Та, которая видит. Запах зла - Гленда Ларк

— Кел, с тобой все будет в порядке? — спросила Блейз.

Я знал, что она говорит не о моей усталости, и честно ответил:

— Не знаю. Может быть, понемногу… В том, что случилось с дастелцами, я был инструментом, хоть и не причиной. Моей вины в их гибели нет, это все равно когда-нибудь случилось бы. Мортред не мог жить вечно. И все равно я жалею, что не разделался с ним быстрее. Тогда люди на Плавнике остались бы в живых. — Мои слова ничего, конечно, не меняли — факт оставался фактом: мои действия повлекли смерть тысяч людей на всех Райских островах, и мне предстояло всю жизнь терзаться своей виной. Блейз это знала, как знал и я. — Блейз…

— Да?

— Мне ужасно жаль, что я подверг тебя такому риску — там, на Сухаре — только потому, что мне не хватило духу убить Мортреда быстрее. Я ведь все ждал, что явится кто-то из вас и возьмет грязную работу на себя.

Лицо Блейз расплылось в улыбке.

— Э, Гилфитер, разве это была бы жизнь — без капельки волнений? У тебя в запасе было две секунды — куча времени.

Я не понял, о чем она говорит.

— Две секунды?

— Когда Мортред ударил дун-магией — он метил в Сухарь, где я находилась, а не в Плавник. Только все получилось не так: из-за того, что ты его ударил, Мортред потерял контроль над своей силой, и она рассеялась во всех направлениях и особого вреда не причинила. Тем, кто был на Плавнике, не повезло: Плавник оказался ближе, так что удар обрушился сначала на него. Вот в этом и было все дело, Кел. Ударь ты Мортреда на две секунды позднее, все случилось бы иначе: Сухарь превратился бы в пыль… и падать мне пришлось бы с большой высоты. Тогда бы я тут не стояла.

Я был поражен.

— Две секунды…

Блейз кивнула.

— Я чуть тебя не убил… — Сердце у меня замерло — как в тот момент, когда Плавник обрушился и я думал, что Блейз окажется под завалом. В тот момент мне так хотелось сказать ей правду, так хотелось, чтобы она знала: мне нравилась совсем не Флейм, а она, Блейз. С той самой ночи на Небесной равнине, когда она говорила со мной о Джастрии и о своем друге, которого ей пришлось убить, и мы вместе любовались лунными цветами, я думал только о ней. В конце концов, когда мы добрались до Ксолкаса, я любил ее не меньше, чем раньше любил Джастрию… нет, гораздо больше.

Да, мне хотелось сказать ей об этом, как много раз хотелось раньше, только какой в этом был смысл? Сначала я неверно понял их отношения с Флейм, а потом на сцене появился Райдер; я видел, с каким выражением Блейз смотрит на него, будь он проклят. Он обладал всем, чего я был лишен, — мужественной красотой, уверенностью в себе, опытом многих странствий, положением в обществе. Он был тем, кто не раз спасал Блейз жизнь, был человеком, равным ей во всем. Разве мог с ним соперничать рыжий лекарь, спотыкающийся на ровном месте?

Я ревновал к Райдеру, конечно. И я спас его ради Блейз — а вовсе не потому, что так уж заботился об этом менодианском патриархе. Его жизнь я купил ценой свободы двенадцати злых колдунов — только потому, что она его любила. Я так и не смог с тех пор понять, делает это мой поступок более или менее достойным…

Я улыбнулся.

— Как хорошо, что ты умеешь так быстро бегать, правда?

— Правда, друг мой пастух, — ласково сказала Блейз. — Пошли ужинать. Баранина, которую готовят на Ксолкасе, очень хороша.

За постоянным подначиванием скрывалась теплая дружеская привязанность, и этим мне приходилось довольствоваться.

От агента по особым поручениям Ш. айсо Фаболда,

Департамент разведки.

Федеральное министерство торговли, Келле, Достопочтенному М. айсо Кипсуону,

Президенту национального общества научных, антропологических и этнографических исследований не-келлских народов

15/1 месяца Одной Луны, 1794

Дорогой дядюшка!

Мне очень жаль, но новой порции перевода для Вас у меня еще нет. Натану пришлось много времени потратить на работу с другими документами, которые в срочном порядке затребовало министерство.

Дядюшка, мне очень нужен Ваш совет: дело касается Аниары. Как Вам известно, между нами возникла глубокая симпатия, и я даже «поставил вопрос ребром», как говорит теперешняя невоспитанная молодежь. Однако, к несчастью, в настоящий момент наши отношения не вполне безоблачны. Аниара требует, чтобы я взял ее с собой в путешествие к Райским островам. Стань она моей женой, было бы вполне возможно включить ее в состав экспедиции: иметь при себе супругу — одна из привилегий руководителя. Однако мне представляется, что благовоспитанной даме не место на корабле. Когда я сказал об этом Аниаре и попросил ее проявить терпение, она была очень недовольна. Наша помолвка оказалась разорвана. Насколько мне известно, Аниара обратилась к министру торговли. Мне она об этом, конечно, не говорила, но из других источников я узнал, что она пытается добиться, чтобы ее включили в экспедицию в качестве сотрудницы.

Не сообщите ли Вы мне, не приходили ли соответствующие запросы в наше общество? Не интересовалось ли министерство Вашим мнением? Я глубоко встревожен, потому что могу оказаться в дурацком положении, если Аниара добьется своего, прибегнув к покровительству супруги Протектора. Поэтому-то я так нуждаюсь в Вашем совете. Нет ли способа сделать так, чтобы общество рекомендовало отклонить просьбу Аниары об участии в экспедиции?

По правде сказать, дядюшка, я начинаю думать, что вовремя избег опасности. Госпожа Аниара айси Терон, несомненно, представляет собой худшую разновидность синего чулка и совершенно неуправляема. Никогда в жизни я так не обманывался. Как выяснилось, она даже проникла в библиотеку общества и стала читать воспоминания Блейз Полукровки в их неадаптированном виде! Не сомневаюсь, что Вам этот факт не был известен. О чем только думал библиотекарь, позволив ей такое! Ведь на полках хранятся отчеты об антропологических исследованиях, совершенно не подходящие для глаз благовоспитанных представительниц слабого пола. Более того: теперь Аниара буквально одержима мыслью о встрече с Блейз Полукровкой! Можете Вы себе такое представить? Дядюшка, я горячо надеюсь на Вашу поддержку и на то, что Вы наведете порядок в делах общества.

Что касается следующей порции перевода, я постараюсь доставить ее Вам как можно быстрее. Эта часть содержит, конечно, сведения о дальнейшей судьбе Блейз и Гилфитера, но также и о некоторых других людях, с которыми мне удалось побеседовать. Особенно интересно интервью с одним из тенкорских ныряльщиков. Поразительная личность! Как говорится, служил и нашим, и вашим. Кроме того, я многое узнал, получив доступ к архивам Патриархии и к протоколам Совета хранителей. Все это чрезвычайно интересно и проливает новый свет на мифы, поверья и историю Райских островов.