Сайберия - Владимир Сергеевич Василенко

в приталенном лёгком пальто — шагала впереди, время от времени указывая на тот или иной экспонат.

— Большинству этих растений теплица не требуется — они научились выживать даже в условиях экстремально низких температур. Однако помещение их в более благоприятную среду имеет очень интересный эффект. В Сайберии они приспособились расти и развиваться в короткие периоды оттепелей, на время морозов замедляя все процессы практически до нуля и формируя защитный кокон из эдры. Зимой мы обязательно посмотрим, как это выглядит на практике — в северной части парка многие из этих растений высажены прямо в грунт.

Она остановилась напротив здоровенной бочкообразной коряги, обросшей длинными шипами, между которыми, будто прячась, выглядывали яркие розово-белые цветы размером с кулак.

— Однако те экземпляры, что высажены здесь, в отапливаемой круглый год теплице, развиваются в несколько раз быстрее за счёт того, что не уходят в спячку и получают гораздо больше тепла, чем их собратья.

Обратите внимание на этот Rhododendron Siberica Praedatoria. Крайне любопытная устойчивая мутация растения из семейства вересковых. Иногда его называют сибирским кактусом — очевидно, из-за внешнего вида, но не только. Видоизменённый ствол этого растения, по сути, превратился в природный термос, способный поддерживать постоянную температуру, независимо от температуры внешней среды. Прежде всего это нужно растению, чтобы сохранять внутри запас воды в жидком виде и не впадать в спячку полностью. Весной, когда солнце уже начинает пригревать, но почва всё ещё промёрзла, этот запас позволяет раньше пустить зелёные побеги.

Однако из-за своих свойств он привлекает внимание мелких животных, которые любят устраивать внутри него норы, пользуясь его теплом. Чтобы обезопасить себя от них, сибирский рододендрон обзавёлся внушительными шипами, к тому же ядовитыми. Но не остановился и на этом. На более поздних этапах развития этот кактус становится… плотоядным!

Коржинская осторожно ткнула деревянной указкой в один из красных мясистых цветков, и тот вдруг сомкнулся, довольно шустро захватив добычу. Правда, почти сразу же отпустил, поняв, что указка несъедобна.

— В дикой природе развитие данного растения замедленно в несколько раз, поэтому до этой фазы оно порой и не успевает дойти, погибнув раньше или застряв на предыдущей стадии. Да и в целом механизм данной трансформации не до конца изучен. Хотя в оранжереях университета насчитывается уже около десятка плотоядных экземпляров Rhododendron Siberica. Причём данный — совсем не самый крупный по сравнению с остальными. Но зато более-менее безопасный, чтобы демонстрировать его на лекциях… Эй, осторожнее! За ограждение не заходить! Галагуш, я всё вижу!

Профессор окрикнула одного из великовозрастных балбесов неожиданно жёстким голосом.

— Галагуш, ещё одна подобная выходка — и мой предмет будете изучать исключительно по книгам и иллюстрациям.

— Простите, Софья Николаевна, я просто…

— Просто «что»? Хотел избавиться от лишних пальцев?

По группе студентов прокатилась волна смешков, но Коржинская, вскинув голову, обвела всех взглядом сквозь сдвинутые на кончик носа очки.

— Ничего смешного, господа. Вокруг Rhododendron Siberica Praedatoria не зря установлено ограждение. Растение безошибочно чувствует приближение добычи — как по вибрации почвы, так и по температуре. И атаковать может гораздо быстрее, чем вы можете представить. Обратите внимание на нижнюю часть. Видите эти наросты, похожие на коконы? Это схлопнувшиеся цветки и, судя по всему, в них находятся пойманные мыши. А вон в том — что-то покрупнее. Растение приманивает добычу с помощью запаха своих цветов — настолько сладкого и манящего, что сопротивляться ему сложно.

— Да вот я и унюхал, хотел сорвать хоть один лепесточек… — проворчал проштрафившийся студент, снова вызвав смех и подначки однокурсников.

— И снова — не вижу ничего смешного, — строго отозвалась Коржинская. — Уже доказано, что аромат этого растения содержит в себе особые дурманящие химические соединения, действие которых схоже с наркотиками. На людей они в естественном виде действуют слабо. Однако цветки сибирского рододендрона используются в парфюмерии. Их нектар в высокой концентрации, добавляемый в духи, обладает очень выраженными свойствами афродизиака. Правда, очень быстро улетучивается, так что действие его недолго.

Тут уже зашушукались девчонки из группы. Меня, впрочем, эти парфюмерные изыски не особо интересовали. Зато в ходе рассказа о плотоядном растении в памяти всплыли образы из воспоминаний албыс. О чёрном дереве-пожирателе, стоящем в тайге неподалёку от деревни Самусь.

— И часто растения в Сайберии становятся плотоядными? — спросил я.

— Хм… Сибирский? С Горного факультета? — наконец, разглядев меня в задних рядах, удивилась Коржинская. — Но у вас же сейчас другой предмет…

— Ничего не могу с собой поделать, обожаю ваши лекции, — развёл я руками, не обращая внимание на повернувшихся ко мне студентов. — Да и я ненадолго, скоро уйду. Но что по поводу моего вопроса?

— Ну, что ж… Об этом я и собиралась рассказывать дальше. Примеры плотоядных растений в природе встречаются не так уж редко. Можно вспомнить такие виды как росянка, венерина мухоловка, сарацения, пузырчатка, непентес и многие другие. Всего насчитывается несколько сотен разновидностей. Но в подавляющем большинстве это небольшие насекомоядные растения. За счёт дополнительной подкормки в виде органики они получают питательные вещества — в первую очередь, азотные соединения.

Однако в Сайберии мутации растений, связанные с переходом к гетеротрофному питанию, приобретают гораздо больший масштаб и глубину. На примере сибирского кактуса можно сказать, что фотосинтез в его жизнедеятельности, наоборот, занимает скорее вспомогательную роль, а большую часть питательных веществ он получает из органической пищи. Кроме того, в Сайберии плотоядные растения достигают значительных размеров, а их основная добыча — уже не насекомые, а мелкие млекопитающие и птицы…

— А слово «осокорь» вам ни о чём не говорит? — добавил я.

— Осокорь… — задумалась Коржинская. — Это чёрный тополь, Pópulus nígra. Достаточно тривиальное дерево, ареал его распространения — главным образом западная часть Евразии. В наших краях он тоже встречается, но гораздо реже.

— А изменённые разновидности? Бывают среди них плотоядные?

— Об устойчивых мутациях осокоря мне сведений не попадалось. Другое дело, что эдра может вызывать разовые мутации, причём достаточно сильные. Большинство из них, правда, ведёт к гибели объекта или к нарушению репродуктивного механизма, поэтому такие экземпляры остаются в единственном числе… А почему вы спрашиваете, Сибирский?

— Да так… Любопытство.

— Мне известно о вашем сотрудничестве со Священной Дружиной, — оживилась профессор. — Если вам вдруг попадётся интересный с точки зрения биологии экземпляр, я была бы признательна, если бы вы посодействовали тому, чтобы наша кафедра получила доступ к его изучению.

— Ну, экземпляры, которые нам попадаются,