывать немного более земли и не полагаться лишь на охотничью добычу. Дабы еще более поощрить их к землепашеству, я наделю каждые шесть семей ручною мельницей; я изготовил множество оных для бедных жителей наших дальних селений, ибо недостаток мельниц часто мешает им сеять зерно. Будучи плотником, я могу сам соорудить себе плуг и помочь многим индейцам; моего примера будет достаточно, дабы возбудить рвение в одних и наградить труд других. Трудности языка скоро будут преодолены; в своих вечерних беседах я постараюсь научить их вести торговлю своего селения таким способом, чтобы купцы, сия черная язва континента, не смели подойти к ним ближе определенного расстояния и совершали бы свои сделки в присутствии стариков. Я льщу себя надеждой, что свойственное им уважение к старшим и стыд могут помешать молодым охотникам нарушить сие правило. Мы скоро ознакомим с нашими планами сына… и я думаю, что любовь и привязанность, которые он питает к моей дочери, побудят его присоединиться к нам; из него получится прекрасный охотник; он молод, крепок и не уступит в проворстве самому отважному жителю селения. Если бы не сие счастливое обстоятельство, нам угрожала бы большая опасность, ибо при всем моем уважении к оным простым и безобидным людям, сильнейшие предрассудки заставят меня в ужасе отшатнуться при мысли о каком-либо кровном родстве с ними, что, без сомнения!, противно самой Природе, резко отделившей нас друг от друга столь многими неизгладимыми чертами. Захворав, мы воспользуемся их врачебными познаниями, прекрасно приспособленными к простым болезням, которым они подвержены. Так из аккуратных, добропорядочных, зажиточных фермеров, окруженных всеми удобствами, какие только может дать работа в поле и дома, мы превратимся в еще более простых людей, которые лишились всего, кроме надежды, пищи и платья, пригодных в лесу, и променяли большой деревянный дом на вигвам, а перины — на тростниковые подстилки и медвежьи шкуры. Здесь наши сны не нарушат ни страхи, ни дурные предчувствия; мир и душевный покой щедро вознаградят нас за все утраты. Ради сей благословенной награды мне ничего не жаль — слишком уж давно нам в ней было отказано. Чтобы обрести спокойствие, которого мы столь давно взыскуем, я с радостью дошел бы до самой Миссисипи. Порою мне кажется, что сердце мое устало биться; оно просит отдохновения, как просят его мои глаза, отяжелевшие от бесконечных бдений.

Таковы составные части моего плана; успех каждой из них я почитаю весьма вероятным, что вселяет в мое сердце надежду на успех всего предприятия. И все же меня не покидает тревога: я боюсь тех опасностей, коими грозит нам индейское воспитание; снова и снова я сравниваю его с воспитанием, которое дает человеку нынешний век, и вижу, что оба они равно чреваты злом. Разум подсказывает мне, что следует выбрать из двух зол наименьшее и признать в нем единственно доступное мне благо; я убеждаю себя, что усердие и труд послужат прекрасным средством противу первого зла, но в то же время понимаю, что ни труд, ни усердие, если они станут приносить нам лишь самое необходимое для жизни почти безо всякого избытка, не смогут обуздать наши помыслы с такою же силою, как в оные времена, когда мы возделывали ниву более пространную. Тогда мы имели избыток, который можно было продать за солидные деньги, и сия прибыль не только вознаграждала нас за прежние труды, но и привлекала к себе внимание работника, внушая ему надежду на будущее богатство. Дабы восполнить сей великий недостаток в побудительных причинах к труду и поставить перед моими детьми практическую цель для предотвращения роковых последствий такого безразличия, я буду вести точный счет всему собранному урожаю и регулярно наделять каждого из них его долею кредита, каковая будет выдана ему наличными по наступлении мира. Таким образом, работая как бы лишь ради собственного пропитания на чужой земле, они будут знать, что в один прекрасный день получат за свои труды сумму в виде наследства или дара, равную их заработку или даже оный превышающую. Ежегодные затраты на одежду, которую они получали бы дома и которой лишены будут там, я также занесу на их счет и оттого льщу себя надеждой, что они будут с большим удовольствием носить одеяло, плащ и мокасины. Внушая им, что охота и рыбная ловля всего лишь развлечение, я не позволю им почитать успехи в охотничьем искусстве необходимым и важным достоинством. Я намерен сказать им: «Вы будете охотиться и ловить рыбу лишь с целью