То свидание в Кембридже… - Розали Эш

— Марко, относительно прошлой ночи… — начала она.

— Я извиняюсь. Это не повторится снова, — перебил он бесстрастно.

Она вздернула голову в удивлении. Встреченный взгляд был холоден как лед.

— Я был разозлен, — коротко объяснил он. — Этого оказалось достаточно для… сексуальных посягательств. Комаров я вполне заслужил, Полли.

— Я знаю, что ты был сердит… — Она отложила рогалик и посмотрела на него, внезапно потеряв аппетит. — Это из-за моих слов о честности?

— А как ты думаешь?

— Я думаю, из-за них. — Она отодвинула тарелку. — Это была провокационная фраза… Извини.

— Ты извиняешься? Значит ли это, что обвинение снято?

— Ты имеешь в виду, считаю ли я тебя честным человеком?

— Если тебе угодно так выразиться. Так как?

В его голосе была холодность. Вот откуда эта вежливая, отстраненная манера его сегодняшнего поведения, поняла она. Он отгородился от нее.

— Если ты хочешь сказать, что я согласна закрывать глаза на то, что ты делаешь, и удовлетворяться тем, как ты это объясняешь… то я стараюсь, Марко, но…

— Ты стараешься? — Сарказм его усилился.

— Марко… — хрипло начала она.

— Я обманывал себя, думая, что наше уединение сработает, — проговорил он холодно. — Нам надо будет как-то все устроить, когда мы вернемся в Тоскану. Ну а пока, чтобы избежать кривотолков по поводу медового месяца, попробуем извлечь из него максимум возможного.

— Что именно устроить? — робко спросила она.

— Без доверия мы не сможем создать нормальную семью, — тихо ответил он. — Возможно, я был слишком наивен, надеясь на что-то другое.

Слезы подступили к ее глазам.

Он встал.

— Заканчивай завтракать, Полли. Нам пора на пляж.

Полли почувствовала, что этот короткий разговор повлек за собой крушение всех надежд. С трудом сдерживая слезы, она поднялась из-за стола.

Ночной Трапани бурлил жизнью, ресторанчики были зазывно разбросаны вдоль всей гавани. Вокруг царило оживление, и она была рада этому. Наверное, Марко специально выбрал это место. Они могли успешно притвориться счастливой парой.

День прошел на удивление быстро, они плавали, загорали, читали, Полли собрала целую горсть перламутровых раковин в ближайшей бухточке. Марко взял напрокат моторку и катал ее вдоль берега, показывая пещеры в скалах. Пришлось признаться себе, что ей приятна его компания. Чтобы заполнить чем-то молчание, он рассказывал истории о древних финикийцах, приносящих отвратительные жертвы своим богам, о чем свидетельствовали полученные данные при раскопках около аэропорта Трапани…

— Теперь выбирай место, где пообедаем, — предложил он, когда они медленно брели по набережной. Толпы отдыхающих итальянцев наслаждались своей ежедневной предобеденной прогулкой. — Покажи ресторан, вид которого тебе нравится…

— Выбери сам. Ты знаешь здесь все, — сказала она, стараясь не дергаться, когда он взял ее под руку.

— Хорошо, — согласился Марко. — Мы пойдем в мой самый любимый ресторан. У них исключительные омары…

— Марко! Ciao, Марко… — К ним с восторженными восклицаниями проталкивались мужчина и женщина. Начался обмен приветствиями на итальянском. Полли смотрела, как Марко расцеловал женщину в обе щеки, потом долго обменивался с мужчиной дружескими похлопываниями по плечу и по спине.

— Моя жена, Полли. — Марко перешел на английский. — Полли, это Марио, мой старый друг и коллега, и его жена Джулиана.

— Piacere, очень приятно, — пробормотала Полли.

— Вы говорите по-итальянски? — спросила Джулиана, улыбаясь. Эта смуглолицая итальянка была очень изящна и удивительно хороша.

— Не до такой степени, чтобы поддерживать беседу.

— Ничего, мы будем говорить по-английски. Марко сказал, что вы совсем недавно поженились. Наши поздравления, мы так рады за вас!

— Вы должны пообедать с нами, — настаивал Марио, направляясь к ярко освещенному шумному ресторану. — Это двойной праздник, Марко! Только что жениться и одержать одну из самых внушительных побед на профессиональном фронте. Что вы чувствуете, Полли, будучи женой одного из самых храбрых юристов Италии?

— О чем разговор, Марко? — спросила Полли с любопытством, в то время как официант вел их к лучшему столику в ресторане.

