Трилогия о Драко: Draco Dormiens, Draco Sinister, Draco Veritas - Кассандра Клэр

— Флёр?

Ее голова откинулась на его руку, глаза были по-прежнему закрыты, веки окрасились голубизной.

— Флёр!

Он коснулся тыльной стороной ладони ее лба и обнаружил, что он холодный и липкий. По крайней мере, она дышала, и ее грудь вздымалась и опадала быстрыми, неглубокими движениями.

Через секунду Джинни оказалась рядом и оттолкнула его. Она наклонилась над Флёр, держа свою палочку и шепча что-то, что Драко не мог услышать. Что-то ярко вспыхнуло, и Флёр подскочила, широко открыв глаза. Джинни встала и отошла назад.

Глаза Флёр наполнились слезами.

— Что случилось? — спросила она, пытаясь сесть.

Без особой охоты Драко наклонился, чтобы помочь ей сесть. Он чувствовал, как Джинни разглядывает их обоих.

— Ты потеряла сознание, — сказал он.

Флёр протянула руки и вцепилась в него.

«…Я умираю».

Драко отшатнулся.

«…Что ты делаешь? Он может услышать нас».

«…Драко. Нет. Он не может. У него еще нет его полной силы — и не будет, пока не будет открыто Око. Он не может слышать, когда ты говоришь со мной, или с Гарри. Я знаю, что ты не веришь мне, но, пожалуйста, если в тебе осталась хоть капля доверия — поверь этому».

Он поверил ей. В первый раз с того момента, когда он понял, что она предала их, он поверил ей, и не в последнюю очередь потому, что он знал — никто не может лгать, когда разговаривает таким способом. Он видел, как Джинни бросает убийственные взгляды на них обоих, и знал, что их беседа должна выглядеть так, будто он и Флёр молча смотрят друг другу в глаза. Тут уж ничего не поделаешь.

«…Я могу помочь тебе, — продолжила Флёр. — Пожалуйста, позволь мне. Я хочу этого. Я знаю многие вещи. Я могу рассказать тебе…»

Она прервалась, и ее глаза широко раскрылись, увидев что-то у Драко за плечами. Он резко обернулся, чтобы посмотреть, что ее поразило, и увидел, что дверь в опочивальню открыта, и один из слуг Слитерина стоит там, костлявый и молчаливый, в серой одежде с капюшоном. Драко тотчас огляделся вокруг, его сердце колотилось в груди — но Джинни исчезла. Наверное, она спряталась под Плащом. Умница.

Он вскинул голову и выпрямился, будто плащом, окутывая себя высокомерием и самообладанием. Его глаза сузились, когда он посмотрел на слугу.

— Что ты здесь делаешь?

— Я пришел с посланием, — ответил слуга, неотрывно глядя на Драко.

— Я бы предпочел еще один «Маи Таи», — заметил Драко.

— Повелитель Змей сказал, чтобы тебе больше не давали напитков, — без тени юмора ответил слуга. — Он желает видеть тебя. Мне велено привести тебя. Пойдем.

Драко оглянулся на Флёр и на пустое место, которое, как он надеялся, было Джинни. Он нагнулся и поднял с пола свой плащ.

— Ну хорошо. Пошли.

Слуга привел Драко в комнату, которой он до сих пор не видел. Там был высокий потолок, а стены, казалось, были выдолблены из одного огромного куска камня. Здесь не было окон, и вдоль стен протянулись полки с книгами и различными магическими и прекрасными предметами. В их выборе и общем убранстве комнаты, казалось, не было никакой логики. Манускрипты по Темной Магии стояли бок о бок с книгами по чарам и заклинаниям для домашнего пользования. Тонкие, удлиненные линии статуэтки кошки из Египта контрастировали с богато украшенной русской иконой в красных, черных и золотых тонах. Миниатюра, изображающая рыцаря на коне, висела над столом, за которым сидел Слитерин, скрестив руки на груди. Он сидел в тени, и Драко едва мог видеть его лицо.

Слуга неслышно удалился, закрыв за собою дверь. Драко подошел и остановился напротив стола, засунув руки в карманы и чувствуя себя не в своей тарелке. В голове ритмично стучало.

— Ты хотел меня видеть?

Слитерин поднял на него глаза, но не улыбнулся. Да Драко и не ждал от него улыбки.

— Хотел.

— Зачем? — спросил Драко, неожиданно ощутив себя снова двенадцатилетним.

— А как ты думаешь?

Драко задумался.

— Слушай, — наконец, заговорил он. — Ты не задаешь вопрос, если не знаешь ответ заранее. Поэтому давай предположим, что ты меня спросил, а я не знал ответа и поэтому соврал, а ты меня подловил, отругал, и теперь мы можем перейти прямо к сути. Так зачем ты хотел меня видеть?

— Тебя никогда не волновало, — сказал Слитерин, отодвинув кресло от стола и вставая, — что с таким остроумием ты когда-нибудь порежешься о его острие?

— Спасибо, мне хватает забот, чтобы не порезаться о реальное острие.

Слитерин встал из-за стола и обошел его, чтобы подойти к Драко. Драко дернулся назад, когда рука Слитерина поднялась и легла на его плечо.

— Подойди сюда, к свету, — велел Повелитель Змей, и Драко нехотя двинулся вслед за ним к огню. Слитерин остановился и положил обе руки Драко на плечи.

— Подними глаза и посмотри на меня, — велел он.

— Я предпочел бы не делать этого. Это… невежливо.

— Я не могу иметь генералом того, кто не может смотреть вверх. Ты будешь натыкаться на предметы при ходьбе.

Драко поднял глаза и с трепетом, близким к отвращению, увидел свое собственное отражение в глазах Слитерина. Повелитель Змей удерживал его в этом положении некоторое время, разглядывая его лицо. Драко отвел глаза в сторону, страстно желая взглянуть на что-нибудь другое, и его взгляд обежал стол Слитерина. Там лежали кучи чистого пергамента, стопки книг по Темной Магии, и рядом с книгами…

Волна отвращения окатила его. Между двумя стопками книг лежал меч. Или часть меча. Если быть точным, то это было лезвие. Длинное и мерцающее, цвета лунной дорожки на воде, такое же длинное, как лезвие у меча Драко, и с таким же желобком посередине. Вот только этот меч не оканчивался рукоятью. На его конце находился кровавый обрубок, в котором угадывалась часть человеческой кисти руки.

Помимо его желания, из горла вырвался звук, будто он подавился.

Слитерин обернулся и посмотрел поверх его плеча. Его глаза блеснули при виде меча, и он улыбнулся.

— Ты понял, что это, — сказал он.

Драко неохотно кивнул.

— Последний раз, когда я видел это, это было… частью Червехвоста.

— Как оказалось, Живой Клинок более полезен, чем слуга, с которым он соединялся, — проговорил Слитерин, протягивая руку, чтобы погладить лезвие.

Он приподнял его, наблюдая, как свет струится по поверхности, подобно воде, затем положил его назад.

— Ты знаешь, Драко, как делают Живой Клинок?

Драко покачал головой.

— Нет, но мне кажется, что ты собираешься рассказать это мне.

— Даже я не знаю всех секретов изготовления такой вещи. Но я знаю, что клинки, после того, как они остынут, трижды омывают — в слезах феникса, человеческой крови и крови единорога.