Цена ошибки - Грибанов Роман Борисович

И вот сейчас капитан Гриссом, проснувшись от того, что действие обезболивающего проходит, не мог сообразить, что его так тревожит. Ну точно! Выстрелы, явно из автоматического оружия. Гриссом начал судорожно одеваться, сиплым спросонья голосом будя остальной экипаж и пытаясь нашарить в темноте (света не было во всей Зеландии со вчерашнего вечера) сырую кобуру с пистолетом, висевшую вместе с формой на никелированной спинке его кровати. Внезапно дверь в комнату резко распахнулась, и мощный свет нескольких фонарей ударил по глазам полуодетых летчиков.

Старшина второго взвода четвертой роты сто восьмого гвардейского парашютно-десантного полка, оглядев своих бойцов, довольно улыбнулся. Все здесь, никто не поломался и не потерялся. Меньше десяти минут назад их выпускающий, получив от пилотов Ан-8, летевшего одним из первых в колонне троек на высоте пятьсот метров, команду, открыл хвостовую аппарель, и они, под крики «пошли, пошли, братишки», посыпались двумя потоками в ночное датское небо. Ориентиры им были указаны заранее, к западу от озера Сорё, севернее автострады Е20. Собравшись после высадки, командир роты приказал их взводу прочесать маленький городишко, стоявший возле шоссе, и заодно прихватить любой автотранспорт. Выбежав на площадь перед кирхой, десантники увидели грузовичок и маленький автобус, стоявший перед зданием с вывеской, которое оказалось местной полицией. Выскочивших из здания четверых полицейских, пытавшихся поднять свои пистолеты, старшина положил тремя очередями. Командир взвода послал его с одним отделением прочесать полицейский участок, второе отделение – быстро осмотреть дома в округе, сам же остался рядом с автомашинами. Разжившись длинными фонарями у лежавших на ступеньках полицейских, старшина стал методично обшаривать здание, пинками открывая двери.

– Ух ты, а это что за клоуны?

Полуодетые американцы в грязной, до конца не просохшей форме, действительно мало походили на бравых пилотов USAF, которые еще вчера садились в свой «бафф» на авиабазе Уайтмэн. Услышав русскую речь, капитан Гриссом стал интенсивнее дергать свой кольт, застрявший в сырой кобуре.

– Хэндс ап! – заорал старшина, переводя ствол своего АКС на замерших полуодетых людей в американской летной форме. Замерших, кроме одного, в форменной куртке на голое тело, который упорно лапал кобуру, висевшую вместе со штанами на спинке его кровати. Старшина уже было хотел пристрелить этого придурка, но в последний момент заметил на его куртке капитанские погоны.

– Турсунбаев! – скомандовал старшина, кивнув на капитана и продолжая удерживать остальных американцев на мушке. Здоровенный казах, чемпион их батальона по самбо, молча кивнул, закидывая автомат за спину, и скользнул плавным и одновременно стремительным движением к капитану Гриссому. Р-раз! И капитан оказался на полу, крича от боли в вывихнутой правой руке.

– Кольт… 1911А1, – прочитал Турсунбаев надпись на пистолете, наконец-то покинувшем многострадальную кобуру.

– Возьми себе, на память. Будешь девкам показывать, хвастать, как американский самолет сбил и у его командира пистолет отобрал. И выводи этих клоунов, пусть поднимают своего и выходят на улицу, мы остальные комнаты проверим, – добродушно посмеиваясь, сказал старшина.

– Гоу, гоу, вашу мать!

Подталкиваемые дулом автомата, ошалевшие от таких кардинальных перемен члены экипажа «баффа», поддерживая воющего от боли своего командира, вывалились на улицу. Над притихшим Киндертофтом с ревом проходила следующая колонна троек Ан-12, заходя на выброску второго эшелона десанта.

Одновременно с этими событиями произошли следующие: аэродром Торструп, штаб датской бригады быстрого реагирования в Вординборге и штаб первый Зеландской мотопехотный бригады в Лайре получили по ракете с атомной боеголовкой, по десять килотонн каждая. Город Фредерисия, на полуострове Ютландия, где находился штаб и тыловые части единственной датской мотопехотной дивизии, подвергся налету целого полка бомбардировщиков Ил-28 польских ВВС. Кроме того, вчера вечером на маленькую Зеландию уже упала почти одна мегатонна – кроме Копенгагена, по триста килотонн получили позиции ЗРК «Найк-Геркулес» возле Когё и Хиллерод. В наиболее сложном положении оказались части самого боеспособного соединения армии Дании – датской бригады быстрого реагирования в Вординборге. Командование бригады, получив сообщение о десанте на остров Лолланн, начало принимать меры к отражению десанта. В тот момент, когда на Вординборг упала ракета с ядерной боеголовкой, один танковый и один механизированный батальон уже почти закончили переправу паромами на мыс Фаро острова Богё. А разведрота бригады уже подходила к Сакскёбингу на Лолланне.

