Сага Гарри Поттера - Джоан Роулинг

— Она вызывает каждого по отдельности, — проинформировал Невилль, когда Гарри с Роном уселись рядом с ним. У Невилля на коленях лежала книжка, «Растуманивание будущего», открытая на страницах, посвящённых гаданию на хрустальном шаре. — Кто-нибудь из вас когда-нибудь видел в шаре хоть что-нибудь? — спросил он несчастным голосом.

— Не-а, — беспечно ответил Рон. Он всё время поглядывал на часы.

Гарри знал, что Рон отсчитывает минуты, оставшиеся до аппеляции. Очередь перед кабинетом уменьшалась очень медленно. Когда из люка по серебряной лестнице спускались уже сдавшие экзамен, сидящие внизу сразу начинали шёпотом галдеть: «Что она спрашивала? Что она спрашивала?» Но те отказывались отвечать.

— Она сказала, что видела в хрустальном шаре, что, если я скажу вам, со мной произойдёт ужасное несчастье! — всхлипнул Невилль, неуклюже спустившийся вниз к Гарри и Рону, чья очередь наконец-то подошла.

— Какое удобное провидение, — фыркнул Рон. — Знаешь, я начинаю думать, что Гермиона права, она, — он ткнул вверх большим пальцем, показывая на люк в потолке, — просто старая дура.

— Ага, — отозвался Гарри, сам взглядывая на часы. Было уже два. — Хорошо бы она поторопилась… Вернулась Парватти, раздуваясь от гордости.

— Она сказала, что у меня все задатки, чтобы по-настоящему Видеть, — сообщила она Гарри с Роном. — Я столько всего наразглядела… Ну, удачи! Она поспешила вниз по винтовой лестнице вслед за Лавандой.

— Рональд Уэсли, — раздался с потолка знакомый загадочный голос. Рон скорчил гримасу и полез вверх по серебряной лестнице. Гарри остался один. Он сел на пол, прислонился спиной к стене и стал слушать, как муха бьётся в залитое солнцем окно. Мыслями он был с Огридом. Прошло двадцать минут томительного ожидания, и наконец большие ноги Рона снова показались над головой.

— Ну как? — спросил Гарри, вставая.

— Ерунда, — ответил Рон. — Ничегошеньки не увидел, зато напридумывал кучу всего. Вряд ли она поверила, конечно…

— Встретимся в гостиной, — пробормотал Гарри, так как в это время голос профессора Трелани уже позвал: «Гарри Поттер!» В круглой комнате было ещё жарче, чем обычно; шторы были опущены, камин горел. От извечного тошнотворного запаха Гарри закашлялся. Он стал пробираться между столами и стульями к тому месту, где его ждали профессор Трелани и большой хрустальный шар.

— Добрый день, мой дорогой, — тихо сказала преподавательница. — Не будешь ли так любезен заглянуть в Шар… Не спеши, не торопись… а потом скажи мне, что ты видишь внутри… Гарри склонился над хрустальным шаром и начал вглядываться, вглядываться изо всех сил, отчаянно желая увидеть хоть что-нибудь помимо клубящегося белого тумана, но ничего не вышло.

— Ну, что? — очень деликатно спросила профессор Трелани. — Что ты видишь? Жара лишала сил, ноздри горели от ароматизированного дыма, волнами доносимого сзади, от камина. Гарри вспомнил слова Рона и тоже решил притвориться.

— Э-э-э… — промычал Гарри. — Чёрное пятно… хм…

— На что оно похоже? — подсказывала профессор Трелани. — Подумай как следует… Гарри наспех пораскинул мозгами и вспомнил о Конькуре.

— На гиппогрифа, — решительно ответил он.

— Действительно! — шёпотом восликнула профессор Трелани и радостно зацарапала что-то на пергаменте, лежавшем у неё на коленях. — Мой мальчик, скорее всего, ты Видишь исход дела бедного Огрида, его тяжбы с министерством магии… Взгляни получше… Как тебе кажется, у гиппогрифа есть… голова?

— Да, — твёрдо сказал Гарри.

