Отец Александр Мень. Христов свидетель в наше время - Ив Аман

Отец Александр хотел рассказать сегодняшним людям о земной жизни Иисуса так, чтобы они почувствовали себя ее свидетелями. Чтобы достичь этого, он опирался на все доступные данные истории, археологии, библейской критики, но всегда сохранял живой и доступный стиль для читателя как можно более широкого, указывая постоянно на общее между жизнью сегодня и эпохи Палестины времен Христа.

Отрывки из этой книги были напечатаны в виде отдельных статей с 1959 г. до 1962 г. в «Журнале Московской Патриархии», в котором, кстати, отец Александр долго не печатался. Полный же текст в течение десяти лет оставался в машинописной рукописи. Он давал ее читать близким, непрерывно перерабатывал, вплоть до того дня, когда с ней познакомилась одна француженка русского происхождения, которая с недавних пор работала в Москве.

Ася Дурова родилась в России до революции. Ее родители уехали в эмиграцию и нашли приют во Франции, где она получила образование в католической школе под Парижем. Ася стала католичкой и даже вступила в монашескую общину, которая содержала эту школу. При этом она оставалась глубоко привязанной к своей родной стране. В 1964 г. она с радостью приняла место, предложенное ей во французском посольстве в Москве, где ее русско-французская культура, приветливость, человеческое тепло очень скоро сделали ее незаменимой для исполнения множества служебных обязанностей. Там она проработала пятнадцать лет. Все члены дипломатической миссии и иностранный персонал, находившийся в советской столице, были заперты в «золотом гетто» (кстати, большая часть оттуда почти и не пыталась вырваться), но Ася Дурова не дала себя запереть. После работы она выходила из посольства, с независимым видом проходила мимо милиционера, охранявшего здание (а его задача состояла, главным образом, в том, чтобы наблюдать за тем, кто из дипломатов куда пошел), и погружалась в советскую толпу благодаря своей типично русской внешности и владению языком (родным языком!). На помощь ей приходил торопливо надетый на голову платок. Ася постоянно посещала своих многочисленных русских друзей, с которыми она подружилась при самых разных обстоятельствах. Многие недавно крестились, поэтому она прилагала все усилия, чтобы оказать им духовную помощь в глубоко экуменическом духе, поскольку сама отнюдь не рассматривала свой приход в католическую Церковь как разрыв с православием.

Однажды в 1966 г. один из неофитов пригласил ее присутствовать на встрече с отцом Александром. Они долго разговаривали о положении духовной жизни и о безотлагательной необходимости в религиозных книгах. Ася принесла ему те книги, которые привезла с собой в Москву среди вещей, затем нашла способ тайно получать книги, изданные заграницей на русском языке, благодаря трудам еще одной русской эмигрантки Ирины Михайловны Посновой, живущей в Бельгии.

В конце второй мировой войны И. Поснова встретила там русских, только что освобожденных из немецких лагерей, иди оказавшихся на Западе вследствие войны. Чаще всего они группировались в лагерях для беженцев по всей Западной Европе. Эти мужчины и женщины, пройдя сквозь предельно мучительные испытания, стали себе задавать множество вопросов духовного порядка. Чтобы им помочь, Ирина Поснова основала в Брюсселе христианский центр и издательство — «Жизнь с Богом». Она выпускала брошюры, соответствующие их менталитету, во многом обусловленному атеистической пропагандой, которую в них вбивали все их детство и юность. Таким образом, на протяжении пятнадцати лет Ирина Поснова посвятила себя служению этим выходцам из Советского Союза, оставшимся на Западе после войны. В 1958 году ей было дано вступить в контакт с представителями Советской России на Международной выставке в Брюсселе и тогда она поняла, что отныне должна предназначать свои публикации для тех, кто живет в СССР. Она предприняла большую работу по переводу и изданию, которая была полностью основана на ее самоотверженности, выдержке и вере. Принадлежала она к православной семье — ее отец был профессором Киевской Духовной академии. Так же, как Ася Дурова, она стала католичкой, ни в малейшей степени не отказавшись от восточной традиции, всемерно стремясь к единству Церквей. К тому же, с самого начала она сотрудничала непосредственно с одним православным священником, эмигрировавшим во Францию.[193] Не скрывая свою принадлежность к католичеству, издательство «Жизнь с Богом» тем не менее старательно занималось публикацией книг, отвечавших нуждам православных.

