Танец с драконами - Джордж Мартин

Теон поднял голову и бросил на нее настороженный взгляд:

— Пожалуйста, не надо. Я… Я…

— Делай, как она велела, — приказал сир Эйенис. — Покажи нам свои руки.

Теон стянул перчатки и поднял руки вверх, чтобы они их видели. Это не то же самое, как если бы я стоял перед ними голым. Нет, совсем не так плохо. На его левой кисти было три пальца, на правой — четыре. Рамси лишил его только мизинца на одной руке и безымянного с указательным на другой.

— Это с тобой сделал Бастард, — сказала леди Дастин.

— Если миледи угодно, я… Я сам его попросил. — Рамси всегда делал так, чтобы его просили. Рамси всегда заставлял меня умолять его.

— Зачем бы тебе просить его?

— Я… Мне не нужно так много пальцев.

— Четырех вполне хватит, — сир Эйенис Фрей погладил пальцами росшую на его безвольном подбородке тонкую коричневую бородку, похожую на крысиный хвост. — Четыре на правой руке. Он все еще может держать меч. Кинжал.

Леди Дастин рассмеялась:

— И все Фреи такие дураки? Посмотрите на него. Держать кинжал? У него едва хватает сил, чтобы держать ложку. Вы действительно думаете, что он смог бы одолеть это мерзкое создание Бастарда и протолкнуть его мужское достоинство ему в глотку?

— Все умершие были сильными людьми, — сказал Роджер Рисвелл. — И ни один не был заколот. Наш убийца — не Перевертыш.

Бледные глаза Русе Болтона впились в Теона, такие же острые, как нож для свежевания у Скорняка.

— Я склонен согласиться. Даже если не брать в расчет силы, он не в состоянии предать моего сына.

— Если не он, то кто? У Станниса есть какой-то человек внутри замка, это очевидно, — проворчал Роджер Рисвелл.

Вонючка — не человек. Не Вонючка. Не я. Он задался вопросом, рассказала ли им леди Дастин о криптах и отсутствующих мечах.

— Мы должны присмотреться к Мандерли, — пробормотал сир Эйенис Фрей. — Лорд Виман нас не любит.

Рисвелл так не считал:

— Он любит свои бифштексы, котлеты и пирожки с мясом. Чтобы рыскать ночью по замку, ему нужно хотя бы выйти из-за стола. А он делает это, только когда ищет нужник для своих часовых восседаний.

— Я не говорю, что лорд Виман убивает собственноручно. Он привел с собой триста человек. Сто рыцарей. Любой из них, возможно…

— Действовать под покровом ночи — занятие не для рыцаря, — возразила леди Дастин. — И лорд Виман — не единственный, кто потерял близких на вашей Красной Свадьбе, Фрей. Вы думаете Смерть Шлюхам любит вас сильнее? Если бы вы не удерживали Большого Джона, он вытащил бы ваши внутренности и заставил бы вас съесть их, как леди Хорнвуд съела свои пальцы. Флинты, Сервины, Толхарты, Слейты… у них у всех были люди на стороне Молодого Волка.

— Из дома Рисвеллов тоже, — произнес Роджер Рисвелл. — И даже люди Дастина из Города-на-Кургане.

Леди Дастин раздвинула губы в тонкой, жестокой улыбке:

— Север помнит, Фрей.

Губы Эйениса Фрея задрожали от возмущения.

— Старк нас опозорил. Именно это вы, северяне, должны помнить лучше всего.

Русе Болтон потер потрескавшиеся губы:

— Пререкания нам не помогут, — он щелкнул пальцами в сторону Теона. — Ты свободен. Будь осторожен на своих прогулках. Иначе мы можем найти завтра утром тебя, улыбающимся красной улыбкой.

— Как прикажете, м'лорд, — Теон натянул перчатки на изувеченные руки и поковылял прочь на изувеченных ногах.

В час волка он все еще бодрствовал: укутавшись в засаленные шкуры поверх тяжелой шерстяной одежды, брел уже который круг по внутренней стене в надежде измотать себя и уснуть. Ноги по колено заледенели от снега, голову и плечи окутал белый саван. На этом участке стены ветер дул ему прямо в лицо, и тающий снег стекал по его щекам ледяными слезами.

Затем он услышал рог.

Протяжный тихий стон, казалось, повис над зубцами, задерживаясь в темном воздухе и глубоко проникая в кости каждого, кто его слышал. На всех замковых стенах часовые повернулись на звук, покрепче сжав древки своих копий. В разрушенных залах и башнях Винтерфелла лорды зашикали на других лордов, лошади заржали, а спящие зашевелились в своих темных уголках. Не успел звук боевого рога стихнуть, как начал бить барабан: БУМ дум БУМ дум БУМ дум. А из уст в уста полетело имя, написанное маленькими белыми клубами морозного воздуха. Станнис, шептали люди, Станнис здесь, Станнис пришел, Станнис, Станнис, Станнис.

Теон вздрогнул. Баратеон или Болтон, для него это не имело значения. На Стене Станнис действовал сообща с Джоном Сноу, а Джон снимет с него голову в одно мгновенье. Вырвавшись из лап одного бастарда, умереть от руки другого, что за шутка. Теон бы громко рассмеялся, вспомни он, как это делается.

Барабан, казалось, звучал из Волчьего леса за Охотничьими воротами. Они прямо за стенами. Теон вместе с парой десятков человек поспешил вдоль прохода, но даже добравшись до примыкавших к воротам башен, они все равно ничего не смогли увидеть за белой пеленой.

— Они что, хотят этим воем разрушить наши стены? — пошутил Флинт, когда боевой рог прозвучал снова. — Может, он думает, что нашел Рог Джорамуна?

— Разве Станнис настолько глуп, чтобы штурмовать замок? — спросил часовой.

— Он не Роберт, — заявил человек из Города-на-Кургане. — Он будет держать осаду, помяните мое слово. Попробует взять нас измором.

— Он первым отморозит свои яйца, — сказал другой часовой.

— Мы должны сразиться с ним, — объявил Фрей.

Вперед, подумал Теон. Отправляйтесь в эти снега и умрите там. Оставьте Винтерфелл мне и призракам. Он чувствовал, что Русе Болтон одобрил бы такую битву. Ему нужно положить этому конец. Замок был слишком переполнен, чтобы выдержать длительную осаду, а лояльность слишком многих лордов вызывала сомнения. Толстый Виман Мандерли, Амбер Смерть Шлюхам, люди домов Хорнвудов и Толхартов, Локи, Флинты, Рисвеллы — все они были северянами, и присягали дому Старков на протяжении бесчисленных поколений. Их держала здесь девочка, кровь лорда Эддарда, но она просто фальшивка, ягненок в шкуре лютоволка. Так почему бы не отправить северян в бой со Станнисом до того, как фарс раскроется? Резня на снегу. И с каждым павшим — на одного врага меньше у Дредфорта.

Теон задумался, позволят ли ему тоже сражаться. Так, по крайней мере, он мог бы умереть как мужчина, с мечом в руке. Рамси никогда бы не преподнес ему такого подарка, но лорд Русе — вполне возможно. Если я буду его умолять. Я сделал все, что он от меня хотел, сыграл отведенную мне роль, выдал девушку замуж.