— Ты уверен? — настаивала профессор Трелани. — Вполне уверен? Может быть, он лежит, извиваясь, на земле, а призрачная фигура заносит над ним топор?

— Нет! — Гарри затошнило.

— Никакой крови? Плачущего Огрида?

— Нет! — повторил Гарри, больше всего на свете желая покинуть эту комнату и избавиться от изнурительной жары. — Он выглядит вполне здоровым, он… улетает… Профессор Трелани вздохнула.

— Что ж, дорогой, полагаю, достаточно… Я немного разочарована… но я не сомневаюсь, ты сделал всё что мог.

Гарри с облегчением встал, взял рюкзак и повернулся к выходу, но вдруг у него за спиной раздался громкий, хриплый голос.

— ЭТО СЛУЧИТСЯ СЕГОДНЯ ВЕЧЕРОМ. Гарри резко обернулся. Профессор Трелани застыла в кресле; её глаза расфокусированно смотрели в пространство, челюсть отвисла.

— П-простите? — запинаясь, переспросил Гарри. Профессор Трелани не слышала его. Её глаза закатились. Гарри в панике сел.

Кажется, у предсказательницы случился припадок. Он заколебался, бежать за врачом или нет — но тут профессор Трелани снова заговорила, тем же хриплым, совершенно не своим, голосом.

— ЧЁРНЫЙ ЛОРД ЛЕЖИТ В ОДИНОЧЕСТВЕ, ВСЕМИ ЗАБЫТЫЙ, ПОКИНУТЫЙ ДРУЗЬЯМИ И ПОСЛЕДОВАТЕЛЯМИ. ЕГО ВЕРНЫЙ СЛУГА НА ПРОТЯЖЕНИИ ДВЕНАДЦАТИ ЛЕТ БЫЛ В ЗАТОЧЕНИИ. СЕГОДНЯ, ДО ПОЛУНОЧИ… СЛУГА ВЫРВЕТСЯ НА СВОБОДУ И ОТПРАВИТСЯ ИСКАТЬ СВОЕГО ГОСПОДИНА. С ПОМОЩЬЮ СВОЕГО СЛУГИ ЧЁРНЫЙ ЛОРД ВОССТАНЕТ ВНОВЬ, БОЛЕЕ ВЕЛИКИЙ И БОЛЕЕ УЖАСНЫЙ, ЧЕМ КОГДА-ЛИБО ПРЕЖДЕ. СЕГОДНЯ… ДО ПОЛУНОЧИ… СЛУГА… ОТПРАВИТСЯ… ИСКАТЬ… СВОЕГО ГОСПОДИНА… Голова профессора Трелани упала на грудь. Она не то всхрапнула, не то всхрюкнула. Гарри не мог отвести от неё глаз. Затем, очень неожиданно, преподавательница вскинула голову.

— О, прости меня, дорогой мой мальчик, — сонно произнесла она, — такая жара сегодня… я на минуточку задремала… Гарри продолжал зачарованно смотреть на неё.

— Что-нибудь не так, дорогой?

— Вы… вы только что сказали, что… Чёрный Лорд восстанет вновь… и что к нему вернётся его верный слуга… Профессор Трелани была поражена до глубины души.

— Чёрный Лорд? Тот-Кто-Не-Должен-Быть-Помянут? Мой дорогой мальчик, такими вещами не следует шутить… Восстанет снова, скажите, пожалуйста!…

— Но вы сами сказали! Только что! Вы сказали, что Чёрный Лорд…

— Ты, наверное, тоже задремал, дорогой мой! — отрезала профессор Трелани. — Я никоим образом не могла сделать такого несообразного предсказания!

Вниз по серебряной лестнице, а потом по винтовой Гарри спускался в полном недоумении… неужели он только что слышал настоящее предсказание? Или, с точки зрения профессора Трелани, таким должно быть эффектное окончание экзамена? Через пять минут он уже стремглав нёсся мимо троллей-охранников. Слова профессора Трелани продолжали звучать в голове. В противоположном направлении, во двор, вкусить долгожданной свободы, пробегали радостные, смеющиеся гриффиндорцы. К тому моменту, как он добрался до общей гостиной, там уже почти никого не было. В углу сидели Рон с Гермионой.