Новая ориентация, — волей неволей, вынуждала терпеливо изыскивать тайные средства для доставки опубликованных книг; они приходили вопреки обстоятельствам и на беду официальным пропагандистам атеизма в Советском Союзе.[194]

Вскоре, при содействии словенского католического священника восточного обряда отца Антония Ильца, Ирина Поснова потихоньку, без шума, осуществила огромный труд. К концу восьмидесятых годов каталог издательства содержал более сотни названий. Среди наилучших изданий — Библия и Новый Завет на русском языке с введением, комментариями и примечаниями, взятыми большей частью из Библии, изданной Библейской школой в Иерусалиме, и обогащенными дополнительными сведениями.

При посредничестве Аси Дуровой отец Александр стал получать книги из Брюсселя, а затем вступил в переписку с Ириной Посновой. Узнав о существовании его рукописи о Христе, она предложила отцу Александру ее напечатать. В это время авторы, которые не могли печататься в СССР, едва только начали посылать рукописи на Запад. Известны были лишь примеры Пастернака и Синявского и скандалы, вызванные ими. Солженицын еще не вошел в контакты с западными издательствами. Только в дальнейшем распространилась эта практика. Ася Дурова взялась передать рукопись. Решено было опубликовать ее под псевдонимом. И, наконец, в 1968 году «Сын человеческий» увидел свет. Это было началом долгого сотрудничества между отцом Александром и издательством «Жизнь с Богом», впоследствии опубликовавшим все его остальные труды.

«Писал я, конечно, без надежды на опубликование, — рассказывал он потом, — тем более было мне радостно, что все книги увидели свет и были так хорошо изданы».[195]

Издательство «Жизнь с Богом» также издавало книги, рекомендованные им или подготовленные под его наблюдением. Только среди людей, которых он лично знал, сотни подучили благодаря брюссельскому издательству духовную пищу, а они так в ней нуждались, — скажут они потом. Один из его прихожан скажет с юмором об этом, в виде загадки: «Вопрос: Где рождаются духовные дети? Ответ: В капусте… Брюссельской».

В эти годы Ася Дурова осуществляла двухстороннюю связь между брюссельским издательством и отцом Александром. Более того, в конце шестидесятых годов он ее связал с Солженицыным, не непосредственно — это было бы слишком опасно — а через нескольких посредников. Таким образом, был налажен первый регулярный канал преследуемого писателя с Западом.[196] К рукописям отца Александра, которые Ася Дурова передавала на Запад, добавились рукописи, значительно более опасные — Солженицына.

Книга «Сын человеческий» попала точно в цель. Для многих это и был тот самый ключ, открывший им смысл Евангелия. Следующая книга отца Александра издана была издательством «Жизнь с Богом» в 1969 году на этот раз анонимно и была посвящена православной литургии «Небо на земле».[197]

Тем временем, в начале 1960 г. он приступил к новому труду: большой истории религий человечества, она должна была состоять из шести томов под общим названием: «В поисках Пути, Истины и Жизни». Идеей этой он вдохновился у Владимира Соловьева, который считал, что анализ древних религий необходим для понимания всеобщей истории вообще и христианской, в частности. Когда Христос явился людям, они уже прошли долгий путь, на протяжении этого пути они удалялись от Бога, но и искали его «как бы ощупью», согласно словам апостола Павла в его речи перед ареопагом в Афинах. Великие религии и античная мысль составили своего рода прелюдию к Новому Завету и подготовили мир к принятию Евангелия.

Христианство сосредоточено на открытии Бога в личности Иисуса, «распятого ради нас при Понтийском Пилате», но его нельзя рассматривать как простой этап духовного процесса и еще менее того, как синтез всех философских систем и религий. Оно принесло ответ на все ожидания, надежды, во всяком случае, на большую часть из них. Самое сильное в христианской духовности это не отрицание, а способность соединить в одно целое, превзойти и довести до полноты.

«Как белый цвет поглощает спектр, так Евангелие объемлет веру пророков, буддийскую жажду спасения, динамизм Заратустры и человечность Конфуция. Оно освящает все лучшее, что было в этике античных философов и в мистике индийских мудрецов. При этом христианство — не новая доктрина, а весть о реальном факте, о событии, совершившемся в двух планах — земном и небесном. Ограниченное местом и эпохой, оно выходит за пределы временного. К нему сходятся все дороги, им измеряется и судится прошлое, настоящее, будущее. Любой порыв к свету богообщения есть порыв ко Христу, хотя зачастую и неосознанный».[198]