Канцелярист - Антон Сергеевич Федотов

до таких тонкостей было все равно. Он в блаженном беспамятстве валялся на полу.

— Я скоро вернусь, — мгновенно взял под контроль собственный Огонь парень, кивнув притихшей оперативнице Ордена. — Мы потеряли друзей. Я очень хочу отомстить. И очень надеюсь, что к моему возвращению вы расскажете что-нибудь, что поможет мне справиться с этим чувством, иначе буду за ваш счет его… Удовлетворять.

На этих словах у Джулии где-то в очередной раз похолодело, а кое-где и разлилось приятное тепло, заставившее вспомнить все старые обещания меньше работать и хотя бы чуть-чуть уделять внимание потребностям молодого женского тела.

* * *

— Переборщил. — Констатировала Ольга, едва Матвей вошел в тамбур комнатки с несколькими мониторами, куда выводилось изображение с камер покоев гостей.

— Да ну? — Не слишком удивленно пожал плечами Воронцов. — Да я бы этого козла…

— Козу, — слегка поправила его невеста. — Вон ту очаровательную козочку!

— Да я же ее и пальцем не тронул! — Удивился парень.

— Да-да, — согласилась Демидова. — То-то она и не знает, от чего трястись в твоем присутствии — страха или возбуждения!

Приподнятые брови мага и озадаченные выражения на части лиц их дружной компании заставили девушку усмехнуться. А вот штатный маг и медик группы был скорее согласен с Ольгой… Но по-своему:

— Оно и к лучшему, парень. Когда будешь ее на ленточки нарезать гормоны чуть снимут боль, зато подстегнут фантазию. По мне так быстрее расколется. Начни с лица и, главное, не забывай ей рассказывать, что именно ты собираешься с ней сделать в следующую секунду… Что? — Пожал плечами он в ответ на удивленные взгляды. — Это не я придумал, а природа и эндорфин!

— Хм, мне, конечно, телка эта не нравится, — заявила Демидова нарочито грубым тоном. — Особенно это ее взгляд кошки, у которой чешется, что у твоего кролика морда…

Народ от таких сравнений слегка прифигел.

— … Однако мысль пустить ее на лагман мне не нравится!

Легкие смешки вокруг подтвердили солидарность части компании с единственной здесь дамой.

— Нравится или нет, — равнодушно пожал плечами даже не улыбнувшийся Матвей. — А я их обоих на куски порежу, если они сейчас не скажут мне ничего интересного.

— Как так можно? — Возопил Михей, явно стремясь «разморозить» парня. — Она же красивая!

— Ну хорошо, — согласно наклонил голову маг. — Можно и так… Но потом, если не заговорит, на куски. И это… Исполнять сам будешь, а то меня невеста не простит.

И никто из присутствующих не смог точно сказать, насколько парень шутит.

— Слушай, забирала бы ты своего мужика, — шепнул на ухо девушке Тунгус. — Там кухня небольшая есть в комнате отдыха «бодрянки»[6]. Покорми, чтоль, а то он сейчас действительно итальяшек на фарш пустит.

Ольга задумчиво кивнула, и, подхватив будущего мужа под локоток, словно айсберг на буксире потащила его ко всеми мужчинами предмету — холодильнику. Женщинами сей предмет был любим, кстати, не меньше, вот только они зачастую лукавят (если не сказать «врут»), что это не так!

А кухня и правда была удобна. А уж после нашедшейся в холодильнике колбаски, помидорчиков и яиц, что мигом превратились спасенье каждого холостяка — гигантскую яичницу, так и вовсе… Казалось, приятное тепло в желудке даже чуть подтопило льдинки в глазах Матвея… Настолько, что Ольга искренне понадеялась отправить «на разговор» кого-то другого, но забыть о втором раунде переговоров не позволял таймер на телефоне ее жениха.

— Пора. — Констатировал парень, с сожалением окидывая здоровенную сковородку, куда уместилась целая палка колбасы, штук пятнадцать яиц и несколько здоровенных томатов.

В ней еще половина блюда осталась. Вот только он был уверен, что к его возращению это упущение будет добросовестно исправлено. Ну не нашлось здесь нужного количества тарелок, вот и «цепляли» вилками лакомые кусочки прямо со сковородки всей толпой. А семеро одного, как говорится, не ждут!

* * *

— Готовы к разговору? — спокойно спросил Воронцов, закатывая рукава темной рубашки.

У кого другого этот жест мог бы получиться наигранным, но в данном случае, похоже, был попросту функциональным.

Удобнее так работать с «материалом», да и все тут.

— Спрашивай. — Брезгливо бросил Марко, уже смирившийся с тем, что ему придется рассказать все, что хочет знать этот злой русский парень, но все еще старающийся держать марку.

Два удара. Печень-челюсть. Воронцов связку годами нарабатывал.

— Зха фто?… — только и успел прохрипеть итальянец, как его приключения в Российской империи продолжились полетом в ту же стену.

Минут пять понадобилось посланцу Генерала, чтобы вновь прийти сюда.

— Больше такого не повторится, — спокойно заявил устроившийся за это время в удобном кресле Матвей, глядя прямо перед собой. — В следующий раз будем действовать более… Профессионально. И «сыворотку правды» еще надо будет заслужить.

Джулия в этот момент почувствовала иррациональное облегчение. Парень все еще готов был добиваться ответов любыми методами (он не шутил!), но из глаз ушло это по-настоящему леденящее сердце равнодушие.

— Я же… Я… Кха-кха… Готов был… На все вопросы… Зачем? — Тяжело дыша прохрипел Марко.

— А не будет вопросов, — безмятежно объявил маг. — Сейчас ты начнешь говорить. Если того, что ты скажешь, мне покажется недостаточно, то я начну зверствовать. Больше предупреждений не будет.

Марко удивленно замолчал. И молчал гораздо дольше, чем Матвей для него посчитал возможным.

— Ну, на нет и суда нет! — даже с каким-то удовольствием протянул Воронцов, поведя плечами и готовясь покинуть насиженное место.

— Скорцени! — Буквально выкрикнула Джулия. — Фредерик Скорцени. Позывной «Рико». До недавнего времени был главой сети силовой поддержки в Санкт-Петербурге, но на несколько месяцев отзывался куда-то в Забайкалье для проведения операции под непосредственным командованием главы ренегатов. Начинал свой путь в составе отряда боевых пловцов «Тезео Тезей» прямого подчинения генштабу ВМС…

Матвей с удовольствием плюхнулся обратно в мягкое кресло, сложив пальцы в любимом жесте князя Михалкова — «Ришелье в раздумьях», и приготовился слушать.

[1] Отде́льный ко́рпус жанда́рмов (ОКЖ) — специализированный государственный полицейский орган в 1827—1917 годах, политическая полиция Российской империи.

Обеспокоенный возможным распространением тайных обществ, подготовивших восстание на Сенатской площади, российский император Николай I 28 апреля (10 мая) 1827 утвердил Положение о Корпусе жандармов (позднее он был переименован в Отдельный корпус жандармов). Военные чины этого корпуса составляли основу штата жандармско-полицейских учреждений Российской империи.

[2] Го (яп. 囲碁