В итоге оба батальона бригады вступили в бой без связи с командованием, да еще и без артиллерийского дивизиона, который попал под удар вместе со штабом. И в результате без подкреплений, потому что переправа через Фаробрёме не осталась не замеченной воздушной разведкой ОВД, и через полчаса паромы оказались под ударом девятки Як-28Б. Вместе с переправляющейся на них противотанковой ротой бригады быстрого реагирования.

И когда часом позже началась высадка основного морского десанта на сам остров Зеландия с кораблей ВМФ ГДР, Польши и Балтфлота СССР, противостоять ему оказалось некому. Два батальона бригады быстрого реагирования на острове Лолланн оказались втянуты в бой с отвлекающим десантом ГДР; вдобавок без зенитной артиллерии и прикрытия с воздуха, под непрерывными атаками бомбардировщиков ОВД они быстро теряли боеспособность. Оставшийся мотопехотный батальон оказался без командиров, комбат и начштаба батальона погибли вместе со всем штабом бригады, когда над Вординборге вырос ядерный гриб.

Пока батальон приводил себя в порядок, на побережье Зеландии успел высадиться почти весь первый эшелон десанта, полк советский морской пехоты, усиленный артиллерийским дивизионом ННА ГДР и польским танковым батальоном. Первая Зеландская бригада датской мотопехотной дивизии тоже ничего не успела сделать. Сначала ее штаб подвергся ракетно-ядерному удару, потом подразделения бригады оказались втянуты в ночной бой с высадившимися двумя полками седьмой гвардейской воздушно-десантной дивизии. Командир сводного десанта, заняв Слагельсе почти без боя, оставил захваченные паромы и саму переправу через Большой Бельт под охраной всего одной роты, все остальные силы бросил в район Лайре. В открытом бою да под четким управлением командиров ударный кулак бригады, пятьдесят танков М47, шестьдесят бронетранспортеров М114 и восемнадцать самоходных гаубиц М52, раздавили бы десантников за пару часов. Но без управления и связи, подвергаясь мелким «укусам» десанта со всех сторон, не зная, куда наступать, бригада дергалась на месте, да еще под постоянными ударами с воздуха.

С рассветом ситуация только ухудшилась, наряду с бомбардировщиками Ил-28 теперь над позициями датчан постоянно висели немецкие МиГ-17 и советские Су-7Б. Вдобавок артиллерийский дивизион стодвадцатидвухмиллиметровых гаубиц ННА ГДР, спокойно высадившийся на побережье бухты Факс, продвинулся по захваченному шоссе Е47 до самого перекрестка с шоссе Е20 и далее на северо-запад, до Вилби Сьялланд, и начал методично обстреливать район Лайре, пользуясь корректировкой десантников. Через час после рассвета, высадившийся морской десант уже контролировал кусок Зеландии по линии вдоль шоссе Е47, от паромной переправы Фаро-Хаслев-Боруп-Вилби Сьялланд-Греве.

Только севернее Когё, равно как и в местечко Ганнебро, к югу от того же Когё, высадившиеся войска не заходили. Там были позиции ЗРК «Найк-Геркулес» и «Хок», получившие вчерашним вечером по триста килотонн, и уровень радиационного фона отбивал всякое желание заехать туда даже ненадолго.

К 11:30 утра 28 октября почти весь остров Зеландия оказался захваченным. Избиваемая со всех сторон, Зеландская бригада сложила оружие. Чуть раньше капитулировали остатки бригады быстрого реагирования в районе Вординборга. Дольше всех упирались остатки двух батальонов на острове Лолланн, но к обеду сдались и они, когда у них стали заканчиваться боеприпасы. Зеландский хемверн собраться вообще сумел только под утро, когда его склады и оружейные арсеналы были уже в чужих руках. К 13:00 в руках Приморского фронта оказались, не считая мелких островов, четыре крупных – Лолланн, Фальстер, Мен и, собственно, Зеландия. Исключение составлял район в треугольнике Копенгаген – Торструп – Хиллеред. Поскольку туда сегодня ночью и накануне вечером упало несколько ядерных ракет, да еще этот район был с плотной городской застройкой, разбираться с ним у командования Приморского фронта не было ни сил, ни желания. Ограничились лишь цепью постов на дорогах, окружавших этот район, пропускавших гражданских без ограничений. Пропускали даже датских полицейских, только отбирая у них оружие. Впрочем, датчане, уцелевшие в этом кошмаре, предпочитали бежать в такую близкую нейтральную Швецию, используя любые плавсредства для переправы через Эресунд.