— Марио любит преувеличивать, — неохотно отозвался Марко. — Он говорит о судебном процессе, который закончился на прошлой неделе. Ничего интересного.

Джулиана удивленно взглянула на нее, усевшись напротив.

— Вы не знаете? — Казалось, она в замешательстве. — Конечно же, вы были так заняты свадебными приготовлениями, что… — Она сбилась, вероятно, не в силах понять, что могло бы вызвать такую неосведомленность Полли.

— Не все в Италии разделяют наш интерес к сицилийским проблемам, — сухо сказал Марко, — а Полли совсем недавно прибыла из Англии. Она понятия не имеет о наших внутренних… недоразумениях и политике…

— Но ведь… — Марио сбился, заметив предостерегающий взгляд жены, и резко переменил тему, заговорив о новостях и об общих друзьях. Они беседовали в основном на английском, для Полли, но она чувствовала, что им с трудом удается обходить животрепещущую для всех тему.

Испытывая неловкость, Полли сосредоточилась на еде. Марко рекомендовал местный рыбный суп и омара. Тот оказался превосходным. Мужчины незаметно перешли на итальянский, оживленно жестикулируя с поистине южным темпераментом. Полли разговаривала с Джулианой, которая, как выяснилось, была учительницей.

— Я мечтаю о собственном ребенке, — делилась с ней Джулиана. — Марио и я женаты четыре года, мне уже тридцать два. Я начинаю беспокоиться, что время уходит. Ты хочешь детей, Полли?

Возникла краткая пауза.

— Ну… — Полли не знала, что ответить.

— У Полли уже есть ребенок. Мой сын, — просто сказал Марко. — Ему три года.

Реакция итальянской пары была настолько естественной и доброжелательной, что они начали нравиться Полли. Она подружится с этими людьми, сразу решила она.

В конце трапезы вопрос о судебном процессе возник снова. С шумом и приветственными восклицаниями к их столику подкатили серебристую тележку с бутылкой марочного вина и бокалами в форме тюльпанов. Хозяин ресторана торжественно подошел к столу и, произнеся маленькую цветистую речь, поднял бокал за принципиального и храброго Марко, сумевшего вывести на чистую воду шайку опасных преступников.

— Он наш собственный ангел-хранитель, — добавил он гордо.

Полли не могла опомниться от изумления. Люди за соседними столиками поворачивались и поднимали свои бокалы. Выбраться из ресторана было трудно, на это ушло больше двадцати минут. Только ссылки на медовый месяц и необходимость попасть на последний катер позволили им ускользнуть.

— Я что-то пропустила в итальянских газетах? — сказала она уже на набережной, где причаливал катер на Фавиньяну.

— Возможно. — Марко смотрел прямо вперед. Катер подходил к ним в темноте, его огни отражались в воде.

— Так что именно?

— Я же сказал, ничего интересного.

— Но почему ты так знаменит? — настаивала она.

Марко издал смешок.

— Знаменит? Несколько друзей поздравили меня с успешным завершением дела, Полли.

— Мне так не показалось. И другие люди в ресторане знали об этом.

Он нетерпеливо вздохнул.

— Ну хорошо, ты хочешь, чтобы я отчитался в своей скучной профессиональной деятельности? В качестве обвинителя я смог убедить довольно влиятельного преступника, что в его интересах стать pentito…

— Кем?

— Дать показания, раскаяться.

— Ты хочешь сказать, что он дал информацию, чтобы смягчить собственное наказание?

— Совершенно верно.

— И?..

— И в результате это привело к возможности предъявить довольно многочисленные обвинения. Статьи по поводу окончания дела вышли под крупными заголовками. Некоторые газеты пустили в ход прозвище «ангел-хранитель»…

Катер пришвартовался, пассажиры спускались на берег. Они с Марко стояли вместе с другими ожидающими.

— Звучит так, что ты сделал себе имя на этом, — мягко предположила она. Внезапно ее сердце перевернулось. — Ангел-хранитель? Так… я так понимаю, что ты подвергаешься опасности, Марко? Ты не значишься у кого-нибудь в черном списке?

— Уже нет, — спокойно заверил он. — А что, ты беспокоишься за Бена? Думаешь, что безответственно с моей стороны в таких условиях объявлять о сыне? Уверяю тебя, что ни ты, ни Бен не находитесь в опасности. Дело было завершено еще до крестин, Полли…

— На самом деле я не думала ни о Бене, ни о себе… — Лицо ее внезапно вспыхнуло.

— Не хочешь ли ты сказать, что заботишься о моей безопасности и благополучии? — фыркнул Марко.

— Неужели ты думаешь, что я хотела бы твоей смерти? — хрипло прошептала она.