'Фантастика 2025-170'. Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов

Аве? Теперь, когда происходящее стало для тебя личной… проблемой, ты бы и сама заколдовала луну заново, лишив их возможности обращаться, верно? Но, видимо, ты не можешь.

Глубокое разочарование от замечания Яна ножом врезалось мне в грудь. Как и осознание смысла его слов. Не возьму в толк, что было много лет назад и почему Дивии пришлось отдавать часть магии, чтобы луну заклинал кто-то еще, но, похоже, в тот момент вопрос не являлся для нее личным. Хотя моим предкам она помогла.

Велес тоже упоминал, что война с волколаками была проблемой драконов, которая никого больше не беспокоила. Но разве Дивия – не дракон, если они с Яном родственники?

Вопросов накопилось уйма, а ответов не было.

Дивия посмотрела на меня. А Ян уже хранил молчание.

Ее лицо выражало мягкость и доброту, располагая к себе. Но вдруг выражение перестало быть доброжелательным. Женщина уже не выглядела усталой, она расправила плечи и выпрямилась, плотно сжав губы. Что-то не так. Мир будто замер.

Секунды прекратили бежать, я застряла в безвременье. Я затаила дыхание, пульс замедлился. Не моргая, в остановившееся вечное мгновение, я успела перевести взгляд на широкую стеклянную стену – за ней, у самого дома, замер человек, в воздухе, в кувырке.

Под ним на земле покоился воткнутый лезвием вверх нож.

Несколько ножей. А на небе сияла полная луна.

– Ян, там… – растягивая слоги, шепнула я. Сердце застучало, растормошив меня, а пульс резко участился.

Ход времени возобновился, я вышла из ступора.

Человек быстро сделал шесть кувырков над ножами, и вокруг него заклубился черный дым. Яркие синие вспышки и схлопывающийся звук раздались в доме, там, где стоял Ян, – он мгновенно обернулся огромным драконом, сбивая своей головой люстры и опрокидывая мебель.

Цмок издал оглушающий свирепый рык. До меня донесся треск разбивающего стекла – из черного дыма появился громадный волк и, круша окна, ворвался в дом.

Я упала на пол, прячась от осколков. Цмок изверг столб пламени и подался врагу навстречу, вгрызаясь зубами в шею хищника.

Повалив его на спину, цмок расправил крылья. Дракон и волк сцепились в схватке.

Из леса подступали еще две тени – двое других волков.

Ковер по-прежнему пылал огнем. В панике, потерянная в пространстве, я пыталась отползти в сторону, но вдруг Дивия, которая неподвижно сидела на диване, встала, обсыпанная кристалликами битого стекла, и я почувствовала, как цепкие пальцы обвили мою ногу.

Меня протащили по осколкам. Руки царапались в кровь.

Спустя секунду Дивия уже держала меня за запястье, а потом, склонившись, прижала к полу.

Я не понимала, что она делает. С губ срывался крик, я безуспешно ерзала под ее телом, пытаясь вырваться, и звала Яна, который не мог мне помочь. Неужели Дивия – не та, за кого себя выдавала?

Значит, она – заодно с волками?

Я сумела повернуть голову. Лицо Дивии, полное злобы и ненависти, нависло надо мной. С ее волос на мои щеки сыпалось стекло, и свисали пряди серебряных волос.

– Когда твой род думал, что долгие века сдерживал волков от обращения, твои предки сдерживали не их, а меня! – прорычала она. – Волкам просто не повезло, ведь их магия зависела от силы луны. Они стали лишь побочными жертвами. Именно ты и твоя семья мешали мне долгое время. Не я дала им магию. Не я решила уничтожить саму себя. Волколаки же хотели обращаться и думали, что именно я виновата. Что из-за меня они проиграли войну. И спустя много-много лет они отыскали меня, в отшельничестве и страдании. Лучше поздно, чем никогда. И тогда я поняла, что у меня есть союзники и общий с ними враг, поэтому я могу вернуть власть над луной и над своей жизнью. И мы заключили сделку: они отыщут ведьму, которая сковывает нас, а я сделаю для них то, что они пожелают. И после того, как они убили твою семью, всех до одного, кроме тебя, они попросили о вечной полной луне. И я максимально проявила свою силу. И спустя столько лет изгнания и бессилия я была рада. Наши желания совпали.

Я билась в конвульсиях, слушая ее речи. Дивия и впрямь оказалась не той, за кого мы с Яном ее принимали. История моих предков из ее уст звучала совсем по-другому, а не так, как мы считали.

Дивия и была самым главным врагом нашего рода, причем с незапамятных времен, и я не знала причин. Но одно совершенно ясно: сейчас она хочет закончить начатое – убить меня, поскольку, очутившись здесь вместе с Яном и разыскивая источник магии, я все еще опасна для нее.

Дивия занесла надо мной руку и припечатала к моему лбу. Резкая боль пронзила голову, и на миг мир почернел перед глазами. Меня начало судорожно трясти, тело не подчинялось, и боль становилась все сильнее и невыносимее.

Но вдруг она прекратилась. И серые пряди Дивии больше не щекотали мою шею.

Полыхнул горячий огонь, Дивия принялась отмахиваться от пламени. Слышался писк и шорох взмахивающих крыльев – Кинли, взявшийся из ниоткуда, храбро защищал меня и извергал потоки пламени.

Всего на секунду я бросила взгляд на цмока – его атаковали три волка, вцепившись клыками в чешую, а он сбрасывал хищников, обжигая пламенем, вздымая в воздух крылья и ударяя по волколакам тяжелым хвостом.

Но один только что запрыгнул на него снова.

Совсем рядом послышался удар и жалобный скулеж – Дивия отшвырнула Кинли, и он рухнул на пол. Она отвлеклась, и я сумела бы убежать, воспользовавшись заминкой, но не могла бросить моего Кинли умирать.

Вытирая крупные слезы, бросилась к нему, пробегая мимо Дивии, и обхватывая его руками. Я ощутила, как он сильно кусает меня за предплечье. На коже выступает кровь. И Кинли смотрит на меня так, как никогда, словно все понимает: свирепо и решительно. Наверное, если бы он мог на человеческом языке что-то сказать, он бы велел мне уходить.

Намеренно обжигая меня, будто пытаясь разозлить, отталкивая меня, он вырывается и взлетает, атакуя Дивию. А мое тело в ту секунду повинуется лишь инстинкту самосохранения: я резко разворачиваюсь и теперь несусь прочь, к разбитому окну.

Выбегая в лес, не оглядываюсь, не в силах пережить то, что, возможно увижу, и мчусь прямо в лесную чащу.

И бегу так быстро, как только могу. Навстречу ночной мгле.

Глава 13

Мир мертвых

Я все еще стремительно несусь, ветер бьет мне в лицо. Влажные, не успевшие высохнуть волосы